Страница 19 из 53
Глава 4. Подруги
Лина с трудом дождалась конца занятия, обернувшегося столь ужасным образом. Казалось ужасно несправедливым оставаться здесь, тогда как Этьен выгнали именно из-за неё. Как только занятие закончилось, эльфийка поспешила в комнату, чтобы извиниться и поблагодарить соседку, однако девушки там не оказалось. Линувиэль спустилась обратно и прошла сквозь сад, раздумывая, куда она могла подеваться. Этьен нашлась слева от жилого корпуса у небольшого пруда. Она сидела на каменных ступеньках и кидала мелкие камешки в тёмную, покрытую ковром из ряски воду.
– Этьен! Наконец я тебя нашла, – позвала эльфийка, а затем села рядом и заглянула ей в глаза: – Спасибо тебе! И… прости меня пожалуйста.
Девушка оторвалась от созерцания кругов на воде и перевела на Лину удивленный взгляд.
– За что ты извиняешься? Ведь это Гил была виновата.
– Если бы не заступилась, тебя бы не выгнали…
Этьен не смогла скрыть горькой усмешки:
– Мне не привыкать. Когда это случается столько раз подряд, уже не обращаешь внимания.
Девушка бросила очередной камешек в воду, глядя, как на её изумрудной поверхности образуется тёмно-синее круглое окошко. Думая об отказе четырёх наставников по стихиям, отстранение от одного – единственного занятия не казалось ей большой проблемой.
– К тому же, как я могла промолчать, когда обижают мою подругу? – сказала она.
Услышав такое обращение в свой адрес, глаза Линувиэль расширились и заблестели. Эльфийка порывисто обняла девушку и уткнулась носом в её плечо. Этьен улыбнулась и обняла её в ответ, погладив по спине.
– Я счастлива иметь такую подругу, как ты, Этьен, – сказала Лина, смахивая прохладные бусинки слез тонкими пальцами.
Вечером, сидя в комнате у камина с чайником ароматного чая и мисочкой медовых ирисок, Лина и Этьен весело обсуждали забавный случай произошедший на послеобеденном на занятии. Мадам Дитта, наставница лекарей, выбрала одного из учеников, чтобы наглядно показать на нём способ оказания первой помощи при укусе ядовитого существа. Едва она приблизилась к нему с приспособлением для высасывания яда, парень немедленно побелел и грохнулся в обморок, угодив прямо в таз с замоченными в дезинфицирующем растворе полотенцами, отчего его синие форменные брюки мгновенно вылиняли, приобретя затейливый узор очень напоминающий очертаниями оскорбительное слово на эльфийском, означающее в переводе на всеобщий не что иное, как «трусливый зайчик».
Отсмеявшись, подруги растянулись на мягкой белоснежной шкуре, глядя на огонь. Лина вдруг вспомнила о происшествии на утреннем занятии, посерьёзнела и спросила:
– Ты слышала когда-нибудь о празднике Пятилетия?
Этьен отрицательно замотала головой. Эльфийка покрутила между пальцев тонкую длинную прядь волос и, решившись, начала рассказывать то, чего стыдилась больше всего на свете.
– Праздник Пятилетия – это важный день в жизни каждого эльфа. Когда эльфийский малыш достигает этого возраста, он считается выжившим и достаточно подросшим для начала учёбы, поэтому ему дают взрослое имя, вместо детского, названного при рождении. В качестве подарка ребёнок получает фамильяра, который будет сопровождать его всю жизнь. Поскольку маг и животное – компаньон должны сами выбрать друг друга, всё это мероприятие обычно превращается в зрелищный и весёлый праздник, длящийся до самого вечера.
Лина села, подогнув ноги и поглядела на подругу. Та слушала, затаив дыхание – любой рассказ о жизни эльфов звучал для неё, как увлекательная сказка.
– Когда отмечали мой праздник Пятилетия, во дворе поместья собрались все эльфийские малыши из окрестных поселений, а так же младшие дети эльфийских Домов. Мои родители привезли целое множество разных животных и существ. Некоторые из них были очень редкими, и все без исключения были такими милыми и интересными! Я очень ждала этого дня. Всё ходила от одного к другому, разглядывая и пытаясь познакомиться, почувствовать что-то особенное, ту самую связь.
Этьен слушала не перебивая, понимая, какое это важное воспоминание для подруги. Лина немного помолчала, подкинула несколько веточек в камин и продолжила.
– К вечеру каждый ребёнок, которому в скорости тоже должно было исполниться пять, обрёл своего фамильяра. Каждый ребёнок. Кроме меня, – эльфийка подняла свои васильковые глаза на Этьен и прикусила губу. – Я никому не рассказывала об этой истории раньше. Это вроде как очень стыдно среди эльфов.
Этьен села и внимательно посмотрела на подругу.
– Тебе не должно быть стыдно. Фамильяр – это очень серьёзно! Лучше остаться без него, чем выбрать не совсем подходящего. У меня ведь тоже нет никакого существа.
– Но люди не всегда заводят фамильяра с детства. Для вас это нормально.
– Так и есть, но всё же… не стоит считать себя неполноценной из-за этого. Думаю, придёт время и ты найдёшь действительно подходящего фамильяра.
– Ты действительно так считаешь? – спросила эльфийка.
– Ну конечно, – кивнула Этьен.
Линувиэль улыбнулась, чувствуя как её настроение потихоньку улучшается. Она была рада встретить кого-то настолько замечательного, способного понять её и поддержать. Поболтав ещё немного о существах и разных случаях из детства, подруги допили чай и легли спать в предвкушении нового дня.
***
Учебные будни для Линувиэль завертелись со скоростью калейдоскопа – одно занятие сменялось другим, и она едва успевала переключать между ними внимание, в отличие от подруги. Поскольку у Этьен было взято лишь одно направление, та целыми днями ходила по пятам за наставником по травам и зельям, чтобы научиться хоть чему-то новому. Вскоре, когда Морис буквально взвыл от настойчивости ученицы, ему в голову пришла великолепная идея. Он проводил девушку к отдалённому участку ботанического сада Академии и приглашающим жестом открыл дверь теплицы. Этьен, воодушевлённая, зашла внутрь.
– Займись исследовательской работой. В этой теплице собраны растения самой южной, прибрежной части нашего континента. Так же, здесь посажены злаковые культуры, чтобы оценить влияние тепличных условий на скорость созревания посевов. Тебе необходимо зарисовать и описать все стадии их роста.