Детки в клетке

— Нет, конечно! Она и водить-то толком не умела. Так, чуть научил ее, когда были на даче. Выехали на пустырь, она там погоняла.. – Он вернулся за стол. – В шесть утра, когда я со смены вернулся, она взяла ключи и вышла с ними к машине. Завела ее, вывела с парковки и поехала. Сосед как раз выходил из подъезда, Машка растерялась и не смогла вовремя остановиться. Наехала. И еще как-то неудачно так, сосед упал на асфальт, ударился головой о бордюр..

Он замолчал, лицо стало отрешенным.

— И что дальше?

Геннадий будто ожил, рассердился:

— Дальше? А дальше сосед умер в больнице, не приходя в сознание.

Чернову бросило в жар – как такое обстоятельство могло ускользнуть от следствия раньше.

— Ваша дочь узнала об этом? – мужчина кивнул. – Когда?

Он опять пожал плечами, потемнел и замкнулся.

— Часам к двум, наверное. Как с ума сошла.. Соседка прибежала, орала на нее, убийцей называла.. Машка ревела, кричала, что не хотела.. ну, оно и понятно, что не хотела.. Они с соседом не конфликтовали. Зачем ей его смерти желать.. Это я виноват, понимаете? Почему я ключи не спрятал!

— А вы могли догадаться, что ваша дочь возьмет их? Были сигналы?

— Нет, конечно..

Геннадий смолк, будто его ударили. Он смотрел на Александру темными, безумными глазами отчаявшегося человека. Черновой стало душно под его взглядом. Она подошла к окну и распахнула его.

— Так, Геннадий Игоревич. Мне надо восстановить события того дня. Маша сбила человека. Что было дальше? Она была дома? Кому-то звонила, писала? Куда-то ходила?

— Нет, никуда. Впрочем, я и не знаю толком. Меня же полиция допрашивала. Машина-то моя. Не сразу и сообразили, что не я за рулем был. На алкоголь проверяли и все такое.

— То есть Маша скрыла, что она была за рулем?

— Так ее дома не было. Она, как на соседа наехала, так и убежала, бросив машину у подъезда.. Меня и схватили. Потом уж опера очевидцев опросили, камеры посмотрели на соседнем доме и освободили. За Машкой, значится, поехали.

— Откуда тогда вы знаете, что Маша дома была?

— Так Рита сказала. Маша примерно через час пришла, как меня забрали. В комнате заперлась. Потом уж соседка пришла, Машка ее оттолкнула и выскочила из дома. Полиция уж потом появилась. Ну, принялись искать.. – Он осекся: – И нашли. Не выдержала..

— То есть вы думаете, что ваша дочь сама бросилась с моста?

Мужчина пожал плечами:

— Ну, не Лида же Сухова ее сбросила.. Лида была не в состоянии.

— Лида Сухова это кто?

— Это жена соседа, которого сбила Маша.. Он вместе с отцом Ивана работал..

Чернова почувствовала, как кровь пульсировала в висках.

— Сухов и Абрамченко – коллеги?

— Да, а что вас удивляет, здесь много этих, из ученых.. Тут скорее мы с Ритой были белыми воронами. – Мужчина казался равнодушным.

Чернова отошла от распахнутого окна, вернулась на свое место.

— Геннадий Игоревич. Сейчас это очень важно. Поясните, почему вы говорите, что вы тут были белыми воронами?

— Да потому что не интеллигентная семья. У Маши в классе из двадцати шести человек учеников шестнадцать были детками ученых, многие в НИИ цифровых технологий работали. Кто в одном отделе, кто в другом. Некоторые занимали важные посты там, вроде отца Вани Абрамченко. Сухов тоже вроде как начальник отдела там какого-то.. Не знаю, не спрашивал никогда: у них свои заморочки, у нас с Ритой – свои. Но люди вежливые, не шумные, ничего плохого не скажу.

Чернова сделала пометку в блокноте.

— Геннадий Игоревич, скажите, когда ваша дочь узнала об исчезновении Ивана Абрамченко?

Филатов задумался:

— Я не уверен, что она знала..

— Но вы сказали, что у них были близкие, доверительные отношения.

— Да поссорились они недавно. Дней за шесть до всего этого, – он обвел рукой кухню. – Из-за чего не знаю, Маша не распространялась. Мы с матерью и узнали-то о ссоре, потому что заметили, что Иван давно не заглядывал. То, знаете ли, каждый день то на обед, то на ужин оставался. А тут не является. Рита, значится, и спросила у Маши, что да и как. Та разозлилась, накричала на нас..

— Даже так?

Филатов виновато улыбнулся:

— Да стандартно все. Не вмешивайтесь в мою жизнь, что вы лезете, достали со своим любопытством. Все как у всех.. Рита и смекнула, значит, что в ссоре они..

— То есть о ссоре вы догадались, исходя из поведения Маши? Достоверно вы об этом не знаете?

Мужчина нахохлился, отстранился от стола и приосанился:

— Почему сами догадались.. Не сами, Маша подтвердила. Сперва Рита предположила, пошла к Маше, как та немного успокоилась. Там уж Машуня и призналась.

Чернова снова сделала пометку в блокноте. Уточнила:

— А в чем причина ссоры, она сказала?

Филатов пожал плечами:

— Не особо. Рита только узнала, что Иван что-то на работе накуролесил, и теперь у него проблемы. А Маша его предупреждала и просила быть осторожнее.. Ну и на почве нервов, молодости и неумения объясняться они и поцапались, – он улыбнулся, будто на мгновение забыл, что говорит об умершей дочери.

— Геннадий Игоревич, ваша дочь была участницей каких-то сетевых игр?

Мужчина непонимающе уставился на нее:

— Сетевые игрушки? Не, не играла она. У нас и ноут обычный, не игровой, доклады печатать. Презентации Маша у Вани делала, наш не вывозил.

— А сетевая игра «Ромашка» вам о чем-то говорит?

Филатов нахмурился, задумчиво растер переносицу.

— Нет.. А что это?

Чернова поднялась.

— Я могу осмотреть Машину комнату?

— Да там не прибрано.. Сперва день этот чумной, потом Рита в больницу попала. Менты.. Полиция то есть, обыск делала, опять же..

— Ничего. Я не из органов опеки пришла, чтобы на чистые книжные полки смотреть. Я убийство вашей дочери расследую..

— Убийство? – мужчина побледнел.

— Да, увы. Я сейчас вам выпишу повестку, в семнадцать часов вы придете ко мне, подпишете протокол о признании вас потерпевшим.. Вы меня слышите?

Филатов бессмысленно озирался.

— Да как же это.. Лида? – Он посмотрел на Чернову.

Та покачала головой:

— Не думаю. Но мы это обязательно выясним. Покажите мне комнату Маши, пожалуйста.