По моим правилам

Глава 44

Марина Хомяк

'Он не умрет. Не может умереть. Я не позволю…' — билось в голове, пока я с обреченным стоном прикусывала губу, глядя на показатели в портативном лэптопе, связанном с электронным микроскопом.

Сутки сменились вторыми. Состояние Со-Тана ухудшалось. Но, не смотря на это, быстрой смерти, так уверенно анонсируемой капитаном, тоже не случилось.

Конечно, причиной были бесконечно вводимые ему варианты антидотов.

Одни вызывали эффект на робкую пару часов. Другие вовсе не работали. Но, так или иначе, даровали нам необходимое время для моих нервных и, пока, увы, безрезультатных попыток найти противоядие.

— Черт… да что же не так?

Столбцы цифр беспрестанно бежали по экрану, в пыль дробя остатки уверенности и последние ростки надежды.

Не работало! Ничего не работало.

Веками выработанный механизм выработки антидота бился в труху о… даже не понятно обо что!

Ладно, гормезис запускать было поздно. Просто не хватило бы времени на иммунный ответ организма за счет привыкания к микродозам.

Но пресловутый принцип «ключ-замок» не мог не срабатывать!

— Итак… модификация яда проведена верно, — бубнила я, с содроганием вспоминая, как шприцом забирала из порванной железы трупа мовенца образцы токсина, чтобы впоследствии выделить из него чистые молекулы яда, — Заменяем ядро яда блокатором. После этого молекула, в теории, должна быть безопасна. Выявляем, на какие органы первично должны садиться токсины и ускоряем движение обезопасенных молекул. Вуаля! Они первее токсичных прикрепляются к клеткам и рецепторам, но уже не вредят им. Зато место занято. Но…. именно в это время молекула токсина меняет принцип выбора первичного объекта инфицирования и видоизменяет свое ядро. И ключ уже не подходит! Словно… встречая своих поломанных двойников токсин… сам к себе запускает иммунитет! Да как так-то⁈

— Ри…на, — из последних сил просипел капитан, кашляя кровью и дрожа всем телом, — Пожалуйста… осталось немного. Просто будь рядом.

— Потом, Теор. Потом я буду с тобой сколько захочешь. Обещаю, — отмахивалась я, доставая из контейнера-холодильника следующую порцию очищенной крови мертвого мовенца, — Хелатирование мы тоже уже пробовали. Вводили тебе несколько часов назад. Лучше стало буквально на пару часов. А потом… яд адаптировался и к молекулам-ловушкам, переставая позволять тем прикрепляться к себе. Потом я делала анатоксин из яда мовенца. И снова мимо. Что еще я не пробовала?

— Рина…

— Нет, Теор! Нет, ясно тебе? Не надо готовить предсмертную речь и пытаться взять с меня обещание быть счастливой. Не буду, понятно тебе? Ты будешь жить. Я запрещаю тебе умирать…Так, что еще… конкурентное вытеснение. Вот! Но яд мовенца не просто быстрый, а еще и меняет пункт назначения. Нужен антидот, который не просто подстраивается под эту корреляцию, а… а просто занимает все и стразу! Вот оно.

— Рина, взгляни правде в глаза, — через кашель, прошептал соторнец, — Мы ширм знает где. Здесь нет лабораторий. Ты пытаешься приготовить противоядие буквально на коленке. Из весьма ограниченного количества реагентов. Тысячи ученых бились над этим вопросом в свое время. Огромные лаборатории решали этот вопрос… просто подари мне в оставшиеся часы свое тепло, и этого будет достаточно.

— Твои хваленые лаборатории и ученые не собирались потерять любимого мужчину, — рявкнула я, не обращая внимание на то, как дернулся и замер бледный капитан, — Я сказала, что найду решение! Ты нас, землян, плохо знаешь. Будет надо, я из говна и палок построю здесь такую лабораторию вон в тех кустах кутанов, что…. Черт! Кутаны!

— Рина… повтори, пожалуйста, — едва слышно прохрипел Со-Тан.

— Кутаны! — практически проорала я, — Реггийские кутаны! Которые растут только на Ти-Рее! Которые продаются за баснословные деньги именно потому, что их нельзя размножить! Они растут и плодоносят в любых условиях. Даже при отсутствии кислорода, если надо, и в условиях жуткой радиации! Но из плодов не получить семечко, которое потом прорастет. Не размножаются они и другими способами. И именно отсюда их цена. Зато… они растут здесь! На этом Богом забытом планетоиде без названия!

— Рина, про твои чувства…

— А знаешь, что в них самое ценное? — в ажиотаже зашептала я, — Что один плод имеет массу активного белка больше, чем земная корова! Да на одном плоде можно прожить неделю! И еще, плоды кутанов способны выводить из организма даже ту самую радиацию, от которой в космосе страдает основная масса гуманоидов. И знаешь как? Именно путем конкурентного замещения! И если я теперь замещу ядро у молекулы кутана, оставив сетку токсина мовенца, то… Черт! Жди меня здесь капитан. Я до тех кустов и обратно!

…

Часы словно были на стороне смерти. Они едва ворочали пикселями, будто нехотя меняя цифры на экране и отсчитывая драгоценные минуты работы аппаратуры, неспешно и методично соединяющей выбранные элементы с хирургической точностью, помноженной на электронику.

— Ну же… умоляю… — шептала я, наблюдая, как по тонкой трубочке устремляется в вену соторнца прозрачная, тягучая капля.

— Рина… если ничего не получится, — прошептал Теор.

— Получится, я сказала, — рявкнула я, не отводя взгляд от капельницы, — В пробирке все получилось. Я трижды проверила. Конечно, три раза это ничто в разрезе клинических испытаний. Но у нас времени просто нет.

— Если не получится, — уперто повторил Со-Тан, — Я просто хочу еще раз это услышать.

— Что? — опешила я.

— Что я твой любимый мужчина, — мягко напомнил он, — Сможешь повторить?

— Вот ты нашел время, конечно, — покраснела я, тут же начиная наматываясь на палец пряди волос из стянутого на голове хвоста.

— Пожалуйста… ну?

— Уффф… Да, Теор. Я тебя лю… ой! Получается! Смотри! Получается! — взвизгнула я, привлеченная писком его наручного интеркома, — Я смогла! Смогла! Мы оба смогли! Я нашла!!!

— Это я нашел, если уж по факту, — вдруг разлился под потолком усталый голос Со-Рена, — Борт 01−17–34, вы нас слышите? Корвет ' Месть' вызывает шаттл 01−17–34.

— Ой… слышим! Слышим! — заорала, забегала по отсеку я — Мы тут! Заберите нас!

— Сола Тан?

— Кто?

— Эм… То есть, сола Хомяк, Вы целы? — с облегчением в голосе возник в динамике обеспокоенный голос доктора Со-Тина — А капитан? Он в норме?

— Уже почти! — задыхаясь от радости заголосила я, — Точнее, еще не совсем, но показатели дают понять, что мы на верном пути. Я нашла антидот!