Орел - птица гордая

— Мы не беспредельный стаб, Корд. У нас здесь закон и порядок. Парня отпустить. Всё, что у него отобрали — вернуть. И не забудь взять расписку: вещи возвращены, имущественных претензий нет.

Корд скрипнул зубами, но промолчал.

— А ты, — он посмотрел на меня, — смени одежду. В таком виде тебя рано или поздно пристрелят. Советую продать это барахло.

И ещё: у тебя есть знакомые в нашем стабе?

— Да. Дед и Яра. Они шли сюда.

— Отлично, — Рихтер снова повернулся к Корду. — Найди этих Деда и Яру. Передай парня с рук на руки. И скажи — пусть его крестят. Третий уровень, а системного имени до сих пор нет — это никуда не годится.

С этими словами Рихтер вышел, оставив за собой тяжёлую, звенящую тишину.

* * *

Яра возвращалась в стаб вместе со своей группой. Ночевать на кластерах они не рисковали — слишком уж непредсказуемо там всё менялось. Сегодня обошлось без потерь, и это уже считалось удачей. Правда, добыча вышла так себе: всего два спорана на четверых. Даже на нормальную еду не хватит.

Ничего. Вернётся Дед — станет легче. С Дедом всегда как-то спокойнее.

На входе в стаб дежурил всё тот же молодой охранник. Тот самый, что уже неделю пытался затащить её то на ужин, то просто «погулять». Она неизменно отказывала — слишком уж юный, да и не до этого сейчас. Хотя, если быть честной, внимание ей было приятно.

Сегодня он выглядел непривычно серьёзным.

— Яра, тебя вызывают, — сказал он, без обычных улыбок. — Сразу, как вернёшься.

— Кто вызывает? — спросила она, поправляя ремень на разгрузке.

— Корд. Служба безопасности.

Это было неожиданно, но не пугающе. Скорее… настораживающе. Поводов для разговора с СБ у неё вроде бы не было. По крайней мере, таких, о которых она знала.

— Ладно, — кивнула она. — Веди.

Парень молча развернулся и пошёл вперёд. Яра последовала за ним, на ходу прокручивая в голове последние дни и пытаясь понять, из-за чего её могли понадобиться. Ничего внятного так и не вспомнила.

Стаб уже жил ночной жизнью. Не шумной, не суетливой, а такой, особенной: приглушённые голоса, редкие шаги, запахи еды и оружейной смазки, хлопанье далёких дверей. Люди возвращались с вылазок, кто-то только собирался на смену, кто-то тащил ящики, кто-то спал прямо на скамейках, завернувшись в куртки.

Она шла и ловила себя на том, что думает совсем не о вызове, а о Деде.

Почему-то именно сейчас, в коридорах здания СБ, мысль о нём резанула особенно неприятно.

Комната, в которую её завели, оказалась небольшой и неожиданно обычной. Стол, пара стульев, шкаф у стены. Никакой допросной экзотики.

За столом сидел Корд.

Спокойный, собранный, с тем самым выражением лица, при котором не сразу понимаешь — это усталость или постоянное состояние.

Чуть в стороне, возле стены, стоял …Орёл.

Живой.

Первым порывом было подойти, сказать что-то — глупое, радостное, любое. Но Яра сдержалась. Просто остановилась у двери и посмотрела.

Орёл был в той же одежде, что и при первой встрече. Мятой, испачканной, явно не первой свежести. Он как раз укладывал вещи в рюкзак — неторопливо, аккуратно, будто боялся что-то забыть.

— Яра? — спросил Корд, не повышая голоса.

— Да.

— Подойди.

Она подошла ближе, встала рядом со столом.

Корд мельком глянул на Орла, потом снова на неё.

— А где Дед?

Яра чуть заметно покачала головой.

— Он… не дошёл.

Корд помолчал. Не драматично — просто дал этой фразе лечь на место.

— Понятно.

Он взял со стола лист бумаги и пододвинул его к Орлу.

— Подпиши. Тут стандартно: вещи вернули, претензий не имеешь.

Орёл подписал, даже не спрашивая. Ручка тихо скрипнула по бумаге.

Корд убрал лист.

— Этого парня знаешь? — снова к Яре.

— Знаю.

— Давно?

— С кластеров. Вместе выходили.

Корд кивнул.

— Тогда забирай.

Яра не сразу поняла смысл слов. Только когда Корд слегка кивнул в сторону Орла, до неё дошло.

Она посмотрела на Орла. Тот поднял глаза, встретился с ней взглядом и криво улыбнулся — устало, но по-настоящему.

— По поводу Деда, — добавил Корд уже почти между делом. — Улей не любит, когда новичков оставляют одних. Даже если обстоятельства… сложные.

Это было сказано без нажима. Не как упрёк — как констатация.

Яра кивнула. Она и сама считала, что Дед поплатился именно за то, что бросил Орла.

— И ещё, — Корд посмотрел на неё внимательнее. — Ты бы его крестила, что ли.

Яра моргнула.

— В смысле?

— В прямом. Третий уровень, а системного имени нет. Нехорошо как-то.

Он перевёл взгляд на Орла.

— Особенно если жить собрался.

Корд встал, давая понять, что разговор закончен.

— Всё. Свободны. Оба.

Яра выдохнула только тогда, когда дверь за ними закрылась.

Орёл стоял рядом. Живой. Настоящий. И почему-то сейчас это было важнее любых слов.

— Ты как? — тихо спросила она.

И только тут поняла, что улыбается.

Они вышли в коридор.

Яра шла первой, не оглядываясь, но всё равно чувствовала: Орел рядом. Идёт чуть медленнее, будто не до конца верит, что его действительно отпустили.

— Ты ел? — спросила она наконец, когда они свернули в боковой коридор.

Орел помедлил.

— Нет.

Этого было достаточно.

— Тогда пошли. — Она махнула рукой. — У меня недалеко.

Жила Яра в общаге — отдельная комната, маленькая, но своя. Без роскоши: узкая кровать, стол, шкаф, плитка в углу и пара полок с посудой. Зато чисто. И тихо.

Она сразу поставила на плиту кастрюлю, достала крупу, кусок сушёного мяса.

— Садись, — сказала через плечо. — Сейчас будет.

Орел сел, аккуратно поставив рюкзак у стены. Осмотрелся. Ничего не трогал.

Яра двигалась быстро и привычно. Готовка была для неё чем-то вроде якоря — простым, понятным действием, которое возвращало ощущение нормальности. Только когда вода закипела, она наконец позволила себе выдохнуть.

— Честно говоря, не верила, что ты дойдёшь, — сказала она тихо, не оборачиваясь.

Ответа не последовало. И она не стала его ждать.

Яра поставила передо мной миску, придвинула кружку и только теперь, кажется, позволила себе выдохнуть. Несколько секунд она просто стояла, опершись на край стола, и смотрела, как я беру ложку. Не торопя, не задавая вопросов.

Я начал есть. Молча, сосредоточенно — будто опасался, что еда может исчезнуть, если отвлекусь хоть на мгновение.