Страница 27 из 60
Глава 8. Тайна бабушкиного сундука
После истории с Лампусиком и распределительным щитком жизнь в квартире вошла в относительно спокойное русло. Лампусик теперь гордо именовал себя «энергосберегающим» (насколько вообще может именовать себя существо, которое общается только писком и свечением) и регулярно демонстрировал свои навыки управления электричеством. Он научился не только не вырубать сеть, но и подзаряжать севшие батарейки, чем приводил Алису в полный восторг.
— Лампусик, ты гений! — говорила она, когда он реанимировал очередной пульт от телевизора.
Лампусик довольно светился розовым и требовал сахар в качестве вознаграждения. Пых, наблюдая за этими сценами, только фыркал:
— Подумаешь, батарейки заряжать. Я вон диван починил, и ничего.
— Ты диван прожёг, — напоминала Алиса.
— И починил! — гордо заявлял дракон.
Сия обычно медитировал на балконе, наслаждаясь солнечным светом и покоем. Феи в фикусе перезванивались, обсуждая последние новости. Домовой изредка высовывался из-за печки, проверяя, не оставила ли Алиса варенье. Всё было хорошо. Но Алису не отпускало чувство, что она чего-то не знает. Бабушкин блокнот она изучила почти полностью, но оставалось ещё одно место, куда она не заглядывала. Старый сундук в кладовке. Сундук стоял в углу маленькой кладовки, заваленный всяким хламом, который Алиса всё никак не могла разобрать. Он был обитый потемневшей медью, с огромным замком, который, казалось, не открывали лет сто. Бабушка никогда не говорила о том, что в нём, и Алиса, если честно, побаивалась его открывать. Но после всего, что она узнала о бабушке, о порталах, о магии, любопытство пересилило страх. В одно воскресное утро, когда Пых возился на кухне с очередным кулинарным шедевром, а Сия и Лампусик грелись на балконе, Алиса решилась.
— Пых, — позвала она. — Иди сюда. Нужна помощь.
Дракон появился в коридоре, вытирая лапы о фартук (да, у него был свой фартук, Алиса сшила из старого полотенца).
— Чего?
— Помоги разобрать кладовку. Хочу добраться до сундука.
Пых странно дёрнулся. Чешуя на его загривке встала дыбом, из ноздрей вырвался тонкий дымок.
— Зачем? — спросил он, и голос его прозвучал напряжённо.
— Хочу посмотреть, что там. Бабушка никогда не показывала. Может, что-то важное.
— Ничего там важного нет, — быстро сказал Пых. — Старьё всякое. Не надо туда лезть.
Алиса насторожилась. Такая реакция была подозрительной.
— Пых, ты что-то знаешь? Что в сундуке?
— Ничего! — слишком поспешно ответил дракон. — Просто... ну... там может быть... опасное.
— Опасное? Например?
— Магия! — выпалил Пых. — Старая, сильная магия. Варвара Степановна предупреждала, чтобы никто не открывал без неё. А её нет. Значит, нельзя.
— Но я её внучка. И Хранительница теперь.
— Это неважно! — Пых начал нервничать сильнее. Он переминался с лапы на лапу, хвост ходил ходуном, из пасти валил дым всё гуще. — Не надо, Алиса. Пожалуйста. Там ничего хорошего.
— Пых, ты меня пугаешь, — честно сказала Алиса. — Что там?
Дракон молчал, отводя глаза. Потом вдруг резко развернулся и дунул огнём в сторону кладовки. Пламя лизнуло дверь, но Алиса успела отдёрнуть руку.
— Ты что творишь?! — закричала она.
— Надо сжечь! — отчаянно завопил Пых. — Пока не поздно! Там такое, что лучше не видеть!
— Прекрати! — Алиса заслонила собой дверь. — Сия! Лампусик! Сюда!
Сия влетел с балкона, Лампусик выкатился из розетки. Увидев разъярённого Пыха, готового плеваться огнём, они замерли.
— Что случилось? — спросил Сия.
— Он хочет сжечь сундук! — крикнула Алиса. — А там, может быть, важное!
— Пых, зачем? — Сия обратился к дракону.
Пых тяжело дышал, огонь в его пати то разгорался, то затухал.
— Там... — начал он и осекся. — Там правда, Алиса. Правда, которую ты можешь не захотеть узнать. Про меня. Про Варвару. Про Лампусика.
— Про Лампусика? — Алиса посмотрела на светящийся комок, который испуганно жался к Сие. — А он тут при чём?
— При всём, — глухо сказал Пых. — Он не просто так здесь оказался. Он... он из того же мира, что и я.
Алиса почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Что?
— Открой сундук, — вдруг сказал Пых, и голос его был полон обречённости. — Раз уж ты решила, открывай. Только потом не говори, что я не предупреждал.
Он отошёл в сторону, сел в углу и закрыл морду лапами. Лампусик, ничего не понимая, подполз к нему и ткнулся в бок. Пых не отреагировал. Алиса перевела дух. Руки дрожали, но она заставила себя успокоиться.
— Сия, посвети, — попросила она.
Сия приблизился к кладовке и направил внутрь луч света. Алиса начала разбирать завалы. Старые коробки, какие-то тряпки, сломанный стул, стопка пожелтевших газет. Всё это она аккуратно вытаскивала и складывала в коридоре. Пых сидел в углу и не шевелился. Лампусик сидел рядом с ним, тихонько светя. Наконец она добралась до сундука. Он был именно таким, каким запомнился из детства. Огромный, обитый медью, с массивным замком. Алиса потрогала замок. Он был холодным, несмотря на жару в квартире.
— Как открыть? — спросила она.
— Ключ у тебя, — глухо сказал Пых, не поднимая головы.
— Где?
— В шкатулке. На дне. Под бархатом.
Алиса вернулась в комнату, открыла бабушкину шкатулку, вынула всё, что там лежало, и действительно обнаружила на дне, под слоем бархата, маленький медный ключик. Он был тёплым на ощупь. Она вернулась к сундуку, вставила ключ в замок. Он повернулся с лёгким щелчком. Крышка приподнялась сама собой, словно её толкнули изнутри. Из сундука пахнуло старым, пыльным, но не затхлым. Скорее, каким-то знакомым запахом, смесью бабушкиных духов, сухих трав и ещё чего-то неуловимого. Алиса заглянула внутрь. Сверху лежали стопки фотографий, перевязанные ленточкой. Старые, чёрно-белые, местами пожелтевшие. Алиса взяла одну стопку, развязала ленту и начала смотреть. На первой фотографии была бабушка. Молодая, очень молодая, лет двадцати, с длинной косой и озорной улыбкой. Она стояла на фоне этого же дома, но дом выглядел новее, свежее. Рядом с бабушкой стоял... Пых. Алиса замерла. Пых на фотографии был точно таким же, как сейчас. Изумрудно-бронзовый, с хитрой мордой. Только моложе, что ли? В глазах его горел задор, а на голове у него сидела маленькая фея.
— Пых, — позвала она тихо. — Это ты?