Страница 156 из 198
Тонкий луч солнечного света скользнул по его лицу, придав ему мертвенную бледность. Позади него неистово плясали тени, искажая черты почти до неузнаваемости — словно предупреждение.
И тут я почувствовала это.
Внезапный поток тепла.
Я посмотрела вниз.
Мои брюки цвета хаки промокли насквозь — тёплая жидкость растекалась слишком быстро.
Глаза Джека расширились от ужаса.
— Нет. Нет, нет, нет… какого… — залепетал он, стремительно бледнея.
Сердце сжалось.
— У меня воды отошли! — закричала я. — Я сейчас рожу — прямо сейчас! Этого не может быть! Просто не может!
Я привалилась к стене пещеры, задыхаясь от коротких, панических вдохов. Боль огнём пронзала тело, каждый нерв был натянут до предела, каждая мышца сжалась от ужаса.
— Это всё твоя вина! — завизжала я на Джека, выплёвывая слова словно яд. — Это ты настоял, чтобы я оставила этого ребёнка!
Горе, ярость и отчаяние кипели внутри, и, не думая, я схватилась за живот, обезумев от страха. Моя рука нащупала на полу пещеры острый камень.
Если покончить с этим сейчас… если остановить всё это…
Я подняла камень, намереваясь оборвать жизнь внутри себя.
Джек бросился ко мне и в последний момент перехватил запястье.
— Нет, Алина! — закричал он. — Не делай этого! Ты сильнее — ты справишься!
Я забилась в его хватке и задела фонарь. Тот отлетел через всю пещеру, ударился о стену и мгновенно погас.
Свет исчез.
Нас поглотила тьма.
Из моего горла вырвался гортанный крик, когда очередная схватка разорвала тело. Я вцепилась в живот, тяжело дыша и пытаясь вспомнить, чему нас учили на курсах подготовки к родам: дышать, сосредоточиться, — но вокруг царил хаос.
Джек пытался меня успокоить, но в темноте его слова звучали пустым эхом. Само его присутствие давило на меня. Он был бесполезен.
Я не была готова. Я никогда не была к этому готова.
— Я не смогу, — пробормотала я дрожащим голосом, почти не слышным за моим частым дыханием.
Но даже произнося это, я знала правду.
Выхода не было.
Ребёнок появлялся на свет — хотела я этого или нет.
И тут пещера изменилась.
Температура упала.
Внезапно вокруг нас воцарилась удушающая неподвижность.
И в следующий миг последний тонкий луч солнечного света исчез из расщелины над головой. Затмение началось. Eclipsarum Obscura поглотило мир, окутав его неестественной ночью.
Пещера пульсировала энергией — хаотичной, древней, живой.
Я вцепилась в живот, когда меня разорвала очередная волна агонии, тело бунтовало, душа дрожала.
— Нет! — Мои крики рикошетом разносились по стенам пещеры, пока я боролась со схватками, разрывавшими меня изнутри, — беспощадная схватка между моей волей и силами природы. Я проклинала Бога, судьбу и каждую душу, которая привела меня сюда, а тени затмения давили сверху словно удушающая завеса.
На пике затмения из моего горла вырвался последний первобытный крик, и ребёнок появился на свет. Тьма целиком поглотила пещеру. Каждая капля, падавшая в каменный водоём, отдавалась эхом словно удар погребального барабана. По пещере пронёсся холод — тот самый, что шепчет о смерти.
Младенец закричал, а Джек неловко пытался удержать девочку.
— Она родилась, Алина. Она родилась. Продолжай тужиться. Плацента… тебе нужно родить её сейчас.
Фонарь внезапно вспыхнул, залив всё вокруг резким светом. И там, рядом со мной, лежал чёрный кинжал, покрытый таинственными символами, а его клинок словно лоснился от самой тьмы. С лезвия сочился тёмный туман, свиваясь в бесформенную сущность, а затем исчез, втянутый какой-то невидимой силой. Сердце бешено заколотилось от ужаса, когда я поняла, что невольно выпустила на свободу, — силу зла, такую же, как я сама.