Страница 37 из 148
Я ещё несколько секунд держу телефон у уха, хотя разговор уже закончился. Потом медленно опускаю руку, оглядываю комнату. И мне вдруг становится совершенно ясно, что я никуда не уеду. Точно не сейчас. Не ночью. Не в таком состоянии.
Я могу, конечно, дотащить себя до вокзала. Могу купить билет хоть в чёртову Кострому, хоть во Владивосток. Могу даже доехать туда на одной злости. А потом-то что?
Исчезнуть, оставив сестру наедине с проблемами — когда всё это вообще затевалось ради неё? Нет, так не пойдёт. Я откидываюсь на кровать и понимаю, что силы у меня внезапно кончились. Просто кончились — целиком и полностью. Последних хватает только на то, чтобы свернуться клубочком поверх одеяла.
Сон приходит не сразу. Я вслушиваюсь в звуки дома, звуки за окном. Когда на улице всё окончательно затихает, закрываю глаза. Но внутри меня всё ещё как будто продолжается какая-то медленная, беззвучная ломка. Тело ноет. В голове то пусто, то вдруг вспыхивает слишком резко какая-нибудь деталь, воспоминание, и я тут же отталкиваю его подальше, не давая себе додумать до конца.
Не сейчас. Всё завтра. Завтра я… что-то придумаю.
Когда всё-таки проваливаюсь в сон, он выходит рваным, липким, без отдыха. Меня то выдёргивает на поверхность, то снова утаскивает вниз. И каждый раз, просыпаясь, я не сразу понимаю, где нахожусь. В какой-то момент мне даже кажется, что я опять в том кабинете.
Резко сажусь на постели, хватая ртом воздух, и только через несколько секунд понимаю: нет. Я дома и уже наступило утро. Свет за окном белёсый, мутный, как бывает в пасмурный день. Голова тяжёлая. Тело ломит так, словно меня вчера не только изнасиловали, а ещё и избили для надёжности. Во рту сухо. В груди пустота.
Я с трудом встаю, иду в ванную, умываюсь ледяной водой, потом долго смотрю на себя в зеркало. Прекрасно, просто прекрасно. Глаза какие-то тусклые, лицо бледное. Но в целом жить можно. Главное — не присматриваться. Иду на кухню, завариваю чай. Не потому что хочу. Просто надо что-то делать руками. Надо как-то прожить следующие десять минут. Потом следующие полчаса. Потом день.
Не думать, не строить планы. Пока нет. По одному делу за раз.
Сначала чай.
Я как раз делаю первый глоток, когда в дверь звонят. Сердце падает куда-то в живот, от страха я едва не роняю кружку.
Потому что почти на сто процентов уверена. Это он!
Стою посреди кухни, глядя в сторону прихожей, и понимаю, что ни за что не открою. Ни за что! Пусть звонит. До вечера! До понедельника! До второго пришествия!
Звонок повторяется, ещё раз, ещё…
Не выдержав, ставлю кружку на стол и иду к двери. На цыпочках, как полная идиотка! Смотрю в глазок — никого. Несколько секунд я просто стою, моргая. Потом звонок, заставив вздрогнуть, раздаётся снова, и до меня доходит: человек стоит чуть в стороне от двери, не попадая в обзор.
Ненавижу!
— Кто? — спрашиваю через дверь.
С той стороны короткая пауза.
— Открывай дверь, Аврора.
Феликс.
Меня прошибает потом, а пальцы холодеют.
— Уходи, — говорю сразу.
— Открой.
— Нет.
— Я не уйду.
— Это не моя проблема!
— Либо ты открываешь, — произносит он всё тем же ровным голосом. — Либо я вызову специалиста, который за пять минут вскроет эту дверь.
Вот сволочь! Какая же сволочь! И ведь сделает, скотина!
Пальцы сами собой тянутся к замку. Я ненавижу себя в этот момент. Его — ещё сильнее. Но дверь всё-таки открываю. Не настежь. Только на длину цепочки.
Феликс стоит на площадке, но я отказываюсь смотреть ему в лицо.
— Что тебе нужно? — спрашиваю, пытаясь сделать тон ледяным, но голос дрожит.
— Открывай дверь нормально и собирайся.
Я настолько теряюсь, что не сразу понимаю смысл этих слов. Невольно вскидываю взгляд на мужчину.
— Что?
— Ты переезжаешь ко мне.
Мир, который и так держался на честном слове, на секунду качается перед моими глазами.
— Что?!
— Ты слышала.
— Ты свихнулся?! — изнутри поднимается страх, смешанный с яростью. — После того, что…
— Именно после этого. Моя жена будет жить со мной.
Хочу спросить: «Кто?!»
Но голос не слушается.
А Феликс достаёт из внутреннего кармана пиджака листок, разворачивает и показывает его мне.
Перед глазами всё плывёт, я несколько раз моргаю, вглядываюсь в розовый официальный бланк.
И буквы на нём складываются в слова «Свидетельство о заключении брака».
Я с трудом встаю, иду в ванную, умываюсь ледяной водой, потом долго смотрю на себя в зеркало. Прекрасно, просто прекрасно. Глаза какие-то тусклые, лицо бледное. Но в целом жить можно. Главное — не присматриваться. Иду на кухню, завариваю чай. Не потому что хочу. Просто надо что-то делать руками. Надо как-то прожить следующие десять минут. Потом следующие полчаса. Потом день.
Не думать, не строить планы. Пока нет. По одному делу за раз.
Сначала чай.
Я как раз делаю первый глоток, когда в дверь звонят. Сердце падает куда-то в живот, от страха я едва не роняю кружку.
Потому что почти на сто процентов уверена. Это он!
Стою посреди кухни, глядя в сторону прихожей, и понимаю, что ни за что не открою. Ни за что! Пусть звонит. До вечера! До понедельника! До второго пришествия!
Звонок повторяется, ещё раз, ещё.…
Не выдержав, ставлю кружку на стол и иду к двери. На цыпочках, как полная идиотка! Смотрю в глазок — никого. Несколько секунд я просто стою, моргая. Потом звонок, заставив вздрогнуть, раздаётся снова, и до меня доходит: человек стоит чуть в стороне от двери, не попадая в обзор.
Ненавижу!
— Кто? — спрашиваю через дверь.
С той стороны короткая пауза.
— Открывай дверь, Аврора.
Феликс.
Меня прошибает потом, а пальцы холодеют.
— Уходи, — говорю сразу.
— Открой.
— Нет.
— Я не уйду.
— Это не моя проблема!
— Либо ты открываешь, — произносит он всё тем же ровным голосом. — Либо я вызову специалиста, который за пять минут вскроет эту дверь.
Вот сволочь! Какая же сволочь! И ведь сделает, скотина!
Пальцы сами собой тянутся к замку. Я ненавижу себя в этот момент. Его — ещё сильнее. Но дверь всё-таки открываю. Не настежь. Только на длину цепочки.
Феликс стоит на площадке, но я отказываюсь смотреть ему в лицо.
— Что тебе нужно? — спрашиваю, пытаясь сделать тон ледяным, но голос дрожит.
— Открывай дверь нормально и собирайся.
Я настолько теряюсь, что не сразу понимаю смысл этих слов. Невольно вскидываю взгляд на мужчину.