По моим правилам

Зубы скрипели, с ужасом осыпая на язык крошку эмали, пока я неслась по длинным безликим коридорам корвета, сотрясаясь от злости и унижения.

Понюхал! Он очередной раз демонстративно меня понюхал! И не счел необходимым даже скрыть отвращение к моему запаху!

Ишь ты, какой мы нежный! Прямо так ему воняет, что дыхание задержать пришлось!

В мозгу неожиданно всплыло пространное упоминание о звериной сути предков соторнийцев, весьма поверхностно описанное в энциклопедии по расам Союза.

Правильно. Не так давно по меркам эволюции у жителей Соторна еще наблюдались длинные гибкие хвосты. А пару они выбирали, как и основная масса животных, по запаху. Хвосты, конечно, отвалились. Но дермохромия, частичная трансформация мышечного каркаса и, главное, стремление найти наиболее приятно пахнущую для спаривания особь остались. Кажется, запах помогал найти генетически идеального партнера для размножения. Даже в Центре на лекции перед процедурой нам несколько раз напомнили о том, как важно, чтобы запах партнера «был слышен и приятен».

Но «слышен» и сбивает с ног волнами афродизиака, мне казалось, слегка разные термины.

А еще есть нюанс. Если для меня его запах афродизиак, то для него…

Ну, судя по нашей первой встрече, хорошо если не эксклюзивный аромат с тонкими нотками бомжа и легким оттенком не стиранных неделю носков. То-то ему аж стимулятор пришлось себе плеснуть, чтобы пережить близость со мной. Да-да. Я сама его пила, так что знаю наверняка, что не пожалел себе лошадиной дозы.

И, судя по его сегодняшнему поведению, приятнее за истекшую неделю мой запах не стал. ' Разве что разнообразился пикантным шлейфом моих мокрых трусов' — безжалостно констатировала самоуверенность.

От понимания того, чем именно от меня пахло в тот момент, когда капитан ломанулся в коридор, снося все на своем пути, я тихо застонала.

Черт! С учетом его «животного начала», он-то уж наверняка не ошибся, ощутив в воздухе полный спектр ароматов женщины в сексуальном возбуждении!

— Какой позор, — простонала я, останавливаясь перед выделенной мне каютой и прислоняя лоб к холодному карбону стены — Господи, и ведь даже не сбежишь отсюда…

Электронный замок предупредительно тренькнул, считывая данные с выданного мне интеркома. И гостеприимно отогнал в стену тонкую пластину двери.

Каюта, судя по всему, была стандартной. Около девяти квадратных метров, большую часть из которых занимала кровать. С учетом разницы наших с соторнцами размеров, способная заменить мне двуспальное лежбище, не иначе. У стены располагался узкий стол и выкатанной стул. Рядом с ним дверь в санблок и ниша платяного шкафа. Вот, собственно, и вся обстановка.

Я устало выдохнула, окидывая грустным взглядом место пребывания, в котором мне предстояло провести ближайшие полгода. Дали бы время все обдумать, я бы хоть что-то для возможности разнообразия интерьера с собой взяла. А так… Я сокрушенно посмотрела на небольшой чемодан с моим багажом, который уже успели доставить в каюту за время планерки, и, покачав головой, кинула на кровать спортивную сумку.

Котомка мягко спружинила о матрас и возмущенно пискнула, шебурша кармашками.

— Ой! — испугалась я, кидаясь к поклаже и открывая плотный замок — О тебе-то я совсем забыла! А ты молодец! Сидел тихо-тихо.

Пушистое облачко рыжего меха смерило меня обиженным взглядом и принялось усиленно намывать животик, забавно перебирая шерстку лапками.

— Мда, дружочек, — задумчиво склонила голову на бок я, усаживаясь поудобнее — Тебя надо срочно вернуть твоему хозяину. Только вот как его найти?

Я нахмурила брови.

Странно. Но ни по прибытии на корвет, в ангаре, ни позже, в кают-компании, молодого соторнца я не видела. Впрочем, в той суете, которой сопровождался наш прилет ( да еще и с учетом моей истерики), упустить из виду его было не сложно.

— Тем более, что я знаю где его искать, — успокоилась я, хлопая себя по коленям — Ладно. Сейчас отдохну, приведу себя в порядок, чуть осмотрюсь и сама дойду до инженерного отдела. Верну тебя лично в любящие заботливые руки. Не безобразничай только пока.

Хомяк, судя по всему, планом был доволен. Он как раз обнюхивал кровать, в надежде найти достойное место для нового гнезда. А я решила не мешать зверьку обживаться и озадачиться обеспечением собственных жизненно важных потребностей.

Санитарный блок встретил меня все той же безликой стерильностью белого пластика и отвратительно-яркого освещения.

— Душ! Пусть ионный, но душ, — простонала я, стаскивая плотные джинсы и с отвращением отшвыривая их ногой в сторону. Следом с бедер сползли простые трусики из псевдохлопка, — Видеть вас не хочу, — сквозь зубы прошипела я, злобно запихивая ни в чем не повинный кусочек материи во встроенный утилизатор.

Прибор слабо пискнул, отчитываясь о переработке. А я нервно вздохнула, на полную выворачивая вентиль интенсивной сухой чистки. С отсутствием нормального душа на борту мне еще тоже предстояло как-то смириться.

Десять минут спустя, с очищенной до скрипа кожей, всклокоченными волосами и отвратительным настроением я уже стояла перед водруженным на кровать чемоданом и недовольно кусала губу, глядя внутрь.

В том, что вся одежда в нем была исключительно новой, сомневаться не приходилось. Неловко было, что семья Со-Ра так потратилась на меня.

Я не без смущения отметила узнаваемый цвет фирменных пакетов, аккуратно перевязанных алыми ленточками. И улыбнулась.

О том, что каждый предмет моего багажа будет тщательно досмотрен меня предупредили заранее. Но вот что после этого бравые таможенники и пограничники будут с прикушенными от усердия языками восстанавливать упаковку и перевязывать нарушенные бантики… Представшая перед мысленным взором картинка заставила меня тихонько хихикнуть, прежде чем взгляд наткнулся на небольшой белый конверт, щедро обклеенный разноцветными бабочками.

Я недоуменно вынула наружу записку. В том, что держу в руках послание от Арин я даже не сомневалась. Все эти мотыльки, сердечки, цветочки… Вот только письмо тоже было однозначно прочитано службой контроля. Наверняка сфотографировано и приложено к личному делу. И подруга прекрасно знала, что так и будет. Так какой смысл в послании? Сказала бы лично все теплые слова при прощании и все.

Но буквально первые же строчки все расставили по своим местам.