Страница 65 из 77
В этот момент Карина, видимо, что-то почувствовала и проворно вцепилась длинными, идеально отшлифованными ногтями в рукав его пиджака. Её пальцы впились в дорогую ткань, привлекая внимание Даниила.
– Милый, по поводу отчёта по продажам за прошлый квартал, – торопливо проговорила она, и её пальцы скользнули по его руке. – Я сверила данные, и, кажется, есть небольшие расхождения. Не хочешь посмотреть?
Карина демонстративно сделала глубокий вдох, выпячивая грудь. Ткань её блузки натянулась настолько сильно, что стали видны очертания сосков.
Фу!
Я едва сдержала гримасу.
Это выглядело слишком вызывающе.
Она явно пыталась привлечь внимание Даниила, но он и бровью не повёл. Его лицо осталось каменным, ни намёка на интерес. Он смотрел на неё ровно секунду, потом перевёл взгляд на бумаги, лежащие на столе.
Его движения были отточенными и размеренными, как будто он привык отсекать подобные выходки одним равнодушным молчанием.
Он был тем, кто знает, чего хочет, и не вёлся на дешёвые трюки.
Карина знатно обломалась.
Первым не выдержал Никита. Он с недовольно поджатыми губами покачал головой и, не сказав ни слова, скрылся за дверью своего кабинета. Оглушительный хлопок стал красноречивее любых слов.
Когда эхо затихло, Орлов с непроницаемым лицом взял со стола папку с документами и удалился к себе.
Оставив Карину радоваться своей маленькой победе, я прошла к своему новому рабочему месту.
Это был маленький уголок, где едва помещались крохотный стол и стул. Огромные листья свисали передо мной, создавая полумрак и отрезая от остального мира. Моя громоздкая сумка со всякой всячиной, которую я сжимала в руке, выглядела здесь нелепо.
Водрузив сумку на подоконник, я прислонилась к холодной стене, чувствуя себя загнанной в угол. Хоть радовало то, что строптивый огонёк внутри меня не погас.
С этого момента дни потянулись бесконечной вереницей унижений. Карина наслаждалась появившейся властью надо мной и отыгрывалась по полной. От нечего делать она отправляла меня перебирать старые пыльные архивы. Заставляла относить кипы никому не нужных бумаг в самый дальний склад в другом конце здания. Требовала рассортировать канцелярские товары по цвету и размеру.
Её любимым занятием стало отдавать мне личные поручения.
– Лебедева, мне нужны круассаны из той пекарни на Тверской, – говорила она, подавая мне бумажную салфетку, на которой небрежно нацарапала адрес. – Не забудь купить кофе с миндальным молоком. И журнал мод.
Я смиренно шла и выполняла её хотелки. Никому не жаловалась, не стонала и не давала этой гарпии повода пожаловаться на меня боссу.
В душе я злилась и ждала, когда закончится моя отработка. Только это ожидание не давало мне сорваться.
Она лишила меня телефона, интернета, любой связи с внешним миром. Практически превратила меня в свою личную прислугу! Орлов почти не замечал меня. Он проходил мимо моего фикуса, словно я была частью интерьера.
В свободное время я продолжала работать над рекламной кампанией сочинского проекта. Потому что не могла иначе. Закончив, я оставила флешку со своими заметками и блокнотом на столе Карины. Она, демонстративно взяв их двумя пальцами, понесла мой проект Даниилу.
Спустя несколько часов он не подумал вызывать меня к себе. Возможно, он вовсе не смотрел мои наработки.
После этого, когда мы случайно столкнулись у лифта, он не сказал мне ни единого слова. Его лицо выглядело непроницаемым, как будто меня не существовало.
Его равнодушие было самым сильным ударом для меня.
В итоге, плюнув, я пошла к лестнице. Уж лучше преодолеть тридцать два пролёта, чем спускаться на лифте вместе с ним!
Ольга была моей единственной отдушиной.
Она тайком проносила мне чашки кофе, подкармливала на перерывах бутербродами или подслащала нудные будни конфетами.
– Держись, Дашуль, – говорила она, прячась от посторонних глаз за фикусом. – Эта гадина совсем озверела. Потерпи. Осталось недолго.
Я кивала, благодарная за каждое доброе слово и её поддержку. Ольга подружилась с тем самым водителем, что забирал меня из той деревушки, и у них вроде там наклевывался роман.
Казалось, с того момента прошла целая вечность.
Как ни странно, поддержку я получила и от Марины с Олегом. Они нашли в Карине общего со мной врага. Марина, которая раньше считала меня своей главной соперницей, теперь относилась ко мне с неожиданным сочувствием. Теперь она соревновалась за внимание Орлова с Кариной.