Дорогой из иллюзий

— Мы и не будем спускаться, кофейная фея. Оставим реальный мир тем, кто боится летать, — он чуть отстранился, заглядывая в ее сонные, безмятежно-счастливые глаза, и лукавая, дьявольская искра снова вспыхнула в его взгляде. — К тому же, ночь только началась, а мы еще не проверили на прочность тот огромный мраморный стол на кухне. И диван. И подоконник.

Лера звонко рассмеялась, шутливо ударив его кулачком в плечо, но уже в следующую секунду ее протестующий смех утонул в новом, головокружительном поцелуе. Впереди была целая ночь, чтобы сделать этот пентхаус по-настоящему своим.

Утро после жаркой ночи выдалось на удивление бодрым. Оставив утомленную, но абсолютно счастливую Леру досматривать сны на смятых шелковых простынях, брюнет бесшумно выскользнул из пентхауса. В холодильнике было пусто, а кормить девушку святым духом и шикарными видами из окна в его планы не входило. Требовался лучший завтрак в этом городе.

Но стоило только тяжелым ботинкам коснуться асфальта за пределами элитного ЖК, как интуиция взвыла корабельной сиреной.

Легкое касание дужки умных «Рэй-Бэнов» — и линзы послушно подсветили пространство. Система мгновенно выхватила две аномалии. Двое крепких парней в неприметных серых куртках технично вели цель, грамотно передавая друг другу «эстафету» на перекрестках. Классическая «коробочка». На их лицах не было эмоций, а в ушах едва заметно поблескивали микронаушники.

«Значит, вчерашний лысый с биноклем был только разведкой, — усмехнулся парень, сворачивая в безлюдный переулок, ведущий к заброшенным складам старой промзоны. — Что ж, господа, добро пожаловать на мой аттракцион».

Промзона встретила преследователей гулким эхом и запахом ржавчины. Двое «гончих» ускорили шаг, нырнув в ангар вслед за объектом. Оружие уже перекочевало из скрытых кобур в их руки. Действовали они слаженно, профессионально, беря пространство в клещи.

Только вот пространство здесь больше не подчинялось законам физики.

В дальнем конце ангара мелькнула пола графитового пальто. Один из преследователей вскинул пистолет с глушителем, но выстрелить не успел.

Воздух за его спиной сгустился с тихим, сухим хлопком.

Удар ребром ладони по сонной артерии выключил первого оперативника быстрее, чем тот успел моргнуть. Обмякшее тело еще только начало оседать на бетон, а авантюрист уже исчез.

Второй «гончий» резко развернулся, инстинктивно нажимая на спуск. Пуля со свистом прошила пустоту.

— Медленно, парни, очень медленно, — раздался насмешливый шепот прямо над ним.

Брюнет материализовался на стальной балке под потолком, а в следующую долю секунды рухнул вниз, сбив оперативника с ног. Хруст сломанного носа, короткий болевой прием на запястье, заставивший выпустить ствол — и второй преследователь отправился в глубокий нокаут вслед за напарником.

Дело сделано. Но чувство чужого взгляда никуда не делось.

Очки снова мигнули, и нейросеть услужливо обвела красным контуром фигуру, стоящую на крыше соседнего цеха. Тот самый колоритный чернокожий мужик в длинном кожаном плаще. Вылитый Сэмюэл Л. Джексон, только вместо философских монологов из Иезекииля он молча наблюдал за избиением своих подчиненных.

— Ну привет, — хищно оскалился юноша.

Взгляд сфокусировался на краю крыши рядом с наблюдателем. Глубокий вдох. Концентрация.

Хлопок.

Брюнет вынырнул из подпространства ровно в метре от лысого. Тот даже не дрогнул, лишь рука молниеносно метнулась за пазуху. Но рефлексы молодого человека были быстрее. Железная хватка сомкнулась на воротнике кожаного плаща.

— Полетаем? — нагло спросил парень, переводя взгляд на возвышающийся в паре километров от них башенный кран недостроенного небоскреба.

Оглушительный хлопок разорвал пространство, выбив из легких весь воздух.

Допрос с пристрастием

Металлическая стрела крана покачивалась на высоте ста пятидесяти метров. Ветер здесь завывал с яростью голодного зверя.

Лысый повис над пропастью, удерживаемый лишь одной рукой авантюриста за прочный воротник плаща. Под его дорогими ботинками была только бездна, на дне которой копошились крошечные машинки.

— Твою же мать! Сучий потрох! — внезапно заорал чернокожий мужик на чистейшем, отборном русском языке, вцепившись побелевшими пальцами в держащую его руку. — Отпусти, псих недоделанный!

— Ого, какие лингвистические познания, — рассмеялся парень, чуть ослабляя хватку, заставляя пленника дернуться вниз на пару сантиметров и выдать новую порцию многоэтажного мата. — А теперь слушай меня внимательно, Винсент Вега. Кто вы такие и какого черта пасете меня по всему городу?

— Пошел ты в задницу! — прорычал лысый, бешено вращая глазами. — Думаешь, ты один такой умный? Думаешь, поймал бога за бороду со своими фокусами?

— Пока что я поймал за шкирку только тебя. И если ты не начнешь петь, гравитация сделает всю грязную работу за меня.

Юноша разжал один палец. Пленник судорожно сглотнул, глядя в бездонную пропасть под ногами. Спесь начала стремительно испаряться.

— Мы — ликвидаторы! — выплюнул он, стараясь перекричать ветер. — Зачищаем мусор! Корпорация не любит, когда ее инвестиции бегают по улицам и грабят казино!

— Какие еще инвестиции? — брюнет нахмурился, чувствуя, как внутри закипает ледяная ярость.

Лысый внезапно хрипло, надрывно рассмеялся, несмотря на свое незавидное положение. В его глазах мелькнуло фанатичное безумие.

— Ты думаешь, ты уникальный? Думаешь, это магия или божий дар?

— заорал он, брызгая слюной. — Ты просто двадцать восьмой! Слышишь меня?! Двадцать восьмой из сотни удачных подопытных! Сбежавшая лабораторная крыса, которой случайно стерли память перед инъекцией!

Слова ударили под дых сильнее кувалды. Двадцать восьмой? Эксперимент? Картинка в голове начала складываться. Нищее студенческое прошлое этого тела, внезапная потеря памяти, отсутствие родственников… Идеальный биоматериал для корпоративных опытов, который никто не станет искать.

— Сколько вас всего охотится на таких, как я? — голос парня стал тихим и смертоносным.

— Достаточно, чтобы ты сдох сегодня! — лысый вдруг перестал вырываться и широко, жутко улыбнулся. Он обнажил зубы и с силой прикусил один из коренных. Что-то внутри его челюсти тихо хрустнуло.

— Что ты сделал?

—

Зуб

, придурок. В нем маячок прямого сигнала, — торжествующе прохрипел агент. — За мной уже пришли.