Страница 84 из 86
Эпилог
Спустя шесть месяцев
Сегодня я наконец-то смогла отправиться в усадьбу «Каменная Роза». Максим хотел сопровождать меня, но дела не позволили новоявленному прокурору. Поэтому со мной поехали Журин и Боярышников. Несмотря на уничтожение Ордена Черного Феникса и Братства Пепла, князь продолжал обеспечивать безопасность своей невесте.
Следствие по делу Ордена затянулось надолго. Слишком много оказалось вовлечено людей. И пока все распутали… Узнав о приговорах, я почувствовала не радость, а облегчение, что все злодеи наказаны.
Советник Лебедев, как признавший вину и сотрудничавший со следствием, был приговорен к бессрочной каторге. Лишение всех чинов, званий и наград. Конфискация имущества в пользу страны.
Граф Строганов, не признавший вины и уличенный в особо тяжких преступлениях, был приговорен к смертной казни через повешение. Однако император, узнав о приговоре, собственноручно наложил резолюцию: «Заменить пожизненной каторгой. Имущество конфисковать, род лишить графского титула, всех сыновей записать в солдаты без права выслуги».
Барон фон Риттер за финансовые махинации, подлог и соучастие получил двенадцать лет каторги с конфискацией имущества.
Нюхача за пособничество и участие в убийствах приговорили к пожизненному заключению.
Братство Пепла также перестало существовать. Иноки в большинстве своем были просто исполнителями, не знавшими всей правды. На протяжении нескольких лет им рассказывали, какое зло огненные маги. В итоге их расформировали по разным монастырям и ввели за ними надзор. Император подписал указ о запрете любых религиозных братств. Отныне только официальная церковь, и только под контролем Канцелярии Духовного Надзора.
Несмотря на то, что изобретение отца было уничтожено при пожаре, он смог воссоздать кристалл с помощью чертежей и записей, которые спас Григорий Львович. Изобретение было создано. Магия требовалась для его работы, но с такой мизерной каплей, что оплата для прохода через порталы упала в разы. Изменения вводились постепенно. Теперь и простой люд мог себе позволить лучшие условия в домах, а также лечение артефактами.
Кристалл открывал невиданные возможности для промышленности. Поэтому император не мог оставить без внимания такой прорыв в науке. Для отца и для всей нашей семьи — это был великий день. В одночасье купец Горский превратился в потомственного дворянина, чье имя вписали в историю империи. Также отец получил именную золотую медаль, которую ему вручил сам император. Денежную премию в размере пяти тысяч рублей и пенсию — три тысячи рублей в год.
Но что еще больше обрадовало императора, так это неожиданный всплеск магии, когда резерв ее пополнился. Это означало одно — огненные маги, хоть и прятались, но продолжали жить, и у них рождались дети.В срочном порядке император снял запрет на огненную магию. К сожалению, книга Братства, где велись записи о магах, была уничтожена перед обыском. И я решила, что моей главной задачей теперь станут поиски потомков хранителей и наше объединение. Мы нужны были этому миру, и дядя Марк был прав: пора выходить из тени.
Зато кадильница обнаружилась в келье архиерея Валериана, только у Максима не вышло мне ее передать. Его опередили. И кадильница заняла свое место в столичном соборе Всемилостивого Творца. Чуть позже я нашла о ней информацию в архиве, что кадильница имела три ножки, знаменующие три ипостаси мира: Небо, Землю и Преисподнюю. Медный корпус был настолько тонкой работы, что казался сотканным из солнечной пряжи, а не из металла. Но главное чудо таилось внутри: на дне кадильницы, под слоем пепла, хранилась частица самого Первого Огня — того, что Творец зажег в начале времен и отдал огненным магам, дабы несли они свет и тепло людям.
Я видела эту кадильницу и чувствовала древнюю магию. И люди в соборе, видимо, тоже ее ощущали, потому что на их лицах появлялось какое-то умиротворение, когда они прикасались к ней.
Я выглянула в окно и невольно улыбнулась. Карета ехала по дорожке, которую охраняли вековые липы. Впереди уже маячили черные кованые ворота усадьбы «Каменная Роза».
Осталось посетить одно место, которое столько времени ждало меня. Узнать историю рода и прикоснуться к алтарю огненных магов. Сторож, старик Никифор, завидев экипаж издалека, уже открывал ворота и низко поклонился, когда карета проехала мимо к двухэтажному дому из темно-серого гранита. Слуги уже ждали меня на крыльце, и я разглядела среди них тощую девицу Дуняшу.
«Я дома», — подумала я, когда вышла из кареты. С улыбкой огляделась, подмечая чистоту во дворе. Слуги вытянулись по струнке, словно солдаты, в ожидании приказа. Их хозяйка теперь была дворянкой, а через несколько дней она станет княгиней. Статус слуг тоже повысится. Одно дело служить купеческой дочери и совсем другое — княгине.
Меня ждала банька, ужин, а после я собиралась спуститься в подвал, скорее всего после полуночи, когда в доме настанет тишина. Охранники будут дежурить у входа, и я спокойно выйду из комнаты никем не замеченная.
Я ждала полуночи с каким-то странным волнением. Кулон притих, будто нашел покой, а может, как и я, ждал долгожданной встречи.
Дуняша давно покинула мою спальню, я лежала на кровати и ждала, когда часы пробьют полночь. Наконец-то.
—Пора, — прошептала я, вскакивая с кровати и накидывая халат.
Осторожно выглянула в коридор. Никого. Свеча мне была не нужна. Я щелкнула пальцами, и на их кончиках вспыхнул огонь. Почти бегом я направилась к лестнице, спустилась, перепрыгивая через ступеньки, и лишь на мгновение замерла перед дверью, за которой скрывался подвал. Вдохнула побольше воздуха и распахнула ее. В нос ударил запах сырости, а я без сомнений шагнула внутрь.
Я знала, куда идти, и остановилась возле стены, покрытой черной слизью. Затем достала из кармана халата платок и провела им по камням. Блеснула золотистая линия краски… Сердце сильнее забилось в груди, и я принялась оттирать стену, а когда закончила, то отошла на шаг, чтобы полюбоваться открывшейся картиной.
Плесень спрятала золотого феникса. И я, как мама в воспоминаниях, сначала дотронулась до правого крыла птицы, где золото переходило в кроваво-красный цвет, потом левого, где прятались странные символы. Затем — клюв, мой палец медленно очертил линию вдоль изогнутой шеи, останавливаясь у брюшка, где вместо пера сверкал нарисованный рубин. Крылья феникса начали шевелиться, словно птица готовилась взлететь, и тут открылся темный проход. Оттуда веяло чем-то древним и опасным.