Страница 11 из 41
Глава 4
Всю свою жизнь я с большим скепсисом и даже осуждением относилась к людям хитрой выделки. Тем самым, которые с лёгкостью и без всякой смазки пролезают в любую щель.
К тем, кто с удовольствием пользуется халявой, умеет ловить момент и не приемлет преодоления. Кто не желает совершать великие подвиги ради каких-то, часто призрачных, благ.
Лишь недавно я признала, что халява – тоже стратегия. Если тебе улыбается удача, то не обязательно отмахиваться – можно просто принять её дары.
Здесь и сейчас я чувствовала себя читером. Ведь я не маг, и знаний у меня считай ноль, но… Я провела сложнейшую магическую операцию. Я невероятно крутая! И это ж сколько всего можно теперь совершить!
Я находилась непонятно где, лежала на чём-то удобном и достаточно мягком. Мне было настолько комфортно, что, придя в сознание, я не спешила открывать глаза.
Просто лежала и вспоминала то, что произошло в поле, возле будущего места добычи магического энергоресурса. Переваривала полученный опыт и тот факт, что теперь хитровыделанный человек – это я.
Я – читер. Я поймала за хвост великую удачу! Моё категоричное нежелание уступать ключевому артефакту тело, рассыпалось в пыль.
В голове мелькали картинки. Я неторопливо, с пугливым восторгом, осознавала свои новые возможности. Попутно вспоминала первые дни в этой реальности и первое полученное от Арти наставление – качай уровень магии и резерв.
Уровень магии и резерв. Да. Это главный приоритет.
Во всём остальном можно положиться на искусство моего компаньона. Хотя бы на данном этапе. Позже, когда придёт время, я тоже научусь.
Освою магию и… Ух, что тогда будет! Может дойдёт до того, что не Тордвасы, а Рэйдсы займут положение правящего рода?
Впрочем, если честно, становиться императрицей абсолютно не хотелось. Большая власть – это всё-таки большой геморрой.
В очередной раз признав себя читером, я приоткрыла глаза, чтобы взглянуть из-под ресниц на помещение, в котором очутилась. Я полагала обнаружить себя в одном из ангаров Эпикура, но различила умеренно-роскошный интерьер.
Эти обои вдалеке что-то напомнили, но «просыпаться» и как следует осматриваться я пока не собиралась.
Жаль, что у человека, которого не видела, но который находился рядом, были совершенно другие планы.
– Ну и о чём ты, дорогая Алексия, хочешь мне рассказать? – по-кошачьи мягко спросил он.
Дрэйк.
У-у-у… Опознав голос, я едва не взвыла.
Полежала ещё секунду, а потом всё-таки открыла глаза.
Поняла, что нахожусь во дворце, в отведённых мне комнатах – тех самых, которые практически примыкают к покоям императора. Что лежу на кровати, а рядом, в массивном кресле, сидит небрежный, но до отвратительного свежий Дрэйк.
– Доброе… – начала я.
Хотела сказать про утро, но обратила внимание на горящие по стенам бра, на расшторенные тёмные окна, и сбилась.
– Ночь, Алексия, – подсказал высокий лорд. И добавил, кивнув на висящий на стене циферблат: – Три часа.
Отлично. Это ж сколько я, получается, отсутствовала?
Впрочем, есть другой, более интересный вопрос – если я в столице, то почему не дома?
И я уже открыла рот, чтобы поинтересоваться, но…
– Так о чём, Алексия?
Дрэйк то ли смеялся, то ли негодовал.
Причём негодование было каким-то подозрительно понимающим. Словно сильнейший из магов точно знал, что именно произошло.
Это стало поводом обратить внимание на собственный резерв, но тот оказался практически пуст. То есть я не могла связаться с Арти, чьей подсказки очень сейчас желала.
Но!
– Что ты пристал к девочке? – проскрипел где-то за спиной голос Эрона. – Не видишь? Она и сама пока ничего не понимает.
– Не понимает? – переспросил лорд иронично. – Ой, да что ты говоришь!
Я приподнялась и обернулась – полупрозрачный Эрон действительно стоял в изголовье кровати.
Я улыбнулась призраку и предположила певуче:
– Магия? Магия-магия? На закате, на рассвете… В наших сердцах?
Я передразнивала, и дедушка расхохотался. Раскинул руки точно собираясь исполнить эту арию, но Дрэйк возмутился:
– Не пой!
Гаркнул и уставился на меня.
А я что? Я ничего. Признаваться в чём-либо я не собиралась.
– Если вы о том, что случилось возле обелиска, то это родовая магия. Моя татуировка… – тут я задрала рукав платья, демонстрируя магический цветок, проявившийся после активации изъятого из хранилища Майрисов артефакта, – …сильно колола. Я слышала голос родового артефакта, который…
– Ой, да что ты говоришь!
Дрэйк развалился в кресле и уставился строго.
Только я не дрогнула. Может чужие родовые артефакты и ведут себя как-то иначе, но артефакт рода Рэйдс уже чудил.
– Наш артефакт, видите ли, крайне огорчён, – продолжила гнуть избранную линию я. – Ему не понравилось разорение рода. Он был категорически против снятия той печати, и…
– Тогда покажи артефакту выписки со счетов своего банка, – произнёс Дрэйк.
Прозвучало так, что я посерьёзнела.
– Я чего-то не знаю?
– Видимо нет.
Дрэйк замолчал, а во мне опять начала пробуждаться жажда убийства. Ситуацию спас Эрон, который рассказал:
– Мой внук, как ты наверное помнишь, проводит расследование. На твои счета возвращаются все найденные средства, а их немало. Пока это касается махинаций Офелии, но Дрэйк, насколько я понял, уже отсматривает сделки с лордом Бертраном. Правда Майрисы встали в позу, ведь все твои финансовые дела как бы заморожены. Но Дрэйк найдёт способ. В крайнем случае в дело вмешается Кэйр.
Я услышала, и… С одной стороны это, разумеется, была радость. С другой – меня никак не покидала злопамятность! Понимание того, что именно попустительство правящих сделало возможным весь этот замес.
Ну и третье, не менее важное.
– Лорд Дрэйк, благодарю вас. Это по-настоящему ценно. Только могу я попросить больше не распоряжаться моими деньгами без моего ведома?
Выражение благородного лица озадачило – Дрэйк оказался удивлён.
– Без твоего ведома? – переспросил он. – Алексия, ты о чём?
К счастью, я таки достигла того состояния, когда могла сказать о бесячей ситуации нормально:
– О контракте с лордом Эпикуром. Мне сообщили, что вы нашли деньги, которые Эпикур передал Офелии, и именно из этих денег выплатили сумму, которая закрыла сделку.
На небритом лице не дрогнул ни один мускул, только правая бровь слегка приподнялась.