Монстр в костюме от Армани. Босс, вы меня бесите!

Глава 26

Даниил бережно отстранил меня, его взгляд скользнул по моему помятому платью, по рукам, где ещё виднелись покраснения от хватки Кравцова.

– Тебе нужно привести себя в порядок, – он кивнул в сторону двери. – Можешь воспользоваться ванной, а я пока закажу нам что-нибудь поесть.

Я благодарно кивнула, ощущая липкую пыль дня и собственный запах, который, казалось, кричал об ужасе последних часов. Пока я поднималась по лестнице на второй этаж, услышала, как Даниил достал телефон и начал звонить в доставку еды.

В просторной ванной комнате, отделанной тёмным камнем и хромом, я позволила себе расслабиться. Горячая вода смывала не только пыль и грязь, но и остатки страха. Я долго стояла под душем, позволяя струям воды массировать уставшее тело, а потом нежилась в ароматной пене. Постепенно я расслабилась и немного пришла в себя.

Моё платье, конечно, было непригодно для носки, и я бросила его в корзину для белья, решив, что разберусь с ним завтра. Белья, кстати, у меня тоже свежего не было. Пришлось наспех постирать своё, развесив кружевные кусочки на полотенцесушителе в надежде, что к утру хоть что-то подсохнет.

Этот факт заставил меня смутиться.

Выйдя из душа, я обнаружила на стуле у двери аккуратно сложенную тёмную футболку и спортивные брюки. Вещи, разумеется, принадлежали Даниилу. Футболка была из мягкого хлопка, огромная, спадающая до колен. Пахла свежестью и чуть терпким мужским ароматом. Брюки, естественно, оказались слишком велики, и я подвернула их несколько раз, прежде чем они более-менее смогли держаться на бёдрах.

Посмотрев на своё отражение в зеркале, я невольно улыбнулась.

От деловой Дарьи Лебедевой не осталось и следа. Передо мной стояла девчонка, на которой, как на вешалке, болталась чужая одежда.

Эта комичность немного развеяла мою неловкость.

Спустившись вниз, я нашла Даниила в просторной современной кухне. В центре стоял высокий стол со стульями, напоминающий широкую барную стойку. Орлов аккуратно расставлял на нём тарелки с доставленной из ресторана едой, источающей аппетитные запахи. Приглушённый свет создавал уютную атмосферу.

Лёгкая музыка едва слышно доносилась из соседней гостиной. Заметив меня, Даниил обернулся.

Его взгляд прошёлся по моей фигуре, остановился на футболке, а затем на моём лице. В его глазах мелькнула тёплая искорка, которую я прежде не видела.

– Вот и ты, – сказал он, и его голос был мягче обычного. – Я заказал твои любимые суши и какой-то салат с морепродуктами. Надеюсь, ты не возражаешь.

– Совсем нет, – пробормотала я, чувствуя, как от смущения краснеют щёки. Мои постиранные трусики, висящие в ванной, особенно остро напомнили о своём отсутствии. – Ты знаешь, я, наверное, лучше поднимусь наверх. Я не голодна.

Даниил поднял бровь, не отрывая взгляда.

– Ты не ела с обеда, Дарья. Я настаиваю, чтобы ты осталась. Один я это точно не съем. – Он обвёл взглядом стол, уставленный тарелками с вкусностями.

Я вздохнула, понимая, что спорить бесполезно.

Да и запах еды был слишком соблазнительным, чтобы притворяться дальше не голодной.

Мы сели за высокий стол друг напротив друга. Еда, к моей неописуемой радости, оказалась именно тем, что нужно: нежной, свежей, не слишком тяжёлой.

Вот только беседа не клеилась. Мы ели почти в молчании, лишь иногда обмениваясь короткими фразами о вкусе блюд. Напряжение висело в воздухе, смешиваясь с ароматами еды.

Когда мы доели, я обошла стол и потянулась, чтобы собрать тарелки, но Даниил опередил меня. Наши пальцы случайно соприкоснулись над последней мисочкой. Искра, казалось, пронзила всё моё тело. Его прикосновение воспринялось неожиданно волнующе, и я моментально отдёрнула руку.

Правда, оказалась не слишком расторопной.

Даниил не дал мне ускользнуть. Его пальцы сомкнулись вокруг моих, и в один резкий, стремительный рывок он притянул меня к себе. Не дав опомниться, он впился в мои губы жадным, требовательным поцелуем. Это был не тот нежный, почти целомудренный поцелуй, который мы делили в гостиной. Он был напористым, властным, но не менее желанным. Даниил поцеловал меня так, что я потеряла опору. Мои руки обвились вокруг его шеи, и я полностью растворилась в этом чувственном натиске. Его тело прижалось ко мне, и я ощутила твёрдость его мускулов и жар кожи сквозь тонкую ткань футболки. В голове образовалась восхитительная пустота, усиленная вкусом его поцелуя.

Он оторвался от моих губ лишь на мгновение, чтобы подхватить меня под бёдра и в одно стремительное движение усадить на высокий кухонный стол. Посуда с пронзительным звоном сдвинулась в сторону, но никто из нас не обратил на это внимания. Мои ноги обвились вокруг его талии, притягивая его ещё ближе.

Он стоял между моих разведённых колен, плотно прижимаясь ко мне, и каждый нерв в моём теле натянулся до предела. Между тем мои ладони скользнули по его спине, чувствуя твёрдость мышц и лёгкую шероховатость футболки. Он был здесь, рядом со мной, и это сводило с ума.

Даниил нависал надо мной, и его лицо было так близко, что я чувствовала его дыхание.

Затем его губы снова нашли мои, и поцелуй стал глубже, жарче. Я выгнулась ему навстречу, ощущая, как его дыхание становится чаще, а пальцы крепче сжимают мою талию. Его поцелуи огненной дорожкой опустились вниз, к шее, затем к ключицам. Тёплые, чуть влажные, они оставляли за собой волны жара, которые разливались по моему телу. Я запустила пальцы в его волосы, слегка потянув, и он тихо выдохнул, прижимаясь ещё ближе.

Я тихонько застонала, отдаваясь нарастающей волне ощущений.

Его руки, обнимая меня, нырнули под футболку, и я почувствовала, как его пальцы заскользили по гладкой коже в поисках застёжки бюстгальтера. Не найдя её, вместо того чтобы снять с меня футболку, он продолжил целовать меня медленно, дразняще, пока я не начала извиваться под ним.

В этот момент я особенно остро ощущала его дыхание на коже, жар его тела, его желание, которое отвечало моему собственному.

Внезапно Даниил остановился, словно что-то вспомнил. Поднял голову и посмотрел на меня. В его глазах мелькнула какая-то новая сложная и незнакомая для меня эмоция.

Он почему-то передумал.

– Не здесь, – выдохнул Даниил, отстраняясь. Его дыхание было прерывистым, тяжёлым.

Он вспомнил!

Вспомнил, что у меня ещё никого не было!

Его губы снова нашли мои, и поцелуй стал глубже, почти отчаянным. Я чувствовала, как его тело напрягается, как его дыхание становится тяжелее, но он сумел остановить себя.