Страница 39 из 77
Глава 15
Ольга шагала рядом, еле сдерживая хихиканье. Её глаза блестели, как у кота, стащившего сметану.
– Ой, как я тебе завидую, Дашка, – подначивала она, поправляя свой яркий шарф. – Жить в домике с удобствами, а не справлять нужду под кустиками, знаешь ли, дорогого стоит. Если подумать, Орлов сделал тебе шикарный подарок.
– Заткнись, Оль, – буркнула я, чувствуя, как закипаю. – Хочешь, я с тобой поменяюсь?
– Хочу, но вряд ли Орлову это понравится. Он нас тогда обеих уволит.
На этой тоскливой ноте мы дошли до деревянной избушки.
Снаружи она выглядела уютно: потёртые брёвна, маленькое окно с занавеской, а вокруг запах хвои и сырости.
Я толкнула скрипучую дверь, и мы шагнули внутрь. В нос ударил аромат старого дерева и чего-то сладковатого вроде ванили. Свет от тусклой лампы освещал единственную комнату со скудной обстановкой: стол, шкаф, табуретка, газовая плита, тумба.
И – о, сюрприз!
Широкая кровать с клетчатым пледом! В единственном экземпляре.
– Засада, – выдохнула я, падая на табурет.
Ольга присвистнула и с довольным видом прошлась по комнате.
– Дашка, это не тимбилдинг, а тест на выживание, – с видом знатока она ткнула пальцем в кровать. – Для меня остаётся большой загадкой, доживёт ли наш босс до возвращения в город. Надеюсь, он знает, что делает.
– Не сомневайся. Знает. Он меня добить хочет, – простонала я, закрывая лицо руками. – За автобус, за увольнение, за журнал, за отвратительный кофе. Он меня ненавидит.
Ольга хмыкнула, но, увидев мой совершенно безрадостный настрой, смягчилась.
– Подруга, ты чего раскисла? – ласково заговорила она. – Ты радоваться должна. Ненависть – это ведь полпути к любви, Даш! А уж если такой мужчина, как Орлов, тебя ненавидит… это дорогого стоит. Значит, ты его чем-то зацепила. Тем более у тебя появилось столько возможностей проучить его.
– Каких? – отняла я руки от лица.
– Если он начнёт храпеть, пни его, чтобы он свалился с кровати. Ты справишься.
– А он меня после этого как котёнка за шкирку вышвырнет за дверь? – Я вскинула бровь, пытаясь изобразить крайнюю степень негодования, хотя внутри меня уже разлилось озорство. Мне не терпелось это провернуть. – Ты мне предлагаешь форменную диверсию устроить? Одобряю.
Ольга, уловив мой настрой, расхохоталась.
– Представь, сколько ты накопаешь на Орлова компромата. Ты будешь знать не только сколько раз он храпит, в какой позе спит, но и не уплетает ли он тайком булочки по ночам! Представь заголовок нашей планёрки после возвращения в офис: «Генеральный директор „Эвереста“ замечен за ночным дожором!».
Я расхохоталась, пряча лицо в ладонях. Сгибаясь пополам, я чуть не свалилась с табурета, настолько комичной мне показалась представленная картина.
– Оль, кое в чём ты ошибаешься. – Я отняла ладони от лица и посмотрела на подругу. – У него наверняка нет плюшевого медведя. Зато, скорее всего, под подушкой спит уголовный кодекс и свод правил для идеальных сотрудников. А на ужин он ест исключительно суровые протеиновые батончики и пьёт стакан воды.
Ольга с минуту изучающе смотрела на меня, потом её губы расплылись в широкой улыбке.
– Вот и проверишь. Наконец-то я узнаю свою подругу.
Я хотела возразить, что я, мол, никогда не менялась и всегда оставалась сама собой, но тут до нас донеслись шаги с улицы.
Тяжёлые, уверенные, с характерным скрипом влажной подошвы по деревянному настилу.
Сердце ёкнуло.
– Кажется, мне пора… – Ольга заговорщицки понизила голос. – Не раскисай, подруга. Я побежала! Удачи!
С этими словами она метнулась к двери и, распахнув её, чуть не столкнулась с начальством. В дверном проёме возникла высокая фигура Орлова.
Их взгляды встретились.
Ольга стушевалась, что было на неё совершенно не похоже, а потом протиснулась мимо него и растворилась в лесной чаще.
Я, конечно, могла бы крикнуть ей вслед: «Предательница!» Но слова застряли в горле.
Орлов вошёл, и мне пришлось подняться с табурета.
Он выглядел как всегда безупречно, несмотря на недавнюю неприятную встречу с бывшей невестой. Его тёмные волосы лежали в притягательном небрежном беспорядке, а пиджак сидел идеально, подчёркивая широкие плечи. От него пахло свежестью, лесом и тем самым дорогим парфюмом, который уже успел свести с ума мои обонятельные рецепторы в такси.
Он выглядел слишком хорошо для мужчины, только что лишившего меня одноместной палатки в пользу другого спального места, не совсем рассчитанного на двоих.
Мой взгляд скользнул по кровати, потом обратно на него.
И меня опять заклинило.
Я смотрела на кровать, потом на него. Снова на кровать и снова на него. Поворачивала голову туда-сюда, не находя подходящих слов, чтобы выразить, насколько я зла на Орлова.
– Дарья, у тебя всё в порядке?
Я и в порядке?
Сомневаюсь.
Мой взгляд метался между кроватью и Орловым, как шарик в пинг-понге.
Кровать. Он. Кровать. Он.
Я открывала рот, чтобы выдать гневную тираду, но слова застревали, как ком в горле.
Да как он посмел отдать мой шатёр своей бывшей?!
И я поняла, что именно меня задело.
Я ревновала его.
Нет! Быть такого не может!
Я устала и потому не могу ясно мыслить.
Пока рассудок не придёт в норму, мне стоило держаться от него как можно дальше.
Видимо, Орлов считал иначе, потому что подошёл ближе.
– Дарья, ты чего молчишь? Ты хорошо себя чувствуешь? – Его голос был низким, с ноткой беспокойства, но я-то знала, что он просто издевается.
Или мне так казалось?
– Хорошо ли я себя чувствую? – переспросила я ехидно. – Вас серьёзно интересует моё самочувствие, Даниил Петрович? Почему вы об этом не думали, когда меня из шатра выселяли?
Он приподнял брови, и его губы дёрнулись в намёке на улыбку.
В намёке?
Орлов способен улыбаться?
Я точно заболела, раз у меня начались галлюцинации.
– Не драматизируй, – сказал он, подходя ещё ближе.
Чего ему на месте не стоится?
Теперь он находился так близко, что я отчётливо чувствовала запах его парфюма, отчего мой мозг снова готов был выдать ошибку.
– Обещаю, Дарья, мы со всем разберёмся.
– Уверены? – Я упёрла руки в бока. – Тогда вы спите на полу. Это вы меня сюда затащили, вам и страдать.
Орлов хмыкнул и скрестил руки на груди. Рубашка натянулась на его плечах.
Я отвела взгляд, проклиная себя за то, что вообще пялилась на него.