Страница 22 из 74
грубо, чтобы не напугать купцов и не подвергнуть девочку опасности. Как только
он настигнет их и убедится, что с ней всё хорошо, он пришлет мне вестника. Твоя
дочь под моей защитой, Элинор. Обещаю тебе.
Слезы хлынули из моих глаз прежде, чем я успела их сдержать. Это были слезы
невероятного, ошеломляющего облегчения. Моя девочка не одна. За ней идет лучший
воин графства. О ней заботятся.
Я закрыла лицо руками, плечи судорожно задвигались.
Алистер мгновенно поднялся со своего места, обошел стол и опустился на колено
рядом со мной, бережно убирая мои ладони от лица. Его пальцы нежно стерли мокрые
дорожки с моих щек.
— Ну же, не плачь, — тихо проговорил он, и его голос согревал меня лучше любого
камина. — Всё хорошо. Я обещал тебе, что помогу вернуть её. И я сдержу слово.
Я посмотрела на него сквозь пелену слез, чувствуя, как в моей душе рождается
такое огромное, всепоглощающее чувство благодарности и нежности к этому
человеку, что мне захотелось просто обнять его и никогда не отпускать.
— Спасибо, Алистер… — прошептала я, касаясь ладонью его щеки, поросшей легкой
колючей щетиной. — Ты даже не представляешь, что это значит для меня.
Он замер от моего прикосновения, его темные глаза потемнели, а дыхание стало
прерывистым. На секунду мне показалось, что он сейчас поцелует меня — его губы
были так близко, а напряжение между нами достигло предела.
Но Алистер заставил себя сделать глубокий вдох и медленно поднялся на ноги,
стараясь вернуть себе привычную сдержанность.
— Ну что ж, завтрак закончен, — произнес он, пытаясь улыбнуться. — Мне пора
возвращаться к делам канцелярии. Нужно подписать…
Вдруг его лицо резко побледнело. На лбу мгновенно выступили крупные капли пота,
а челюсти сжались так сильно, что на щеках заходили желваки. Алистер сделал шаг
назад, попытался опереться на левую ногу, но его колено подломилось.
Он глухо застонал и начал заваливаться вбок, судорожно пытаясь уцепиться рукой
за край тяжелого дубового стола. Тарелки и кубки с грохотом покатились по полу,
а сам граф начал медленно оседать на колени, сжимая зубы от невыносимой,
парализующей боли в суставе. Вчерашний сумасшедший бег по холодным коридорам
замка и напряжение последних дней окончательно разрушили хрупкое равновесие в
его искалеченном колене.
— Алистер! — вскрикнула я, бросаясь к нему и пытаясь подставить свое плечо,
чтобы удержать его огромное тело от падения.
Мой врачебный инстинкт сработал мгновенно, вытесняя все эмоции. Граф Рэйвенсвуд
был на грани болевого шока, и сейчас спасать нужно было его самого.