Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 25 из 77

Поставив чайник на плиту, я рванула в ванную, чтобы придать себе вид, который бы не заставил соседей срочно обратиться к экзорцисту.

Аккуратно пристроив телефон на край раковины, прислонила его задней крышкой к стене.

Не хватало ещё уронить эту дорогущую штуковину на пол и разбить.

Тогда мне точно конец. Неизвестно, какую неустойку выставит Орлов за порчу корпоративного имущества.

Скинув ночную сорочку, шагнула под прохладные струи душа. Запрокинула голову и позволила воде смыть остатки вчерашнего позора.

Упругие струи мягко массировали кожу, и я, честное слово, чуть не замурлыкала от блаженства. Чем дольше стояла под водой, тем легче становилось. Казалось, не только размазанная тушь смывается с моего лица, но и сомнительные жизненные решения.

Оставалось лишь вовремя прийти в офис и не умереть от стыда перед Орловым.

Проведя ладонями по лицу, я потянулась за шампунем и…

– Неплохой костюм для работы, Дарья. Почти идеальный, – раздался голос Орлова, бархатисто вкрадчивый и до ужаса самодовольный.

Я взвизгнула и в панике схватила первое, что попалось под руку – полотенце, висевшее на крючке. Только вот, к моему великому сожалению, это оказалось не полотенце, а какая-то жалкая тряпочка, больше похожая на кухонную прихватку. Я прижала её к себе, пытаясь прикрыть хоть что-то, но, судя по всему, прикрыла лишь свою гордость.

И то не полностью.

– Орлов! – не своим голосом проорала я. – Ты что, совсем совесть потерял?!

Его низкий смех, как горячий шёлк, прокатился по моим нервам.

– Я? Дарья, это ты включила камеру, – произнёс он без тени стыда. – Я подумал, ты хочешь добиться моего особого расположения. Прекрасное рвение. Пара таких видеоконференций – и жди ежеквартальную премию.

Я едва не задохнулась от возмущения.

Вот уж действительно – корпоративная этика по-орловски. В следующий раз буду выходить на связь только в бронежилете и с инструкцией по технике безопасности.

– Иди в жоп…

– Ни слова больше, Даша. Напоминаю, я твой непосредственный начальник и работодатель.

Ага, благодетель выискался!

Я психанула и скомкала полотенце для лица. Запустила его в телефон.

Снаряд, не долетев до цели, повис на бортике раковины. Поняв, что осталась без прикрытия, схватила висевшую занавеску и прикрылась ею.

До меня постепенно дошло, что вместо того чтобы выключить телефон, я, гений технологий, включила видеосвязь.

Браво!

Сама дала Орлову обзор!

Мои глаза метнулись к телефону, который как ни в чём не бывало стоял на раковине, весело транслируя видео восемнадцать плюс.

– Ты… ты… – я задыхалась от возмущения, цепляясь мёртвой хваткой за несчастную полупрозрачную занавеску. – Отключайся! Сейчас же!

– Подожди одну минутку, – протянул он, и его голос стал гораздо ниже, в нём появилась провокационная нотка. – Мне кажется, Дарья, ты сделала это нарочно.

– Нарочно?! – взвизгнула я, чуть не выпустив из пальцев занавеску. – Да я просто хотела помыться, а не устраивать стриптиз для начальства!

Его смех стал громче, и я буквально чувствовала, как он наслаждается моим смущением.

– Вышло неплохо. Одобряю. Может, как-нибудь повторим?

– Не надейся.

– Как скажешь, только не задерживайся, Дарья. Я жду. И, – он сделал паузу, явно смакуя момент, – постарайся выбрать костюм чуть менее откровенный.

Шумно втянув в себя воздух от его наглости, осмотрела ванную в поисках нового снаряда и запустила в телефон мочалку. Она попала в зеркало, чудом не сбив флакон с любимыми духами.

Раскатистый смех Орлова разнёсся по ванной, и экран телефона наконец погас. Я отшвырнула от себя занавеску и шагнула обратно под струи воды.

Внутри всё кипело от злости, стыда и – чёрт бы меня побрал – какого-то дурацкого трепета.

Хватит! Никаких трепетов. Это последствие похмелья и пережитого стресса.

Я выдавила на ладонь шампунь и начала яростно намыливать волосы, как будто это могло стереть из памяти последние пять минут.

Почему я даже помыться не могу как нормальный человек?

Выскочив из душа, я схватила косметичку и подлетела к зеркалу, готовая превратить себя в человека, а не в бледную моль из отдела маркетинга. Тушь легла почти безупречно, тени добавили глазам жизни, а румяна – о, чудо! – сделали меня похожей на ту, кто спит больше трёх часов в сутки.

Подсушив волосы, нырнула в шкаф и вытащила светлые брюки и пуловер из мягкой ангорки. Не по дресс-коду, конечно, но сойдёт.

Вылетев на лестничную площадку, я чуть не врезалась в грудь мужчины в строгом костюме. Подняв глаза, лицезрела перед собой водителя Орлова. Мужчина строгой наружности молча протянул мне стакан с кофе, от которого шёл умопомрачительный аромат.

– Спасибо, – пискнула я, неловко улыбнувшись, и, не придумав ничего лучше, забрала стакан, передав ему папку с документами.

Чувствовала себя идиоткой и не знала, как реагировать на кофе.

У подъезда стоял чёрный блестящий люксовый внедорожник. На лавочке у подъезда сидели соседские бабули, и когда я проходила мимо, их взгляды прожигали меня насквозь.

– Глянь, на каких машинах разъезжает! – донеслось до меня. – Ишь, вырядилась как! На свиданку, бесстыжая, пошла!

– И вам доброго дня, Нина Степановна, – поравнявшись, поздоровалась с ней.

На лице соседки сразу появилась милейшая улыбка:

– Ой, Дашенька, – это ты? Совсем тебя не узнала.

– Бывает, – не стала я ругаться с соседкой.

Под её бдительным оком я чуть ли не нырнула в машину, лишь бы спрятаться от их пытливых взглядов. Водитель молча сел за руль, и машина плавно тронулась.

Офис «Эвереста» встретил меня холодом стеклянных дверей и глянцевых полов, пропитанных запахом кофе и кондиционера. Водитель Орлова, невозмутимый, как каменная глыба, кивнул на прощание, а я, не оглядываясь, ушла.

Я влетела в лифт, сжимая пустой стакан, от которого тянуло корицей. Сердце колотилось где-то в горле, как если бы я спешно поднималась по лестнице.

Пять этажей.

Пять попыток не выругаться вслух.

Пять секунд, чтобы отдышаться перед встречей.

И всё равно внутри бурлил коктейль из стыда и раздражения.

Выкинув стаканчик в урну, добежала до кабинета Орлова и выдохнула. Придав себе деловой вид, постучала в дверь и проговорила ровным тоном:

– Можно войти?

– Да, проходи, – тотчас раздался голос начальства, холодный и твёрдый, как мрамор под моими туфлями.