Страница 99 из 131
Безголовое тело капитана, два других карателя, бегущие к нему, и Аврелиус с копьём в груди, решивший перед смертью забрать с собой хоть кого‑то. Всё это застыло, будто в замедленной съёмке. Сражение подходило к концу.
— Прощай, старик, — Александр встретился взглядом с Аврелиусом и увидел на его лице улыбку. В горле встал ком, глаза защипало, и он едва сдерживал слёзы. — Мы ещё встретимся там, в прошлом. Я обязательно найду тебя и отомщу! — мысленно пообещал он, не в силах больше смотреть в усталые глаза архимага. Развернувшись, он шагнул в портал.
Их связывало слишком многое — и в этой жизни, и в прошлой. Это он никогда не забудет.
— Прощай тот кто идёт по стопам Хроноса, ты заперт в временной петле, но выхода из нее нет, а я нашел способ, уйти первым… Рождение сверхновой звезды, самоуничтожение. — прошептал Аврелиус, улыбаясь в последний раз. От этого шёпота вздрогнули все, и даже на лице генерала отразился страх.
Архимаг сложил руки в молитве, и его тело, посвятившее всю жизнь магии света, начало сиять. На злобном лице шестого генерала выступила капля пота и медленно скатилась по затылку.
— Поздно бежать, даже боги падут от такого жара. — только и успел сказать генерал своим подчинённым, прежде чем прогремел взрыв.
Александр не увидел, как два капитана превратились в пыль, а тело генерала, защищённое печатями, вылетело в пространство Хаоса с многочисленными ожогами. От комнаты повышения квалификации не осталось ничего, кроме бушующего огненного шторма. Избушка, сакуры, карпы, три прекрасных цветущих лотоса — всё исчезло в пламени.
…
Обугленный лес, чёрные верхушки деревьев, устремлённые в серое небо Альвхейма. В яркой вспышке появились Александр — подавленный, опустошённый — и Карина, разочарованная в себе.
— Это конец. Они не смогут нас преследовать — дерево не позволит, — он устало посмотрел на девушку, опустился на ближайший камень и притянул её к себе.
Он понимал, что Аврелиус рано или поздно уйдёт — тот сам говорил, что его время истекло. Но почему от этой мысли так невыносимо больно?
«Тёмные ублюдки! — кипело внутри у Александра. — Я отомщу за тебя, дед. Если не в настоящем, то в прошлом — но я обязательно отомщу!»
На горизонте возвышалось ожившее древо Альвхейма — оно вот‑вот должно было зацвести. Александр сидел так до позднего вечера, постепенно погружаясь в глубокий сон. Всё это время Карина сидела рядом, не произнося ни слова. Её грызла только одна мысль — о собственной слабости. Самоуничижение давило на неё тяжёлым грузом, и Александр это чувствовал.