Пёс императора

Глава восемнадцатая

— Ау-у-у! – кричал кто-то, находящийся за ледяным туманом. – Ау-у-у!

Тайра, вздохнув, попыталась сделать шаг вперед. Шаг сделался, но толку от этого не было – ее по-прежнему окружал плотный и холодный туман, оседавший на коже мелкими дождевыми каплями.

— Ау-у-у!

Тайра сложила руки воронкой и закричала:

— Я не могу тебя учить, слышишь? Выбери кого-нибудь другого! Это ведь совсем просто! На свете столько шаманов!

Туман хлестнул ее по лицу – будто пощечину дал. И вновь она слышала смех, распадающийся на сотни и тысячи голосов, и слышала какие-то слова, но не могла их разобрать.

А потом проснулась.

Морган Рид сидел на крыльце своего дома и читал газету, когда наружу, едва слышно скрипнув входной дверью, выскользнула Тайра.

— Не спится, ласточка? – поинтересовался он, как только дочь села рядом, кутаясь в теплый шерстяной платок.

Морган давно заметил, что Тайра стала чаще мерзнуть, и это его тревожило.

— Да нет, я нормально спала, – вздохнула она, потерев глаза ладонью. Сбоку к ней тут же прижался Джек, виляя пушистым хвостом. – Просто проснулась. А что ты читаешь?

— Сегодняшний «Вестник севера». Только что пришел по почтомагу. Целая статья тут.. про родовую магию. И вроде как во всех газетах и журналах по приказу императора должны напечатать то же самое, чтобы все увидели.

— Про родовую магию? – Тайра заинтересованно придвинулась ближе, будто хотела сама прочесть статью. – Что-то случилось? Это касается того закона, из-за которого его величество чуть не убили?

— Хм, – Морган почесал бороду, – да, наверное, касается. Аристократия же все переживала, что закон погубит их богоизбранность. В статье доказывается, что это не так. Магам, которые сражались с демонами наравне с Защитником и Защитницей, была дарована родовая магия в качестве награды за содействие, но для того, чтобы она передавалась бастардам или законным детям в браке с нетитулованными, нужно получить благословение Геенны. А благословением может служить либо брак, либо какой-то ритуал по вхождению в род. В общем, это вроде как напутствие аристократам, чтобы не боялись жениться, – хмыкнул Морган, – а заодно щелчок по носу тем, кто кричал, что родовая магия скоро исчезнет. Не исчезнет. Целый отдел собираются организовывать на базе столичного Института артефакторики, чтобы не исчезла.

— Получается, теперь нет причин убивать императора? – Тайра задумчиво почесала Джека за ушами. – Ну, раз родовая магия не исчезнет. Это же была основная причина, по которой его пытались убить.

— Для аристократии – да. Но не для Аарона. Для него главным было захватить власть, получить Венец и унизить брата. Теперь, когда принц умер, есть шанс, что это прекратится. Но, возможно, и нет. Все как снежный ком, который постепенно превращается в лавину. Скорее всего, остановиться они не смогут, пока не достигнут цели.

— Какой? – Голос Тайры был испуганным. – Какой цели?

— Убрать Арена с престола, конечно, – ответил Морган, поглядев на серо-сиреневое рассветное небо. – Ничего не меняется уже много лет.

Несколько секунд Тайра молчала, и отец, посмотрев на дочь, заметил, что она кусает губы в нерешительности.

— Ты так говоришь.. – сказала она наконец очень тихо. – Будто бы знал Аарона..

— Знал, – подтвердил Морган спокойно. – Риан на него совсем не похож.

— Папа..

— Это важно, Тай. По крайней мере, для меня. – Его дочь упрямо хмурилась, и он, улыбнувшись, легко коснулся ее пальцев. – Короче говоря, если ты выйдешь за него замуж, у ваших детей может быть родовая магия Альго.

— Папа! – воскликнула Тайра с ужасом, и Морган расхохотался, обнимая ее и ощущая, как она и сама начинает смеяться, утыкаясь холодным лицом ему в подмышку.

Скорее бы она перестала мерзнуть. Тогда и он сможет спать спокойно.

Гектор ощущал, что конечная цель все ближе, но вместе с этим ощущением к нему приходила тревога. Он всегда тревожился, когда речь шла о подобных делах. И, как всегда, дознавателю казалось, будто он что-то упустил, не учел, и в дальнейшем это может погубить все расследование. Раз за разом Дайд прокручивал в голове информацию, потом полночи записывал ее и зарисовывал все схематично, и это ощущение почти ушло. Почти, но не совсем.

Когда ты уверен в этапах и мотивах совершенного преступления, а также в том, кто за этим стоит, самое сложное – собрать необходимые доказательства. Гектор знал, что чаще всего бывает проще расколоть преступника, используя психологические приемы, нежели искать что-то материальное – свидетелей, забытые вещи, несмытые пятна. Но лучше все же делать и то и другое.

Сейчас Дайд был уверен, что не ошибается ни в чем, в том числе – в личности главы заговора второй волны. Но если Арвена Асириуса и Элен Льер можно арестовать лишь по подозрению в участии, то с этим «кандидатом» так сделать не получится. И еще неизвестно, что по этому вопросу скажет император.. Хотя пока Гектор не собирался рассказывать Арену о своих подозрениях – рано. Умозаключений мало, нужны доказательства.

Дознаватель попросился на совещание к его величеству рано утром, и император принял его тут же, и выглядел так, как будто вообще не ложился спать. Впрочем, это было вполне возможно. Арен и в лучшие времена пренебрегал сном, а сейчас и подавно.

— Значит, брат не был шаманом от рождения, – произнес Арен задумчиво, когда Гектор начал рассказывать ему о том, что поведал Морган Рид. – Он специально этому учился.

— Да, – кивнул Дайд. – В университете, узнав, что среди студентов есть шаман, его высочество решил, что эти умения будут для него полезны в будущем. Рид был против, но подчинился, когда понял, чем ему грозит сопротивление принцу. Аарон скрывал ото всех их общение, желая, чтобы это осталось втайне, поэтому Рид использовал иллюзорный амулет, с помощью которого превращался в Колина Фарлина. Я догадался об этом практически сразу, когда услышал о том, что Амеро Альцириус встречалась с ними обоими одновременно. Такого не могло быть. Кстати, Рид утверждает, что из столицы он сбежал из-за притязаний Амеро, которая никак не хотела оставлять его в покое, но, я думаю, здесь он привирает. Все бросать и уезжать на другой конец страны всего лишь из-за влюбленной женщины – не похоже это на Моргана Рида. Я думаю, дело все же в Аароне.

— Но почему он в этом не признался? – спросил император, нахмурившись. – Это ему было бы только в плюс. Не захотел поддерживать моего брата, молодец.