По моим правилам

Глава 20

Следующая неделя слилась для меня в один спутанный, непонятный комок нервов, неожиданностей и непонимания.

Начиная с того момента, как наутро после непонятных медицинских манипуляций ко мне в каюту вошел лично капитан Со-Тан и холодно и безлико уведомил, что расследование окончено, и я могу приступить к выполнению должностных обязанностей.

Вот так! Просто вошел, огорошил и вышел вон.

Не снизошел ни до объяснений, ни да простого человеческого извинения за причиненные неудобства. Куда-уж до надежд на то, что попробует успокоить или приободрить.

Час спустя, когда я уже как раз нервно стягивала волосы в тугой хвост, а попу в тонкие нитки, многообещающе назначенные трусами, в каюту пришел еще и доктор Со-Тин. Едва успела комбез натянуть.

Чрезмерно лучезарный и пугающе радушный, он поставил меня в известность, что теперь каждые два дня я обязана буду приходить в медотсек на какие-то там анализы и тоже попытался быстро ретироваться. Правда повезло ему меньше. То ли потому, что перед ним и я сотой доли напряжения и неловкости, принадлежащие капитану не испытывала. То ли опыт дал о себе знать и реакции стали лучше. Но вздрогнувшего эскулапа я быстро отловила за рукав и приперла к стене, пытаясь хоть постфактум выяснить, зачем именно меня пытали и, главное, что их на это все сподвигло.

Однако, и тут мне не посчастливилось. Врач обошелся ничего не значащими общими фразами, размытыми пространными рассуждениями на тему пользы профосмотров в общем, и диспансеризации в целом. И настойчиво порекомендовал со всеми остальными вопросами обращаться напрямую к капитану. Который у нас ' внимательный, заботливый, верный ( это-то к чему тут было⁈)«, а еще » мужественный, статный и прекрасный генофонд ( тоже не понять как это давало ему очки в пользу объекта для выяснения обстоятельств произошедшего)'.

В общем, пока я обескураженно переваривала список личных достоинств капитана Со-Тана, хитрый доктор успел-таки юркнуть в дверь и сбежать в сторону медотсека. А я так и осталась в каюте и неудобном кружевном белье под комбинезоном. Ну и с мыслями, что само собой разумеется.

А если женщине никто не горит желанием что-то рассказать, то она начинает думать сама. И вот… оно надо вам было? Потому что то, что сама себе надумает женщина из любого факта — не самая лучшая эпитафия на могиле потенциально во всем виноватого мужчины.

Нет, к слову, сразу скажу, что я не совсем чтобы сама пришла к особенно крамольным мыслям и выводам. Частично этому поспособствовало то, что когда меня так бездарно все бросили, полную сомнений и страхов, а на колешки участливо забрался гигантский рыжий хомяк, то поглаживая его я волей не волей провела логическую мысль к его хозяину. То бишь, Со-Хану (или Пхану… не суть). Ну и начала обдумывать его слова и комментарии. И в рамках того, что все вокруг злые, а он один такой дружелюбный и понимающий… а шерсть у его хомяка такая шелковистая и пушистая… В общем, само собой получилось, что список внушающих доверие соторнцев резко сократился до одного единственного имени. Особенно на фоне поведения окружающих. А уж если еще и с учетом того, что начало происходить вокруг…

А происходило много.

Мне кажется, ни дня не прошло без того, чтобы в мою маленькую, несчастную лабораторию не вломился капитан с очередной претензией и обвинением.

В первый же день, едва я дошла, злобно бурча и скрипя зубами до рабочего места, выяснилось, что несколько членов команды попали в медкабинет с очередным отравлением. Правда в этот раз яд попал на слизистые не при употреблении в пищу ядовитого вещества, а, как показало очередное расследование, при контакте с натертыми ядом поверхностями. Как и когда яд чеслянки длиннолистной (а анализ выявил именно его) попал на сенсоры некоторых отсеков и дверей — никто не знал. Зато быстро нашли виноватую! Ну естественно! Кто же еще? Ведь именно я являлась счастливой обладательницей полной коллекции ядовитых веществ, привезенных с собой на борт. А то, что я в это время сидела запертая в каюте ( исключая время пыток в медицинском отсека) — это так. Мелочи.

Прооравшись от души на нервно мигающего щеками капитана и напрочь отказавшись транспортироваться к медикам для проверки на отравление ( даже ' на всякий случай'), я нахально вытолкала мужчину в коридор и с наслаждением заперлась в лаборатории. И вот верите, настолько была зла, что даже предававшее меня с завидной регулярностью тело в этот раз не пробилось в мой мозг через густую вату ненависти. Ни одной потуги на оргазм от запаха! Ни одного настойчивого сна в стиле порно! Только чистая, неприкрытая злоба. Ну, хоть какой-то плюс.

Уработалась я после этого всласть. Успела выявить причину ухудшения урожая у основных культур, провела генетическую экспертизу имеющихся семян. Привила несколько кустов, наладила подкормку и освещение. И даже довольно потерла ручки, ожидая быстрой реакции в виде беспрецедентного стремительного плодоношения и, как следствие, похвалы от гадкого руководства.

А вот пока ждала, заодно провела ревизию имеющихся реагентов и веществ. В ходе которой обнаружила исчезновение нескольких редких ядов и несоответствие некоторых этикеток содержанию колбочек. И это при том, что меня запертой держали!

Сами понимаете, что обнаруженное окончательно опустило планку моего отношения к команде в целом, и к капитану Со-Тану в частности. Нет, нормально, да? Прискакал меня опять обвинять в не пойми чем, а у самого воровство на борту! И саботаж. Вот пусть лучше со своей командой и разбирается, а не мне претензии выставляет.