Страница 7 из 73
Сервисная шахта проходила за диагностическим сектором и была рассчитана не на людей, а на кабели, охлаждающие магистрали и ремонтных дронов. Чтобы попасть туда, пришлось пройти через узкий технический коридор, где температура была на несколько градусов выше, чем в правительственной части станции. Тело лежало у развилки двух каналов.
Мужчина в сером комбинезоне был повёрнут лицом к стене. Возле правой руки находился компактный импульсный излучатель, собранный из деталей ремонтного оборудования. Если бы Вера увидела его отдельно, решила бы, что это диагностический модуль для кабелей.
Рейнар присел рядом, не касаясь ни тела, ни оружия.
— Служба обслуживания?
Офицер безопасности сверился с терминалом.
— Марек Олсен, сорок два года. Девять лет на Астер-Приме. Доступ к техническим шахтам подтверждён.
Сайра опустилась рядом с телом и провела сканером вдоль шеи мужчины.
— Он мёртв минимум двадцать минут.
Вера перестала смотреть на импульсный модуль.
— Выстрел был меньше пяти минут назад.
— Я знаю.
— Тогда стрелял не он.
— Или не в момент собственной смерти, — сказал Рейнар.
Вера посмотрела на устройство.
— Автоматический запуск.
Командор кивнул.
— Похоже.
— По какому событию?
Офицер безопасности начал:
— Таймер, сигнал из сети, удалённая команда...
— Нет. — Вера приблизилась к краю шахты, но внутрь не полезла. — Если бы команда пришла извне после начала теста, у вас был бы след входящего соединения. Вы сказали, что сектор закрыт и за последние секунды фиксировались попытки удалённого доступа. Это разные вещи. Устройство могло ждать конкретного события внутри локальной сети.
Рейнар внимательно задержал взгляд на неё.
— Например?
— Например, появления определённого значения в конкретном поле.
Сайра подняла голову. Кайрен стоял чуть позади; его внимание Вера уловила ещё до того, как встретилась с ним взглядом.
— Категория № 0, — сказал он.
— Возможно. Но тогда тот, кто установил оружие, заранее знал, что система может выдать такой результат.
— Вы утверждаете, что вас ждали? — спросил Рейнар.
— Я утверждаю, что кто-то подготовил механизм до моего теста. Это не одно и то же.
Она снова задержала взгляд на мёртвого техника.
— Как он умер?
Сайра провела сканером ещё раз.
— Нейротоксин. Быстрый. Предварительно — через инъектор под ухом.
На коже действительно виднелась едва заметная точка.
— Сам?
— Пока не скажу.
Вера присела на корточки, удерживая дистанцию от тела.
— Его рабочий терминал где?
Офицер указал на пояс.
— Заблокирован биометрией.
— После смерти?
— Да.
— Удобно.
Кайрен спросил:
— Что вы ищете?
— Несоответствие. Если он сам установил оружие и собирался уйти, зачем оставаться рядом? Если его убили после установки, убийца должен был попасть сюда. Если устройство установили через его доступ, нужно понять, когда именно он в последний раз пользовался терминалом.
Рейнар уже отдавал распоряжение:
— Снять журнал входов за сорок восемь часов. Отдельно — все обращения к этому человеку, запросы на его маршрут, изменения смены и сервисные заявки.
— И камеры, — добавила Вера.
— В технической шахте камер нет.
— На входах есть.
— Есть.
— Не ищите человека, который вошёл сюда. Ищите момент, когда Марек Олсен перестал вести себя как Марек Олсен.
Касс поднял бровь.
— Поясните.
— Если кто-то использовал его доступ, то сначала ему пришлось либо заставить Олсена сотрудничать, либо заменить его действия своими. Последовательность обычно ломается раньше самого преступления: неожиданный маршрут, заявка не в свою смену, отменённый обед, непривычная длительность доступа. Люди оставляют поведенческие следы даже тогда, когда система считает учётную запись нормальной.
Рейнар обратил внимание на своего офицера.
— Сделайте.
Тот кивнул и ушёл. Вера поднялась. На этот раз Кайрен не спорил с её присутствием. Он смотрел на мёртвого техника, и выражение его лица стало таким неподвижным, что она невольно вспомнила шесть фотографий на экране.
— Вы его знали? — спросила она.
— Нет.
— Тогда о ком вы сейчас думаете?
Он задержал на ней взгляд.
— Вы всегда спрашиваете то, на что вам не обязаны отвечать?
— Обычно именно это и оплачивают.
— Я думаю о том, что человек умер внутри правительственного сектора, а оружие, собранное под его доступом, было наведено на вас. Это значит, что противник либо очень хорошо знает нашу безопасность, либо является её частью.
— Или и то и другое.
— Да.
Рейнар поднялся.
— Время вышло. Уходим.
Вера перевела взгляд на тело ещё раз. Марек Олсен был первым человеком, погибшим уже после её прибытия. Возможно, он вообще не имел отношения к заговору, кроме несчастья оказаться удобным носителем допуска. Эта мысль убрала последние остатки профессионального азарта.
До этого перед ней была сложная система с подозрительными результатами. Теперь у системы появилось человеческое лицо, и оно лежало в технической шахте с точкой от инъектора под ухом.
Кайрен назвал новое помещение «защищённой комнатой временного размещения».
Вера назвала бы его камерой, если бы камеры обычно имели панорамное окно на ночную сторону планеты, собственную ванную и мебель, которая стоила больше её земной квартиры. Дверь всё равно не открывалась изнутри.
Она проверила это трижды. На четвёртый раз сенсор вывел сообщение: «Доступ временно ограничен распоряжением службы безопасности».
— Прекрасно, — сказала Вера вслух. — Теперь хотя бы честно.
Рейнар, оставшийся по другую сторону стеклянной перегородки в коридоре, услышал её через связь.
— Что именно?
— Я уточняла терминологию. Дверь заперта, связь контролируется, выйти я не могу — у меня это называется арестом.
— При аресте у вас изъяли бы терминал, ограничили связь и предъявили основание задержания. Сейчас я пытаюсь не дать неизвестному человеку закончить то, что он начал в диагностическом секторе.
Вера прислонилась плечом к стене и проверила замок ещё раз, будто от повторного прикосновения он мог стать менее категоричным.
— То есть это забота?
— Это охрана.
— Вы всегда так заботливы?