Страница 41 из 74
Глава20
За завтраком я молча положила пурпурный конверт, пахнущий мускусом и розами,
прямо перед Алистером на стол.
Я внимательно наблюдала за его реакцией. Граф лишь скользнул взглядом по изящным
вензелям Ванессы на дорогой бумаге, и его лицо мгновенно потемнело. Челюсти
сжались с такой силой, что на щеках заходили желваки. Без единого слова Алистер
взял конверт, бросил его прямо в камин и прижал кочергой к углям, пока бумага не
обратилась в горстку черного пепла. Запах сгорающего парфюма на секунду наполнил
столовую, но Алистер даже не поморщился.
Он посмотрел на меня своими глубокими темными глазами, и я увидела в них
абсолютную, непоколебимую верность.
— Ванесса больше не имеет никакого значения в моей жизни, Элинор, — негромко, но
твердо произнес он, накрывая мою руку своей теплой ладонью. — Забудь о ней.
Сегодня мы едем за твоей дочерью.
Эти слова подействовали на меня лучше любого успокоительного. Мы быстро
закончили завтрак, и я поспешила собраться. Чтобы не привлекать лишнего внимания
столичных зевак и шпионов Ванессы, мы решили поехать в простой закрытой карете
без графских гербов, взяв с собой лишь двоих гвардейцев в неприметных плащах.
Валария при свете дня казалась еще более огромной и суматошной. Мокрый снег таял
на мостовых, превращаясь в серую грязную кашу, под колесами экипажа хлюпала
вода, а над городом висел плотный, сырой туман, смешанный с угольным дымом.
Наша карета остановилась у массивного здания из темного камня на площади Трех
колодцев. Над входом висела тяжелая кованая вывеска в виде медной ступки и весов
— Королевская аптека Валарии. Самое авторитетное заведение Верлании, куда
стекались редкие ингредиенты со всех уголков мира.
Я вышла из кареты, чувствуя, как внутри всё сжимается от сладкого, мучительного
предвкушения. Арина была здесь. Всего за этой дверью!
Внутри аптека напоминала настоящий храм древней науки. Потолки были высокими,
стрельчатыми, а тяжелые дубовые стеллажи, уходящие под самый свод, ломились от
сотен стеклянных реторт, фаянсовых банок и темных флаконов. Пахло серой, сушеной
валерианой, крепким спиртом и старой бумагой. Вдоль прилавков суетились молодые
помощники в чистых серых робах, а в глубине зала за массивной конторкой сидел
пожилой мужчина.
Это был магистр Тобиас — глава Королевской аптеки. Описание в памяти Элинор
бьется с реальностью: сухопарый старик с длинной седой бородой, в испачканном
чернилами кожаном фартуке и с серебряными spectacles (очками) на кончике носа.
От него за версту несло камфорой и дорогим табаком.
Алистер подошел к конторке первым. Магистр Тобиас, завидев графа, поспешно снял
очки и низко поклонился, признавая его высокий статус.
— О, лорд Рэйвенсвуд! Какая честь для моего скромного заведения, — проскрипел
старик, вежливо улыбаясь. — Слышал о вашем чудесном исцелении, весь город только
об этом и говорит! Чем могу служить грозе приграничья?
— Магистр Тобиас, — Алистер заговорил тихо, но властно, облокотившись на
конторку. — Нам нужна информация. Три дня назад купец Торвальд привез в столицу
странную девушку. Немую, в необычных одеждах. Её должны были доставить к вам.
Глаза старого аптекаря мгновенно заблестели от живого, профессионального
интереса. Он даже всплеснул руками.
— О, немая девица! — воскликнул он. — Да-да, купец привез её ко мне позавчера.
Удивительное дитя, просто удивительное! Торвальд думал, она блаженная или
дикарка из южных земель, но я быстро понял, что девчонка — настоящий самородок!
Мое сердце забилось так сильно, что мне показалось, будто его удары слышны во
всем зале аптеки. Я сделала шаг вперед, вцепившись пальцами в край деревянной
конторки.
— Что она сделала, магистр? — спросила я, и мой голос сорвался на хриплый шепот.
Тобиас посмотрел на меня с легким удивлением, но заметив кивок Алистера,
продолжил:
— Она не говорит на нашем языке, госпожа, но её руки… её руки творят чудеса! Она
за пару часов навела порядок в моей лаборатории. Показала моим бестолковым
ученикам, как очищать травяные настои с помощью простого древесного угля и
вареной льняной ткани! Фильтрация, представляете? Настои получаются чистыми, как
горный хрусталь, и не закисают неделями! Она спасла троих моих пациентов от
гнойной лихорадки, просто промывая их раны кипяченой водой и чистым спиртом.
Настоящий гений!
Слезы гордости и нежности обожгли мои глаза. Моя девочка! Моя Ариша использовала
простейшие земные правила асептики и антисептики, чтобы доказать свою полезность
и выжить в этом диком мире. Она не опустила руки. Она боролась так же, как и её
мать.
— Где она сейчас, магистр? — я подалась вперед, едва сдерживая рыдания. — Где
моя… где эта девушка?
Лицо Тобиаса мгновенно стало виноватым и озабоченным. Он вздохнул и развел
руками.
— Увы, госпожа леди… Её больше нет у меня.
Весь мир вокруг меня словно замер. Воздух в аптеке стал холодным и колючим.
— Как нет? — прошептала я, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Куда вы её
девали? Вы продали её?
— О, пресвятые девы, что вы! — испуганно замахал руками старик. — Как можно
продать такое сокровище? Вчера наше заведение посетила сама герцогиня Клеманс,
тетка нашего короля. Она была так поражена чистейшим мятным дистиллятом, который
приготовила Арина, что немедленно наняла девочку в качестве своей личной
травницы. Герцогиня забрала её и увезла в свое загородное поместье у холмов
Валарии всего вчера вечером.
Один день.
Мы разминулись всего на один чертов день!
Стены аптеки поплыли перед моими глазами, горло сдавил спазм разочарования такой
силы, что я покачнулась, теряя равновесие. Столько пройти, преодолеть бураны,
обвалы, интриги священников… и опоздать на несколько часов!
Алистер мгновенно среагировал. Его сильная, теплая рука обхватила мою талию,
прижимая к своему широкому боку и не давая упасть. Он незаметно сжал мои пальцы,
делясь своей железной уверенностью.
— Спокойно, Элинор, — негромко, но твердо произнес он мне на ухо. — Герцогиня
Клеманс — старая подруга моей семьи. Она уважаемая и благородная дама, у нее