Страница 77 из 191
С ее речью что-то не так, внезапно подумала Элинор. Заметить это было трудно – даже, наверное, невозможно для человека, не знавшего Диану несколько лет. Но Элинор чудилось, что между словами слишком длинные паузы – будто какое-то сомнение, будто человек говорит на иностранном языке, правильно, но не вполне бегло.
– Как ты спишь? – спросила Элинор.
– Плохо. Я очень устала, вот и все. Очень устала.
– Ничего страшного, – сказала Элинор, хотя и сомневалась в этом. – Давай ты пойдешь в свою комнату и отдохнешь.
Она протянула руку к Диане, но та вдруг отшатнулась и прошипела с внезапной яростью:
– Отстаньте!
Элинор была ошеломлена этой резкой переменой. На лбу Дианы выступила испарина.
Инстинктивно пытаясь успокоить девочку, Элинор развела руки, отступая на шаг назад.
– Все в порядке, – сказала она. – Все в порядке. Давай я тебя отведу к медсестре?
Диана помотала головой, по-прежнему глядя на Элинор недоверчиво.
– Я ненавижу медсестру. А она меня.
Элинор в замешательстве сказала:
– Диана, ты что. Ну давай, может, пойдем к тебе в комнату? Может быть, я попрошу Эйприл за тобой присмотреть?
– Эйприл меня раздражает, – сказала Диана. – Лучше бы она от меня отвязалась.
Она расплакалась и на этот раз, когда Элинор мягко дотронулась до нее, сопротивляться не стала.
Потребовалось некоторое время, чтобы благополучно устроить Диану в ее комнате, и когда Элинор решила, что девочка наконец успокоилась, она прямиком направилась в кабинет мисс Кристи.
Мисс Кристи с суровым видом выслушала отчет Элинор о случившемся и, нахмурившись, откинулась на спинку кресла.
– Видимо, переутомилась и перенервничала, – сказала она.
– Думаю, дело не только в этом, – сказала Элинор.
– Сейчас она где?
– У себя в комнате. Надеюсь, что сможет поспать.
– Пусть завтра не ходит на уроки и отдохнет как следует, – сказала мисс Кристи. – Врач ничего не нашел. Может быть, ей просто надо отдохнуть хорошенько. Сложный возраст.
– Мне кажется, надо с ее родителями еще раз поговорить, – сказала Элинор.
– Как хотите, – сказала мисс Кристи. – Если они попросят ее снова показать терапевту, мы покажем. Звоните отсюда.
Элинор надеялась поговорить с миссис Фулбрук, но, видимо, в этот день недели та играла в бридж, и Элинор с содроганием поняла, что ей придется сообщить о своей тревоге отцу Дианы.
Мистер Фулбрук не слишком обеспокоился состоянием дочери – скорее, был раздосадован, что звонок Элинор нарушает его вечерний отдых.
– Что, рука опять дергалась? – спросил он, как только Элинор в очередной раз представилась.
– Нет, с прошлой недели нет, насколько я знаю, – сказала Элинор.
– И вы говорили с моей женой. Мышечный спазм. Болезни роста.
– Да, я говорила с миссис Фулбрук.
Он спросил с интонацией принужденного терпения, которая, подумала Элинор, наверняка так же бесит его жену:
– Так что, есть что-то новое, что вы хотите обсудить?
– Меня беспокоит, – сказала Элинор, – что в последние дни Диана сама не своя.
– Сама не своя? А чья же?
Элинор на секунду закрыла глаза. Она давно уже поняла, что отец Дианы ее раздражает; это осложняло ситуацию и, кроме того, выпадало из спектра ее реакций на родителей, которых она, как правило, разделяла просто на «доброжелательных» и «недоброжелательных».
– Она плохо спит, – сказала Элинор, – и кажется очень несчастной.
– С чего это ей быть несчастной? Живет себе не тужит. Поссорилась с кем-нибудь, что ли?
– Нет, – сказала Элинор.
– Тогда ей надо поменьше о себе думать. Жизнь не состоит из сплошных удовольствий. Чем раньше Диана это поймет, тем лучше.
Элинор описала, как столкнулась с Дианой на репетиции.
– Так она расписание, что ли, перепутала? – спросил мистер Фулбрук.
– Диана редко что-то путает. – Элинор понимала, как неубедительно это звучит. – А потом она как будто… сильно разозлилась на меня.
– Ну простите, мисс Олстон. Простите, если она вам нагрубила. Это никуда не годится.
– Нет-нет, дело не в этом, – сказала Элинор и повторила то, в чем, как кажется, уже не было никакого смысла: – Она просто сама не своя.
– Ну, у девочек же бывают всякие взбрыки, – сказал мистер Фулбрук. – Подростковые гормоны и все такое.
На этой неудовлетворительной ноте разговор завершился.
Элинор пошла проведать Диану на следующее утро и с облегчением обнаружила, что та спокойна и сознание у нее незамутненное, хотя она по-прежнему выглядит очень усталой. Рядом сидела Эйприл, которая всем видом давала понять, что будет защищать Диану и никому ее не отдаст.
– Простите за вчерашнее, мисс, – сказала Диана. – Я была как лунатик.
– Ничего страшного, – сказала Элинор.
Лунатиков она видала, и у нее не было ни малейшего сомнения, что Диана бодрствовала. Если на следующей неделе девочке не станет лучше, решила она, надо будет отвести ее к врачу, она сама это сделает. И неважно, что говорит мистер Фулбрук.
– Мы все о тебе немного беспокоимся, Диана. Не ходи сегодня на занятия, отдохни как следует.
– Ой, – сказала Диана, – не надо. Я в порядке. – Она вздохнула и повторила потише: – По-моему, я в порядке.