Страница 81 из 97
Я даже вспомнила зазывал в плюшевых костюмах мультяшных героев из своего мира и с тоской подумала — не придётся ли себе такой сшить.
Но, к счастью, обошлось.
Местные оказались куда любопытнее и сговорчивее, чем я ожидала, и постепенно всё же решились попробовать незнакомое лакомство.
Решающую роль сыграло доверие к Альме — её здесь знали давно, уважали и без лишних сомнений полагались на её вкус и слово.
А потом они начали возвращаться. И приводить других.
Особенно мороженое пришлось по душе детям, за ними подтянулись и взрослые.
Очень скоро мы с Эдвиной уже готовили его почти каждый вечер.
Вырученные деньги — о да, они наконец начали у нас водиться, пусть и в скромных количествах — мы аккуратно откладывали: на продукты, на нужды дома, на ингредиенты из кондитерского магазина, о которых раньше оставалось только мечтать.
Работа захватывала, дни наполнялись делами, и, казалось бы, времени на глупости не должно оставаться. Но мысли о драконе настигали меня в самые неподходящие моменты.
И с каждым днём только чаще.
Задаваясь вопросом — куда же чешуйчатый пропал, я прислушивалась к разговорам покупателей и каждому звуку за окном.
Почтальона, разносящего газеты, ждала с тревожным нетерпением. Разворачивала прямо у прилавка, пробегала глазами строки, выхватывая главное: Морвеннийцы разрушили часть защитного купола, маги из сердца королевства срочно прибыли на его восстановление.
А драконы, не щадя себя, отбивали атаки рубиновых, не давая тем прорваться дальше.
Иногда ночью или под вечер над деревней вспыхивали далёкие огненные отсветы, и воздух наполнялся глухим, раскатистым шумом, от которого по спине пробегал холод, напоминая, что война не где-то там, за горизонтом, а совсем рядом.
И в такие моменты мне становилось особенно не по себе.
Потому что где-то там был Кристиан.
Сегодня покупателей было непривычно мало — людей отпугнули глухие раскаты за лесом и тревожный драконий рокот. Альма с самого утра выглядела бледной и уставшей, а к обеду вовсе сдалась и ушла из лавки задолго до закрытия.
Скучая за прилавком, я машинально выводила на клочке пергамента причудливые завитки и время от времени поглядывала в окно, где лениво кружились и падали мягкие хлопья снега.
Усталость тяжестью легла на плечи, веки наливались свинцом и всё чаще норовили сомкнуться.
Но до закрытия оставалось ещё больше часа, и уходить раньше я не могла себе позволить — под самый вечер нередко заглядывали путники, чтобы закупиться в дорогу.
Так что, услышав подъезжающий экипаж, я нисколько не удивилась. Отложила уголёк и выпрямилась, когда за дверью застучали сапоги, стряхивая налипший снег о порог.
Дверь отворилась, тихо звякнул колокольчик. Я подняла глаза и… застыла.
Меня окатило тем самым предательски волнительным холодком.
На пороге стоял Кристиан, небрежно стряхивая с пальто снег.