По моим правилам

Глава 33

Капитан Теор Со-Тан

— Что ты сделал⁈ — голос Со-Рена был настолько переполнен шоком, что, кажется, даже грозился пролить переизбыток оного прямо на пол капитанского кабинета, презрев законы физики — Ты… Ты окончательно сошел с ума, Теор? Скажи мне, что я ослышался. Просто скажи, что ширмова связь барахлит. И впаяй выговор Со-Пхану за ненадлежащее выполнение должностных обязанностей, если так. Только не повторяй этот бред снова. Ты не мог. Я не верю…

— Успокоишься ты, или нет? — недовольно буркнул Теор, машинально потирая нещадно зудящий шрам на щеке, усилиями доктора стремительно превращающийся теперь в белесую полосу рубца — Все правильно ты услышал.

— Тогда ты… идиот, Со-Тан! Просто идиот, слышишь⁈

— А я говорил! Я так и говорил! — тут же возопил Со-Тин, сидящий на другом конце стола — Но кто меня слушал?

— Поверить не могу… Доктор, как Вы-то это допустили⁈ С Вашими-то староверческими взглядами, с Вашими регрессивными потугами на сохранение традиций…

— Вот только не надо сейчас сваливать все с больной головы на здоровую. Я говорил. Много раз говорил. Вам обоим, кстати. Но не Вы ли сами, Со-Рен, заставили меня обманом привести к нему линЕю? И не Вы ли взяли на себя ответственность за возможные последствия⁈

— Да я и подумать не мог, что этим обернется, — возмущался Реон — Я гарантировал, что физического вреда он ей не причинит. Кто мог знать, кто кэп окончательно слетит с катушек и…

— Да ничего не произошло! — устав слушать крики друзей, рявкнул капитан — Рина жива, здорова. Не подвергается никакому насилию, если вам обоим это интересно. Просто…

— Просто ты взял в плен разумное существо, Теор! Без соответствующего приказа, ордера или необходимости.

— Мне лучше знать о необходимости, — набычился мужчина — Мне без нее… было плохо.

— Плохо⁈ Ты сейчас все еще серьезно⁈ Тебе было плохо без девушки и тогда ты ее просто… посадил под арест⁈

— Она бы сама не согласилась, — не слишком уверенно пробурчал соторниец — Она и теперь…

— Договаривай, кэп. Что ' и сейчас'? Находится в твоей каюте помимо своей воли, не так ли? То есть ты удерживаешь ее силой!

— Зато я вменяем! — рык Теора напоминал рычание зверя — Зато я нормально несу службу! Команда не подвергается более угрозе стать жертвой вышедшего из-под контроля зверя. Не Вы ли сами, доктор, втолковывали мне об опасности потери контроля для соторнийца в гоне? Напомнить Вам, как Вы выпрашивали у меня разрешение на отстрел транквилизаторами и стазис для майора в свое время? А теперь что? Если речь обо мне, то все перетопчутся? Как-то так?

— Ты берега потерял, Теор? Еще раз, — внятно и четко произнес Со-Рен — Одно дело — команда. Военный корвет изначально готов к возможным ЧП. Назначил бы зама. Ушел бы в стазис. Да что я тебе истины разжевываю? Не надо мне говорить, что ты о команде пекся. Знаю я, чем ты думал и где у тебя чесалось. И на что ты клал, лишь бы получить свое. И каков итог? Ты пленил землянку. Держишь ее в плену. Тебе разъяснять надо, сколько гребенных конвенций ты нарушил сразу? И чем это грозит тебе лично и всем присутствующим вместе с тобой?

— Каждый из вас знал, чем ему грозит помощь мне, — хмыкнул капитан.

— Помощь⁈ Мы не о такой помощи договаривались, Теор. Ширм с тобой, с тем, во что ты втянул нас с доктором. Ширм с трибуналом, на который тебе, судя по всему, откровенно срать. А что ты с ней теперь делать будешь? Ты хоть понимаешь, что напрочь убил даже саму возможность наладить с ней отношения? Земляне крайне трепетно относятся к понятиям личной свободы. А ты…

— Я не нравлюсь ей! — вдруг, словно разом растеряв остатки контроля, рявкнул Со-Тан — Не нравлюсь!

В кабинете стало недоуменно-тихо. Со-Рен с доктором неловко переглянулись, прежде чем безопасник аккуратно и тихо уточнил:

— В каком смысле, Теор? В смысле, что сейчас линЕя на тебя немного обижена? Ну, это, в принципе, логично. Просто…

— Не обижена, Рен. Я просто ей не нравлюсь, — что-то ломко дрогнуло в горле капитана, наделяя ее негромкий голос хриплыми нотками отчаяния. Мужчина медленно откинулся в кресле и упер тяжелый взгляд в отполированную столешницу перед собой — Я хромой урод. И на борту полно более достойных самцов. Что-то в этом роде. А я… не вариант. Не нравлюсь, понимаешь?

— Подождите, капитан, — мотнул головой доктор — Но Лин на вашей руке вошел в силу. Связь закреплена. Значит она должна…

— Испытывать влечение. От которого рвет голову. Которому не в силах противиться. Хотя она пытается, ширм бы ее побрал. Каждый раз пытается…

— Ох, Штан Святой, — недоверчиво качнул подбородком Со-Тин — Может Вы… излишне мнительны?

— Если бы, — горько ухмыльнулся капитан — Да и смысл быть мнительным или не быть им, если все было сказано мне в лицо?

— Но Вы же познакомились в Центре и…

— Именно. Она и не отрицает, что от запаха ее ведет. Как бы она не старалась держать себя в руках, но стоит нам остаться наедине и природа связи берет свое. А от многократного контакта Лин крепнет, канал становится чистым и ровным. Так что… Да, Лин перед вами. Вот только…

— Врешь, Теор, — хрипло оборвал его дур-Ты бы не сал. Я знаю тебя много лет. Если бы ты реально видел, что женщина не принимает тебя, просто идя на поводу у навязанной связи, то ты бы горло себе выдрал, но не тронул ее. А ты держишь ее взаперти. Скрыл ото всех. Заявил права. Оформил ваши отношения через ведомство. Да-да, видел я новости об изменении твоего статуса в сводке. И если бы ты правда был уверен, что надежды нет, то…

Выдох капитана был долгим и громким. Пылающие неоновой синью глаза прикрылись густыми ресницами, а подбородок дрогнул, в след за плотно стиснутыми зубами.

Что он мог сказать друзьям?

Что даже вопреки всем фактам, вопреки правде, брошенной ему в лицо он просто не нашел в себе сил отпустить ее? Что от одной только мысли, что она покинет его каюту, уйдет в глубь корабля и он лишит себя возможности в любую минуту наблюдать за ней в наспех установленную камеру, его рвет на части? Что дышать ею, смотреть, как она спит, просто считать удары ее сердца стало так же жизненно необходимо, как просто глотать кислород?

У него не было оправданий. Женщина честно прямо сказала ему, что он ей не нужен. Открыто заявила, что даже вопреки природе их связи, она не способна испытать к нему что-то большее, нежели животную похоть. И Лин на ее руке — всего лишь насмешка древних Богов, решивших отомстить за его заносчивость, не иначе. И все же…