Страница 58 из 126
Парнишка не пострадал. Он прятался под куполом все время его существования, а затем резко убрался в сторону. От Икары и ее зверинца далеко не уходил, правильно понимая агрессивность тварей: их манила к себе Жрица, на остальных они почти не отвлекались. Этим и пользовался.
Еще дважды символы спасали мальчишку от верной смерти. В последний раз тот споткнулся и скатился в овраг. Ближний монстр необычайно резво прыгнул на него, но приземлился на заботливо поставленный барьер. От этих прыжков по куполу звенело в ушах. Икара старалась не думать о том, каково приходится парню, запертому в смертельной ловушке. Не хотела возиться с ним, но не могла бросить. Шихай просил вернуть его живым, по возможности. Как этот маленький дикарь мог быть его сыном?! Один идет на верную смерть, другой не протестует. Что за странные отношения внутри семьи? Той самой, которой у Икары никогда не было. Но она видела их в городах своего родного мира...
Огромный лев налетел на тварь и сшиб ее в сторону. Линк уже вгрызался в одну из конечностей, нарушая равновесие гиганта. Этой заминки хватило, чтобы парнишка метнулся прочь из оврага. Смышленый, как и говорил Шихай.
К концу первого часа наступило понимание действий друг друга, опасность случайной смерти свели к минимуму общими усилиями. Теперь у Жрицы было время искать ключевого монстра, и стоило поторопиться, потому как скоро уровень Разлома вырастет.
Что-то не так...
Символ был применен машинально: защитный барьер укрыл внезапно споткнувшуюся на ровном месте девчонку. Она рухнула на землю и больше не пошевелилась.
* * *
Блеск ледяного клинка слепил глаза. Магия, пылающая на остром лезвии, невольно завораживала и лишала силы воли. И хозяин невероятного оружия, который скалился и облизывал окровавленные губы. Его глаза цвета плавленого олова затуманены болью и безумием в равной степени.
Босой и полураздетый Жрец буквально источал безумие, двигаясь неестественно по песочной арене. Смертельное оружие в его руках совершало замысловатый танец, грозясь отрезать своему хозяину пальцы и всю руку целиком!
Обладатель зрения обходился без оружия, но сдерживал натиск безумца магией, как-то неуловимо выстраивая барьеры один за другим. С такой скоростью реагировал на молниеносные атаки одурманенного болью Жреца! А затем атаковал его, вынуждая блокировать в угоду наступлению.
Звук глухих ударов сопровождался биением собственного сердца: кажется, вот-вот начнут хрустеть сломанные кости! Но Крейга лишь щурился от удовольствия, его дыхание сбилось. Нет сомнений в том, что этот сумасшедший получает удовольствие от поединка. И хочет продолжения с тем неистовством, с которым вновь подходит на опасное расстояние. Возле демона его не ждет ничего, кроме боли.
Тот самый мотылек, что летит в костер и не может устоять.
«Нет...»
Мимолетная заминка едва не стоила обладателю зрения жизни. В последний миг он отбил опасное оружие и отступил на шаг. В настоящий момент Крейга напоминал монстра, облизывающегося на свою жертву и медленно подступающего к ней.
«Нет!»
Наваждение отступало медленно и неохотно. Икара с нарастающим ужасом смотрела на мужчину перед собой, а видела монстра. И поляну. Ту самую, на которой они с маленьким дикарем закрывали свой Разлом. Сколько... Сколько прошло времени?!
«Не сейчас!»
-Опять ты, - выдохнули собственные губы под тихий скрежет зубов.
Клинок Жреца замер в руке Крейги на очередном обороте. Мутный взгляд раскосых глаз не прояснился, но сощурился. Окровавленный и побитый, он не замечал боли, но получал от нее удовольствие. И был недоволен тем, что кто-то вмешивается.
«Я... я в Разломе.»
Она не хотела говорить. Не хотела просить зеленоглазого ни о чем. Но сейчас выбора не было, как и времени. Если барьер Жрицы еще существует и защищает от тварей - надо сделать хоть что-то!
Обладатель зрения едва уловимо покачал головой, отчего безнадежность нахлынула вновь. Умирать так? Так?! Просто потому, что когда-то одни демоны решили поиграть жизнью бродяги в отношении других демонов?!
-Все так плохо? - прозвучал голос в воздухе, взгляд терялся на Крейге, что демонстративно проверял рукой обломок зуба.
«Монстры убьют, как символ пропадет.» - призналась Икара.
-Хм, - обладатель зрения медленно направился к Жрецу, - Звучит неплохо.
Близость безумного сумасшедшего чуть отрезвила. Коварная улыбка на скалящихся губах Крейги выглядела неестественно. Как можно наслаждаться болью в избитом теле и с таким удовольствием слизывать кровь с разбитых губ?..
Демон вздохнул, применяя магию и ставя блок от любой случайности. Ухватил эльфа за шею и притянул к себе, прикоснувшись к губам. Кажется, Икара ощутила привкус крови во рту...
Уже спустя мгновение Каалун отпихнул от себя эльфа: в раскосых глазах того зажегся нехороший огонек.
-Убью, - с жаром пообещал Крейга, - Не смей так делать.
-Другого способа убрать ее из головы нет, - Каалун стер пальцем чужую кровь с лица, - Она все еще остро реагирует на откровения.
-Плевать. Что с ней? - противоречия безумца не удивляли никого из двоих присутствующих на арене.
-В Разломе была на момент связи, - демон взглянул на пустые трибуны в задумчивости, продолжил тише, - Узнай, что с ней.
-Что взамен? - тень улыбки скользнула по тонким губам эльфа.
-Сделаю так больно, как захочешь.
-Заманчиво! - рассмеялся Крейга.
* * *
Сознание вернулось в собственное тело одновременно с накатывающим чувством рвущейся наружу крови. Вначале Икара приняла его за тошноту от гадкого привкуса, который ощутила в теле демона. Но ведь это тело - ее? Откуда...
Достаточно было утереть лицо рукой и взглянуть на пальцы: вся перчатка была окрашена алым! К горлу подступал тошнотворный ком. Нет, нет, нет! Не сейчас! Это же Разлом, вокруг твари!
Барьер Жрицы исчез, и Икара отшатнулась в сторону. Останавливать кровь нет ни времени, ни возможности! Ей надо найти ключевую тварь, пока не стало слишком поздно! Уже не важно, что с мальчишкой-дикарем. Если умрет Жрица, умрет и он.
У них всего один шанс.
Ключевой монстр! Вот он! Одновременно с этой мыслью тошнотворный ком в горле стал рваться наружу. Икара с трудом двигалась, с запозданием реагируя на опасность. Повезло или нет, но линк с артефактным львом кружили рядом и не давали случиться беде. Они грызли тварь, нападая с разных сторон.