Страница 193 из 280
И всё бы было хорошо, если бы не шум в ушах и гул в голове, от которых становилось нестерпимо плохо и тошно. Где-то на задворках сознания я понимал, что наш первый раз не должен быть таким. Стоит остановиться и прекратить. Я должен, как честный человек, пересилить себя. Но всё, на что меня сейчас хватило, это снова застонать и открыть глаза.
Странно во сне открывать глаза и видеть что-то ещё, кроме самих событий сна. Мои сны, что снились мне благодаря амулету Элине, вообще мало походили на обычные сновидения. Возможно, поэтому я в этот момент увидел берег и идущую по нему Лею. Как так получалось, что, присутствуя в своём сне, я видел другой, не понимал. Но сильно захотел перенестись именно туда.
- Лея, - со стоном вызванным страстью позвал я.
И к моему удивлению, идущая сквозь пелену девушка обернулась, посмотрев на меня.
Видела ли она, где я и с кем?.. Наверное, да.
Меня затопила тоска и сожаление. Магия вскипела и прожгла магические каналы, принося нестерпимую боль.
- Какая ещё «Лея»? – разъярённо зашипев, словно лесная дикая кошка, спросила Суилинь, отрываясь от своего занятия.
А мой взор затопила темнота, и я проснулся.
Резко сел, принимая вертикальное положение и приводя сбившееся дыхание в порядок. Голова гудела и кружилась.
- Демонов браслет! – в сердцах выругался я, как-то не рассчитывая на подобные последствия.
Но в этом был один хороший момент – я смог частично вспомнить, что было в ту ночь. До сих пор это оставалось для меня тайной. Сам я мало что помнил, а верить словам самой Суилинь полностью было нельзя.
Накануне, перед турниром мы расстались по той причине, что девушка закатила скандал на полигоне во время тренировки. Я так и не познакомил её ни со своим отцом, ни с другими родственниками. Зато маркиз дине Брионир начал настойчиво давить на меня, заставляя перевести отношения в официальное русло. Индрис посоветовал держаться от эльфийки подальше, первым замечая, что я рядом с ней становлюсь будто не в себе. И признался, что давно подливает мне в некромантский чай универсальное зелье от приворота.
Скандал перед командой стал последней каплей моего терпения. Суилинь хотела, чтобы я представил её королю как свою невесту, и на соревнованиях она заняла на трибуне место, соответствующее статусу будущей герцогини Тенебрей.
Как я с ней оказался в собственной спальне, не понимал. Последнее, что помнил отчётливо и ясно, - как наши друзья из академии поднимают тост за нашу победу, а Суилинь подает мне кружку и целует в губы.
Утром я проснулся в своей спальне от сильнейшей боли в голове и теле. И никакие похмельные зелья не могли привести меня в чувство. Рядом спала раздетая девушка, утверждавшая, что всё было, и я сам набросился на неё в таверне. Но я не помнил этого и не спешил верить ей, тем более что сам маркиз и его люди пытались вторгнуться в мой дворец, разыскивая эльфийку.
Всё это было похоже на обычную западню.
В этой ситуации мне пришлось обратиться к отцу и объяснить ему всё. Для меня это было неприятно и унизительно. Я стоял перед ним как нашкодивший ребёнок. Герцог же отнёсся ко всему довольно спокойно и сам решил вопрос с отцом Суилинь.
В итоге, сдавал экзамены и дипломную работу я досрочно. После чего отец отправили меня к дяде Миарани проходить службу во флоте. Несмотря на то, что отец уже весьма плохо себя чувствовал, он начал расследование причин моей невменяемости в тот вечер. Лекари и менталисты, меня долго осматривали, брали пробы крови и ауры. Пришлось пережить и неприятные моменты взлома памяти. Но это было ничто по сравнению с тем скандалом, что попытался устроить младший принц Итилиена, настаивая на своем и угрожая скандалом. Я же во всём этом не участвовал. Отец сделал все, чтобы мои контакты с маркизом и Суилинь свести к тому неприятному минимуму, что пришлось терпеть во время разбирательств глав родов между собой, и принесения официальных извинений за свое беспамятство. А потом я уже был далеко, погрузившись в круговорот военной службы под пристальным вниманием второго дяди.
Сидя теперь на своей постели, я снова приходил к мнению, что меня планомерно завлекали в сети обмана. Я бы не стал обращать внимания на маркизу, не случись тогда тот укол булавкой. Суилинь делала мне много памятных подарков, и я их носил, чтобы сделать приятное той, кого, казалось, люблю.
Одевшись, я вышел на веранду. Раннее утро было тихим и душным. Воздух не приносил облегчения от зноя. Чем заняться не знал, и, спустившись в сад, просто сел в кресло, вновь и вновь переживая неприятные воспоминания.
- Не спится? – услышал я.
Герцог увидел меня с террасы нижней веранды.
- Вам, как я вижу, тоже, - заметил в ответ, поздоровавшись с хозяином имения.
- Магия становится нашим наказанием в чём-то, - сказал фельдмаршал, присаживаясь напротив меня. – Я бы хотел уснуть, но не могу… Не хотите прокатиться до форта?
…
Пять кораблей были пришвартованы для погрузки припасов и амуниции, готовясь отправиться к фронту. Мы прошли в док, где стоял «Мираж», и продолжались ремонтные работы. Герцог осмотрел корабль снаружи, оставшись удовлетворён проделанной работой.
- Скоро армада отправится в хождение, - напомнил мне Сорель, медленно шествуя по верхней палубе и любовно потирая вычищенные перила. – У вас, как вы уже знаете, другая задача. Я бы с удовольствием посмотрел на вас в настоящем сражении, лорд Тенебрей, но ответственность за курсантов налагает определенные ограничения…
- С удовольствием принял бы участие, - ответил я, ничуть не кривя душой.
Сорель усмехнулся.
- Надеюсь, вы справитесь со своей первостепенной задачей, и такой шанс представится, - кивнул Сорель. – Управлять одним кораблем или быть командиром подразделения – совсем не одно и то же, что вести в бой целое войско. Вам бы пригодился такой опыт.
- Согласен, лорд Сорель.
- Не про***ите тогда этот шанс, Ваше Сиятельство. Надеюсь, вы доберетесь до фронта без происшествий и доставите мне мою племянницу невредимой.
…
Утро в заботах прошло для меня стремительно. Жизнь вообще превратилась будто в одну сплошную серую полосу.