Ложные Боги умрут

Глава 51

Ночь накрыла город тяжёлым плащом. Луна, будто стесняясь, лишь изредка выглядывала из‑за пепельных туч — мрачных свидетелей давней ядерной войны. Александр сидел на кровати и листал книгу о магических символах, сохранённую в квантовом компьютере. Экран мягко светился, отбрасывая на лицо синие блики, а в комнате висела тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом перелистываемых страниц.

Идти за Кариной он не стал: скорее всего, девушка уже спала, свернувшись клубочком где‑нибудь в своей комнате. Днём на это просто не нашлось времени — Таурен безжалостно загнал Александра в бумажную рутину. Отчёты, сводки, графики… Казалось, бюрократия переживёт даже конец света. Только к вечеру они наконец разобрались со всей этой канцелярской лавиной. Теперь «Маски» ждали его команды — и момент для вторжения во внутренний город был почти готов.

Книга про магические символы оказалась неожиданно увлекательной. Александр и сам не заметил, как проглотил её целиком. Большая часть информации была ему знакома, но некоторые печати и знаки он видел впервые — странные, угловатые, будто выведенные дрожащей рукой безумного гения.

— Символы времени, ну почему же вы, чёрт возьми, не работают? — пробормотал он, в очередной раз выводя на холсте бумаги замысловатую пентаграмму. Он пытался повлиять на время, бросая в рисунок всё больше энергии, но линии лишь тускло мерцали, словно насмехаясь над его стараниями.

Это никак не было связано с тем способом вернуться в прошлое, о котором они узнали от Аврелиуса. Тот метод опирался на силу деревьев жизни и их способность создавать временные мосты. А символы времени интересовали Александра совсем по другой причине — он искал лазейку, способ обойти законы реальности.

— Да гори оно огнём… Похоже, магией времени мне не овладеть, — вздохнул он, выключая компьютер. Взгляд упёрся в деревянный потолок, будто там были написаны ответы на все вопросы. — Интересно, сколько энергии им нужно и почему моей вечно не хватает…

Александр покачал головой, прогоняя раздражение. Не думал он, что так расстроится из‑за каких‑то каракуль на древней бумажке. Нужно было развеяться.

Он поднялся, накинул обычную одежду поверх доспехов 6‑го ранга — сочетание, которое могло бы вызвать улыбку у любого модника, если бы в этом мире ещё кто‑то думал о моде. Затем он просто вылетел в окно, рассекая ночной воздух, и устремился вверх, сквозь пепельные облака.

Звёзды и луна… Он ещё ни разу не видел их в этом постапокалиптическом мире. Конечно, звёзды были всего лишь голограммой, проецируемой на невидимый купол, но под покровом ночи они выглядели потрясающе — холодные, далёкие, будто насмешливо подмигивающие сквозь прорехи в облаках.

Сквозь серую дымку, почти не пропускавшую света, Александр разглядел крепость Альвхейма во всей её мрачной красе. По масштабам это сооружение превосходило крепость Москвы в десятки, если не в сотни раз. И это было неудивительно: по отчётам Таурена, до гражданской войны в городе жили 16 миллиардов человек, а ещё 2 миллиарда ютились в трущобах за пределами стен.

Ячейка мира Альвхейма имела шестиугольную форму — как и сам город, и даже центральная крепость, известная как внутренний город. Картина поражала воображение: единственный огромный город на единственном континенте, словно гигантская шахматная фигура, застывшая посреди пустоты.

Континент опоясывали два океана. Один — с прозрачной голубоватой водой, чистой и безжизненной, будто стекло. Второй — кроваво‑красный, бурлящий жизнью: в нём кишили рачки и водоросли, окрашивающие воду в зловещий оттенок. Помимо города, на континенте прятались несколько поселений выживших — они ушли ещё во времена первой ядерной войны и до сих пор избегали любых контактов с крепостью.

Холодный ветер хлестал со всех сторон, и оставаться в воздухе становилось всё менее уютно. Александр опустился на землю и оказался на улице, где совсем недавно бушевало сражение. Руины зданий тянулись вдоль дороги, а в воздухе всё ещё витал едкий запах гари. Под ногами хрустело битое стекло, перемешанное с обломками кирпичей. Большую часть мусора уже собрали в кучи вдоль дороги — его ждала свалка. От самой дороги почти ничего не осталось: глубокие воронки от миномётных снарядов и рваные выемки, оставленные боевыми навыками, делали проезд невозможным.

— Война… Война никогда не меняется, — прошептал Александр, вспоминая рассказ дяди о том, как тот потерял руку во время взрыва. Воспоминания кольнули где‑то под рёбрами, и он поспешил отогнать их, закурив сигару. Глядя на останки некогда прекрасного Кристального района, он тяжело вздохнул.

Пока он бесшумно двигался по улице, в двухстах метрах от него разворачивалась чья‑то маленькая трагедия. Сначала ему показалось подозрительным, что кто‑то выглядывает из‑за разрушенной стены, но, подойдя ближе, он понял, в чём дело.

Несколько мужчин с безумными глазами жадно обгладывали тело своего товарища. Их движения были дёргаными, неестественно резкими.

— Зомби нулевого типа… И откуда вы только взялись? Да вы даже не успели полностью обратиться, — пробормотал Александр. От здания исходило мощное мановое поле, а из подвала доносился странный ритмичный шум: «Бам, бам». Зомби продолжали свою жуткую трапезу, не обращая внимания на окружающий мир.

«Там, кажется, есть кто‑то ещё», — подумал он, чувствуя присутствие разумного существа в подвале.

— Ну наконец‑то заметили меня, — произнёс Александр, глядя на зомби, которые рванулись к нему. Его охватило странное чувство дежавю. — Давненько я не сражался с такими слабыми противниками.

Телекинезом он разнёс головы обезумевших тварей, а затем подошёл ближе и заметил разбросанные по дому кристаллы маны.

— Что здесь, чёрт побери, произошло? — пробормотал он, затягивая кристаллы в своё кольцо. Затем он поднял с земли маску с кругом и увидел на чудом уцелевшей руке мёртвого эльфа свою собственную печать.

Брови Александра нахмурились. Лазерного пистолета поблизости не было, как и меча второго ранга.