Страница 136 из 148
— Я просчитал ситуацию, — говорит глухо. — За Аней следили. Она рвалась к тебе. Сафонов ждал момента. Я решил, что лучше выбрать этот момент самим, чем потом вытаскивать её неизвестно откуда.
— Лучше выбрать момент самим, — повторяю я медленно. — Как удобно звучит.
— Аврора…
— А ты вообще собирался мне говорить? — спрашиваю тихо.
— Я собирался сказать тебе, когда всё закончится.
— Конечно, — шепчу, запуская пальцы в волосы. — Ты всегда собираешься сказать, когда всё закончится. Поставить меня перед фактом. Когда я уже ничего не могу изменить. И должна только быть тебе благодарна!
— Ты несправедлива, — он резко качает головой.
— Несправедлива?! — я практически задыхаюсь. — Моя сестра сидит там с разбитым лицом, потому что ты решил, что имеешь право сделать из неё наживку! А я узнаю об этом от неё, в больнице, потому что ты опять не рассказал мне правду. И ты говоришь про несправедливость?!
— Я говорю, что если бы я рассказал тебе раньше, ты бы поставила себя под удар.
— Это было бы моё решение!
— Нет! — рявкает он. — Не когда речь идёт о твоей жизни и безопасности!
— Значит… — я хватаю ртом воздух. — Значит… я должна просто ждать, пока ты решишь, что мне можно знать?
— Если это сохранит тебе жизнь и здоровье — да, Аврора!
У меня внутри что-то окончательно обрывается.
— Ты слышишь, что сейчас говоришь? — спрашиваю медленно.
— Слышу, — говорит он жёстко. — И сделаю так ещё раз, если понадобится.
Я смотрю на него. Просто смотрю. Несколько секунд не могу даже вдохнуть.
— Что?
— Я ещё раз скрою от тебя информацию, если она может заставить тебя поступать по-идиотски, не просчитывая последствия. Ещё раз усилю охрану. Ещё раз не дам тебе принять решение, из-за которого ты можешь пострадать. Пока ты моя жена, в вопросах твоей безопасности я на компромисс не пойду!
— Пока я твоя жена, — повторяю механически.
— Да! Потому что ты не понимаешь, насколько это важно! Ты подчиняешься эмоциям вместо того, чтобы думать головой! И если для того, чтобы ты была жива, здорова и в безопасности, мне придётся быть жестоким, я буду жестоким.
— Значит, твоей женой я не буду, — слышу свой голос со стороны.
Феликс замирает. Выражение лица становится каким-то странным. Но я уже не могу остановиться. Не хочу. Если я сейчас соглашусь с тем, что он мне сказал… это будет не жизнь.
— Если быть твоей женой значит жить в клетке, слушать твою ложь и ждать, когда ты разрешишь мне знать правду, я не буду твоей женой, — повторяю твёрже.
— Аврора, не говори глупостей, — хмурится он. — Ты сейчас на эмоциях, но это не значит, что…
— Да. Представь себе. Моя сестра, мой единственный родной человек, в больнице. И попала туда, потому что мой муж решил использовать её как приманку. И врал мне. А я тут на эмоциях. Надо же, как неожиданно.
Феликс делает шаг ко мне, и я отступаю.
Не потому, что боюсь. Я просто… не хочу, чтобы он касался меня. Не сейчас. Не этими руками, которые ещё сегодня утром держали меня так бережно, что я была… почти уверена…
— Я же поверила тебе, — вырывается у меня, и от этих слов боль становится такой острой, что почти невозможно говорить дальше. — Господи, Феликс… я же по-настоящему поверила тебе. Я думала, что ты… что мы…
Голос срывается, я стискиваю пальцы, ногти впиваются в ладони.
— Я думала, что ты изменился…
— Аврора… — он снова делает шаг ко мне, я снова отступаю.
И договариваю:
— А ты просто стал мягче со мной в постели. Остальное осталось тем же.
Он вздрагивает, как будто я его ударила.
И хорошо.
Пусть.
Пусть ему тоже будет больно.
— Это не так, — говорит тихо.
— Это так, — качаю головой. — Ты же… ты ведь снова выбираешь то, к чему привык. Ложь. Приказы. «Я сам решу». «Я лучше знаю». Ты даже сейчас не просишь прощения, Феликс. Ты объясняешь мне, почему сделал бы это снова.
Он молчит. И это хуже любого ответа.
— Я хочу развод, — выговариваю я, заставив себя расправить плечи.
— Ты в своём уме?! — выпаливает он и запинается.
А я горько усмехаюсь.
— А что, только сумасшедшая может отказаться от такого приза в твоём лице? — судорожно вздыхаю. — Ты уже решил однажды вместо меня. И, как оказалось, решал и дальше. И говоришь, что будешь продолжать решать, пока я твоя жена. Так вот, это решение я принимаю сама. Я отказываюсь быть твоей женой.
Феликс молчит так долго, что у меня в ушах начинает звенеть. А потом что-то в его лице как будто закрывается. Я практически вижу, как он словно сам запирает что-то внутри. Всё, что в нём было живого, всё, что я, как мне казалось, видела в нём последние дни и недели…
— Хорошо, — говорит он ровно.
На секунду мне кажется, что пол под ногами проваливается куда-то вниз. Если бы он ударил меня, наверное, было бы не так больно.
Вот и всё.
Так просто.
Я сама это сказала. Сама потребовала. Но всё равно часть меня до последнего ждала, что он не отпустит… Хотя бы попытается сказать что-то настоящее… Что угодно. Хотя бы… извинится. Скажет, что не хотел.
— Хочешь развод — получишь, — слышу безучастное. — Я свяжусь с адвокатом.