Страница 73 из 140
— Никак. Правда ведь? Тебе просто придётся рискнуть. Обещаю, что сам не стану за ним ухаживать, пока тебя не будет. Но поручу это одному из своих слуг. — Бальтазар зевнул.
Я покачала головой и посмотрела на Романа.
Он уже снова уснул, совершенно измученный пережитым и своими ранами.
— И как я потом найду тебя? Я даже не знаю, где мы находимся. Может, мы вообще во Франции, откуда мне знать? — сказала я.
Бальтазар усмехнулся.
— Во Франции? — улыбнулся он. — С какой стати мне было тащить тебя во Францию? Туда я возил только свою возлюбленную.
От мысли о том, как моя мать развлекалась с Бальтазаром на улицах Парижа или Марселя — старейшего города Франции, — у меня скрутило желудок.
— Тогда где мы? Ты что, собираешься оставить всё на волю случая и надеяться, что я вообще смогу снова тебя найти?
— Конечно нет. Предоставь это мне.
Он уверенной походкой подошёл ко мне и взмахнул рукой.
В ту же секунду мои ноги намертво приросли к полу, точно так же, как в нашу первую встречу. Я попыталась оторвать ступни от земли, но безуспешно. Будто их залили бетоном.
Бальтазар присел и приподнял подол моего платья. Его ладонь медленно скользнула по моей голени, колену, затем по бедру.
От его прикосновений к горлу подкатила тошнота.
— Что ты делаешь?
Я попыталась схватить его за волосы, но он грубо оттолкнул мою руку.
— Забочусь о том, чтобы ты не заблудилась… и не предала меня.
Он вытащил мой кинжал из ножен и показал его мне. Затем обошёл меня со спины. Лезвие полоснуло по ноге — от лодыжки, через подколенную впадину и выше, до самой ягодицы.
Я закричала от боли.
Бальтазар несколько раз провёл клинком моего кинжала по кровоточащей ране, покрывая его моей кровью. Затем выпрямился и показал его мне.
— Этот кинжал всегда будет знать, где ты находишься. А поскольку он связан с тобой, ты тоже сможешь найти его. Он станет для тебя маяком, а для меня — способом следить за каждым твоим шагом. Через этот кинжал я смогу наблюдать за тобой, так что спрятаться от меня у тебя не получится. И если мне не понравится то, чем ты занимаешься, я просто убью Александра. А потом убью и тебя.
Я впилась в него взглядом, тяжело и прерывисто дыша от ярости.
— Ты ублюдок.
— Да. И для меня это вовсе не оскорбление. Это комплимент. — Он слегка наклонил голову, внимательно рассматривая меня, а уголки его губ тронула едва заметная улыбка. — Ты совсем не похожа на Алину.
— В чём именно? — процедила я сквозь стиснутые зубы.
— Когда я встретил её, она была слабее тебя. — Он лениво взмахнул кинжалом в воздухе, подсушивая кровь на лезвии.
Не знаю почему, но услышать это оказалось неожиданно приятно.
— Отлично. Значит, я закончу то, что она начала.
Бальтазар стиснул челюсти, и мышцы на его скулах дёрнулись.
— Я уничтожу тебя, — прорычала я. — Я найду твою слабость. У каждого демона, тьмы или кем бы ты себя ни называл есть слабое место. И я его найду. А потом уничтожу тебя.
Мою кровь словно пронзил мощный разряд уверенности.
Его ноздри раздулись.
— Вот тут ты ошибаешься, моя сладкая.
— Не смей меня так называть!
Он улыбнулся и покачал головой.
— Знаешь, что ты поймёшь со временем, Оливия? Пока ты жива, ты потеряешь всех, кто тебе дорог. И я позабочусь о том, чтобы так и было.
— Я убью тебя, Бальтазар, — твёрдо произнесла я. — Я найду твою слабость и уничтожу тебя. Даже если для этого мне придётся отдать свой последний вздох.
Бальтазар зловеще расхохотался.
— Твоя мать говорила мне ровно то же самое. И где она теперь? Лежит глубоко под землёй и гниёт. Если даже Алина не смогла меня убить, то тебе это и подавно не под силу.
— Ты ошибаешься, — прорычала я.
— Замолчи! — вдруг рявкнул Бальтазар, словно мои слова начали выводить его из себя. — На словах ты такая смелая, а на деле — слабее некуда. А теперь найди мне этот дневник!
Он широко взмахнул рукой.
Всё вокруг погрузилось во тьму. Я больше ничего не видела, не чувствовала запахов и вообще перестала ощущать хоть что-либо. Затем рядом с ушами засвистел ветер, и в следующее мгновение я тяжело рухнула на спину рядом со сгоревшим домом Эмили, а кровь из моих ран медленно стекала в землю.