Страница 72 из 191
В два часа, садясь в автобус вместе с Верой, она с ужасом увидела, что Мэтью Лэнгфилд решительно направляется в их сторону. В этот день ей совсем не хотелось болтать с малознакомым человеком (особенно с этим, который уже успел вызвать у нее определенные подозрения). Тем не менее Мэтью сел на ближайшее место через проход, и Элинор мысленно собралась с духом, готовясь к светской беседе.
Однако на этот раз за рулем была сама мисс Кристи, а когда она брала на себя эту обязанность, поездка превращалась в рейд бесстрашной бригады «скорой» во время лондонского «Блица». Ее водительская манера смогла отвлечь Мэтью в достаточной степени, чтобы он не пытался начать разговор. Он сидел, вцепившись в сиденье перед собой так, что у него побелели костяшки пальцев, пока машина неслась по узким проселочным дорогам, подпрыгивая на выбоинах, с визгом проходя повороты и задевая бортами колючие живые изгороди.
Через двадцать минут мисс Кристи высадила свою несколько пришибленную команду (всех слегка мутило) на муниципальной парковке на краю города. Зарядил дождь. Саутхейвен отличался собственным микроклиматом – там всегда моросило.
– Встречаемся здесь в пять часов, – сказала мисс Кристи, – чтобы вернуться к ужину заблаговременно.
– Если выживем на обратном пути. – Вера подняла капюшон своего макинтоша. – Вы что будете делать? Я в «Маркс и Спенсер».
– Да у меня нет никаких конкретных планов, – ответила Элинор. – Наверное, пойду в «Кинг» (это был букинистический магазин на главной улице), а потом к «Бетти» на чашку чая.
– Ну, может, потом там увидимся, – сказала Вера.
К ним приблизился Мэтью Лэнгфилд, который явно не отошел еще от дорожных впечатлений.
– Что порекомендуете здесь повидать новичку? – спросил он со своей всегдашней улыбкой, которая после Вериных разоблачений казалась Элинор еще более фальшивой.
– Понятия не имею, – тут же отозвалась Вера. – Я вот иду в «Маркс» за нижним бельем.
Он густо покраснел, и Элинор стало его жалко.
– Тут очень милый букинистический, – сказала она. – Я как раз туда собираюсь. Не хотите? – А она так надеялась, что окажется в «Кинге» одна.
Он согласился с какой-то трогательной готовностью. Вера откланялась и рванула вперед, хотя вообще-то всем им нужно было в одну сторону. Элинор и Мэтью тоже двинулись по направлению к центру, но не столь стремительно.
– Приятное местечко, да? – сказал Мэтью, когда они прошли башню с часами и здание старого рынка. – Старомодное такое.
– Да, наверное, после Лондона тут все кажется старомодным.
Элинор уже жалела, что предложила ему присоединиться, хотя отказать, не нагрубив, было бы затруднительно. Но, может, и следовало нагрубить? Она же ничем ему не обязана. И он что, их всех обманывает? Потешается над ними?
– Мне Лондон никогда не нравился, – неожиданно сказал он. – Мне казалось, что я к нему плохо приспособлен.
Она с удивлением посмотрела на него:
– Слишком энергичный и суетливый? Так многие считают, наверное.
– Не слишком энергичный. Слишком… не знаю. – Он улыбнулся ей почти извиняющейся улыбкой. – Трудно понять, куда тебе надо деться. Если ты не остаешься там, где родился, куда надо отправиться? Как принять решение?
Элинор молчала, сочтя вопрос риторическим. Но тут он добавил:
– Вот вы, вы где выросли? И что вас заставило переехать сюда?
– Недалеко от Чичестера, – сказала Элинор. – Так что я не слишком далеко уехала. Наверное, поэтому я здесь и очутилась. Близко от родителей.
– Они живы?
– Нет. – После паузы ей пришло в голову, что и его надо спросить. – А ваши?
– Нет. У меня только брат остался, там, в Норфолке.
Она кивнула. Они как раз подошли к «Кингу», и Элинор собиралась толкнуть дверь, но он быстро шагнул вперед, чтобы открыть и пропустить ее. Дверь открывалась внутрь, и композиция получалась неуклюжая; Элинор пришлось протиснуться мимо Мэтью, чтобы войти. Показная галантность ей не понравилась. Звякнул колокольчик, пожилой продавец за стойкой поднял голову и внимательно оглядел посетителей, не выказывая ни узнавания, ни доброжелательности, хотя Элинор бывала в магазине, наверное, не меньше сотни раз, после чего вернулся к своему чтению.
– Я пойду посмотрю художественную литературу, – сказала Элинор.
Она с потаенным вздохом была готова к тому, что он за ней последует, но он изобразил деликатность и отправился к полкам с книгами по истории.
Элинор неторопливо листала книги. Она обнаружила «В краю лесов», один из тех немногих романов Гарди, которые она не читала, старое издание хьюзовского «Ястреба под дождем» и «Сына президента» Фэй Уэлдон. Довольная своей добычей, она отнесла книги к стойке. Как обычно, владелец принял однофунтовую монету и с отвращением уставился на нее
[7]
[В 1984 г. – в год действия романа – перестали выпускать банкноты достоинством в один фунт стерлингов, которые выпускались с 1797 г. Однако старые банкноты оставались в обращении вплоть до 1988 г., когда фунтовые монеты их полностью заменили.]
. Потом сказал:
– Вообще-то банкноты пока что законное платежное средство.
– Конечно, – сказала Элинор.
– Вы не обязаны сразу сдаваться. Они этого ждут, но вы не должны сразу опускать руки.
Кто эти «они»? – подумала Элинор. В разговорах с букинистом это никогда и не прояснялось.
– Ну, я не против монет, – сказала она.
– Вы позволяете им что-то отнять без боя – и кто знает, чего они захотят в следующий раз, – сказал продавец. – Когда они пришли за шиллингами, я молчал…
Элинор пробормотала что-то в знак согласия, принимая сдачу.
– Потом придут за нашими марками, – сказал он ей вслед. – Оглянуться не успеете, придут и за самой королевой.
Мэтью поймал ее взгляд – он стоял у полки с биографиями недалеко от входа – и с улыбкой закатил глаза. Как будто они заговорщики, а то и друзья.
– Пойдемте теперь выпьем чаю? – предложил он.
Элинор безропотно согласилась. Она хотела выпить чаю, и, видимо, без него это теперь не удастся. Но Элинор снова обратила внимание на то, что рубеж между вежливостью и пассивностью почти незаметен. Наверное, неудивительно, что волевого человека вроде Веры она раздражает.