Страница 71 из 148
У меня внутри что-то неприятно сжимается. Смотрю на неё, не сразу понимая, что именно меня задевает сильнее — сам факт, что у Авроры есть своя жизнь, свои друзья, свои планы без моего участия, или то, как она об этом говорит. Как о чём-то действительно хорошем.
И это хорошее опять не имеет ко мне никакого отношения.
— Поздравляю, — произношу наконец так бесстрастно, что самому противно.
— Спасибо, — отвечает она настороженно, как будто ждёт подвоха и не верит, что я на этом остановлюсь.
Возможно, правильно не верит. Но я заставляю себя молчать. Не запрещать же ей дружить с невестой Марка. Это выглядело бы уже не просто нелепо, а откровенно жалко.
И всё равно я чувствую, что злюсь. На Еву, хотя она ни при чём, на ситуацию, на эту будущую свадьбу, на сам факт, что кто-то другой сумел так быстро встроиться в её жизнь, тогда как я, её муж, будто бы стою по другую сторону стекла и смотрю, как она существует отдельно от меня.
Аврора, не дождавшись от меня продолжения, берёт чашку, кивает — вежливо, как чужому — и выходит из кухни.
Я смотрю ей вслед дольше, чем следовало бы. Потом перевожу взгляд на пустую турку, с досадой провожу ладонью по лицу.
Вот что, спрашивается, это было?
— Аврора Романовна любит кофе и разбирается в нём, — раздаётся рядом спокойный голос Альберта.
Оборачиваюсь и вижу старика у входа в кухню.
— Подслушивал? — спрашиваю сухо.
— Я вошёл, когда она уже ушла, — невозмутимо отвечает Альберт. — И, если позволите заметить, ей действительно было бы удобнее с чем-то более современным, чем древняя турка и старая кофемашина.
Кидаю взгляд туда, куда он чуть повёл подбородком. В углу кухни действительно стоит кофемашина. Я в них ничего не понимаю, но, скорее всего, она тут действительно лет пять уже… а то и больше.
Секунду смотрю на неё, потом достаю телефон.
— Сегодня же подберите и привезите домой хорошую кофемашину, — командую одному из помощников.
— Понял, Феликс Эдмундович. Есть предпочтения по бренду?
— Нет. Пусть будет лучшая.
— Сделаем.
Сбрасываю вызов и подозрительно смотрю на Альберта. Такое ощущение, что он только что улыбался.
— Что? — спрашиваю резко.
— Ничего, — качает головой старик. — Приготовить завтрак?
— Нет, — мотнув головой, выхожу из кухни.
Чтобы переключиться, иду в кабинет. Я ещё до отъезда велел найти старые документы деда, всё, что осталось — бумаги тех лет, когда я был женихом Авроры… и каким-то образом мог чего-то не знать о собственной жизни.
Рядом со столом уже стоят две коробки. Снимаю крышку с первой, вытаскиваю документы — сводки, выписки, черновики договоров, записи юристов. Ненужный хлам, который я бы сжёг без сожаления, если бы не одна деталь.
Брачное соглашение. То самое, о котором она говорила.
С моими якобы правками. С условиями, которые я не помню и не писал.
Вытаскиваю одну папку за другой, пролистываю, отбрасываю в сторону. Старая бумага шуршит под пальцами, я просматриваю всё почти машинально. Не было этого. Глупости, очередной выверт Авроры, ошибка, недосказанность, что угодно.
Но потом почти опорожнив вторую коробку, почти с самого дна достаю тонкую папку. Несколько листов.