Страница 103 из 105
— Я обязательно пошлю ей письмо с благодарностью и извинениями.
Именно этот момент выбрала швея, чтобы вернуться в комнату. Ещё и со служанкой, которая принесла закуски.
— Всё вон, — скомандовал Натаниэль.
Они растерянно замерли, посмотрев на меня. А я что? Только плечами пожала.
Натаниэль смотрел на меня так, что внутри всё переворачивалось. И от его тона, и от властности в голосе, и от искр, которые плясали в его глазах.
— Я не врал, Ирэн, — сказал он, когда за портнихой закрылась дверь. — Мне очень нравится это платье. А ещё больше нравится мысль о том, как я буду его снимать.
Он шагнул ко мне, и его руки мгновенно сомкнулись на моей талии.
— И я не позволю, чтобы кто-то ещё видел тебя в нём. Никто, кроме меня.
— Не подозревала, что ты можешь быть таким.
— Когда речь идёт о тебе, у меня отсутствуют границы.
Я стояла к нему спиной и чувствовала его дыхание на своей шее. Его губы коснулись моей кожи — сначала легонько, почти невесомо, словно пробуя на вкус.
А затем поцелуй стал откровеннее. Он целовал мою шею, спускаясь к плечам, и каждый его поцелуй отдавался дрожью внутри меня.
— Ты такая красивая, — прошептал он между поцелуями. — Невероятная.
Я закрыла глаза, откинув голову назад и положив затылок на его плечо. Его руки скользнули с моей талии к животу, затем выше, к груди…
— Признайся, ты просто хочешь испортить платье, — прошептала я.
— Я хочу тебя. В этом платье или без него. Весёлую и грустную, злую и радостную, уставшую и полную сил. Я хочу тебя каждую секунду каждого дня. Хочу, чтобы ты была со мной. И хочу, чтобы ты была счастлива. Демоны с ним, с этим платьем. Если так нравится, надевай. Я потом просто убью всех, кто на тебя смотрел.
Очень хотелось хлопнуть себя ладонью по лбу и засмеяться.
Вместо этого я развернулась в кольце его рук и, привстав на носочки, потянулась за поцелуем.
Платье мы всё же испортили. Но это никого в итоге не волновало.
Эпилог
Свадьба выдалась шикарной, но утомительной.
Я бы ограничилась исключительно походом в храм Рорены — и чтобы скрепить наш союз, и чтобы вознести ей хвалу.
Всё же именно эта богиня вернула мне Натаниэля. Ей стоило поклоняться.
Но скромной свадьбы не получилось. Натаниэль, как один из Верховных, просто не имел права не устроить пир на весь мир.
— Это невыносимо, — шептала я Саше, пока мы стояли в углу зала и наблюдали за танцующей толпой. — Они смотрят на меня как на обезьянку в зоопарке.
— Это ведь твоя свадьба, — пожала она плечами.
— Пусть смотрят, — хмыкнула Вика. — А зря ты первое платье не надела! Тогда смотрели бы чуть по-другому.
— Нет уж. Шокировать публику — это твоя прерогатива.
Леди Хольт была ещё на ранних сроках беременности, но уже можно было заметить, как слегка округлилось лицо, налилась грудь. Да и одежду она начала носить более комфортную. Что важно, без корсетов!
— Что ж, тоже верно, — согласилась Вика. — К тому же, это платье тебе тоже идёт.
Нежная ткань переливалась при каждом движении. На этот раз лиф был закрытым, но с искусной вышивкой. Он подчёркивал талию и грудь, но без той откровенности, что была в первом варианте.
— И ты права. Для таких праздников лучше что-то скромное. Старых извращенцев, любящих заглядывать в вырез платья, везде хватает.
— Обо мне сплетничаете, девочки?
К нашей женской компании присоединился Теодор Хартманн.
Как аристократ, да и просто знакомый обоих молодожёнов, он тоже был приглашён на свадьбу.
— Вас удивительно неинтересно обсуждать, господин ректор, — покачала головой Саша.
— Адептка Норд! Ты, оказывается, не только фикусы убиваешь, но и мою самооценку, — трагичным голосом протянул лорд Хартманн.
— Я уже не адептка, — улыбнулась Саша.
А я только с завистью вздохнула. У меня таким похвастаться не получалось. Учиться мне предстояло долго и упорно, пусть и заочно.
— Вы для меня все адепты. Бывший, настоящие, какая разница? Всё равно все мои дети.
И выражение лица было, как у самой доброй нянечки, которая всем своим подопечным пирожки раздаёт.
— Не думаю, что вы старше моего мужа, — заметила Саша.
— Опредёленно нет, — согласился Хартманн.
— Тогда каким образом вы можете считать меня ребёнком?
— Эх, ничего ты не смыслишь в метафорах, убийца фикусов. И в сплетнях тоже! Нет чтобы потешить самолюбие своего ректора и сказать, что вы обсуждаете именно меня.
Понюхав свою воду с долькой лимона в бокале, Вика скривилась, и выдала:
— Так вас действительно обсуждать неинтересно. Никаких сплетен, никаких неловких ситуаций. Вас никогда не заставали в компрометирующей ситуации, вы не крутили роман со студентами.
— Со студентками, прощу заметить, тоже, — отшутился ректор.
— Вот! — назидательно помахала Вика пальцем перед его носом. — Сначала обеспечьте повод для сплетен, а потом предъявляйте за растоптанную самооценку. Вы какой-то слишком серьёзный, ректор.
Судя по выражению лицо Теодора, его только что смертельно оскорбили.
— Нам сплетни о вас присниться должны, что ли? — спросила Вика.
— Почему бы и нет, — пожал плечами мужчина.
— Пусть сначала вам приснятся, — буркнула она.
Я послушала эту перепалку ещё немного и решила, что хватит филонить. Натаниэль, бедолага, от потока гостей самостоятельно отбивается, пока я здесь с девочками развлекаюсь.
Аристократии много, со всеми нужно поздороваться, выслушать поздравления, улыбнуться каждому… И никого при этом не убить.
Кажется, пора спасать не Натаниэля, а аристократию.
Я пробиралась сквозь толпу гостей, вежливо улыбаясь и кивая каждому, кто пытался остановить меня для короткого разговора.
Свадебный пир был в самом разгаре, и, кажется, чем больше проходило времени, тем меньше я была нужна всем этим людям. Они просто хотели развлечься, выпить, потанцевать и обсудить последние сплетни.
А мы с Натаниэлем были лишь красивым фоном для их вечера.
— Ирэн! — услышала я голос Бернарда Роуда. — Ты просто сияешь, дорогая!
— Спасибо, лорд Роуд, — улыбнулась я, останавливаясь. — Вы тоже выглядите великолепно. Как вам праздник?
— Лучше и быть не может, — ответил он с тёплой улыбкой. — Мой внук женился на прекрасной девушке. Что ещё нужно старому дракону для счастья?
Выглядел этот «старый дракон» так, словно к нему очередь из любовниц выстраивается. Ну да ладно. Хочется ему поиграть в дедушку, пусть играет.
— Внуки, — подсказала я с улыбкой. — Точнее, правнуки.
Он рассмеялся.
— Будут и правнуки, — подмигнул он. — Я в вас верю.
Я покраснела и поспешила дальше. Проходя мимо столика с закусками, я заметила Айрис, которая с серьёзным видом обсуждала что-то с кем-то из сверстников. Девочка уже освоилась в новом мире, и её глаза горели любопытством. Она была наконец-то счастлива.
Наконец, я увидела Натаниэля. Он стоял в окружении нескольких мужчин, явно обсуждая что-то важное, и, заметив меня, тут же оборвал разговор на полуслове.
— Прошу прощения, господа, — сказал он, кланяясь. — Я обещал своей жене ещё один танец.