Болезни суставов

– Элинор не верит в привидений, – объяснила Труди, через стол наклоняясь к Мэтью. – Но это не значит, будто их не существует. Я надеюсь, не получится так, что вы ведете урок и вдруг замечаете, что мисс Гамильтон – раз! – и вплывает в класс. Беззвучно.

Мэтью побледнел.

– И занимает свое привычное место в учительском кресле, – сказала Линда.

– Как тень Банко, – сказала Труди.

– Не можешь ты сказать, что я виновен! – провозгласила Линда. – Кровавыми кудрями не тряси!

[4]

[«Макбет», перевод С. Соловьева.]

Все-таки, подумала Элинор, Труди и Линда любят подурачиться не меньше, чем некоторые из девочек.

К счастью, в этот момент появилась Вера Кларк. Элинор удивилась – хотя и испытала большое облегчение, – когда Вера решила к ним присоединиться, обычно та не могла выносить учительниц литературы больше нескольких секунд. Но, наверное, Вере тоже было любопытно посмотреть на нового учителя, как и всем остальным.

– Добрались, значит? – без предисловий спросила она, ставя поднос на стол и тяжело оседая рядом с Элинор.

– Добрался, – подтвердил он и протянул ей руку: – Мэтью Лэнгфилд.

Вера взглянула на протянутую руку, но пожимать ее не стала.

– Они вас уже, наверное, предупредили про наших девочек?

– Н-нет, – улыбнулся он.

– Господи, Вера, – сказала Элинор.

– Мэтью преподавал в Вестминстере! – благоговейно выдохнула Труди. – Представляете?

– Вот как, в самом Вестминстере? – вопросила Вера. – В таком случае вы приняли довольно удивительное карьерное решение.

– Да что вы, – сказал Мэтью. – Мне просто хотелось чего-то другого. Например, морского воздуха. Мне города никогда особенно не нравились.

– Вы выросли где-то на побережье? – спросила Элинор.

– Да, – ответил он, – но не на этом. В Норфолке.

– Как мило, – сказала она. – А где?

– Недалеко от Нориджа. Между городом и побережьем.

– От Грейт-Ярмута далеко? – спросила Труди. – Я там однажды была в каникулы.

– И у Диккенса он есть, – добавила Линда. – В «Дэвиде Копперфилде».

– Очень близко, – кивнул он.

Элинор подумала, что он говорит о родных местах слишком уж сдержанно, но, с другой стороны, Норфолк они все знали плохо, так что подробности им бы ничего не сказали.

Проигнорировав норфолкскую тему, Вера заметила:

– У меня муж подруги преподает в Вестминстере. Математику. Зовут Родни Троубридж. Знали его, наверное?

– Конечно, – ответил Мэтью, улыбаясь ей. – Родни. Хороший мужик.

– Н-да? – хмыкнула Вера. – Мне он всегда казался смертельным занудой.

Мэтью засмеялся.

– Да, он может слегка занудствовать. – Он аккуратно сложил приборы на тарелке, поскольку доел рыбный пирог (что нельзя было не признать героизмом). – Жаль вас покидать, но, наверное, мне пора идти. Я должен встретиться с мисс Кристи после ужина, и опаздывать, тем более в первый же мой день, не стоит. Очень приятно с вами всеми познакомиться.

– Найдете ее кабинет? – спросила Элинор.

– Найду, спасибо.

– Удачи, – сказала Линда. – И не ходите напрямик через сад колледжа в сумерки. Вы же не хотите напороться на Грешэмскую леди.

– Боже. Нет, не хочу.

Он на секунду поймал взгляд Элинор, и ей показалось, что он был… позабавлен, что ли? Она удержала невозмутимое выражение лица, не чувствуя в себе готовности присоединяться к нему на этом раннем этапе знакомства.

– Она обычно крутится вокруг бобовника, – сказала Линда. – По слухам, ее отравили бобовниковым чаем.

– Но летом он очень красиво цветет, – сказала Труди. – Может, ей просто нравится бобовник.

– Еще Констанс Стокер имейте в виду, если окажетесь около клуатра, – сказала Линда. – Она тут тоже бродит по ночам.

– Еще один призрак? – спросил Мэтью.

– Нет, она на кухне работает, – сказала Труди. – Но она не любит, если ее тревожат во время вечерних прогулок. Неприятная женщина. Рыбный пирог, я думаю, такой противный, потому что приправлен злобой ее.

– Спасибо, что предупредили, – сказал он и, улыбнувшись и кивнув им напоследок, удалился.

– Ну, он кажется относительно нормальным, – сказала Вера, стоило Мэтью отойти на несколько шагов. – Наверное, на большее и рассчитывать не имело смысла.

– По-моему, у него интересный внутренний мир, – сказала Линда, не вызвав у Веры никакого энтузиазма.

Элинор молча проследила за тем, как Мэтью вышел из двери и исчез из поля зрения. По неясной причине она подумала:

я ему не доверяю

.

5

К девяти вечера – первого вечера Иды в новой школе – знаменитая Луиза Адлер так и не появилась.

Ида распаковала свои вещи и сложила их в ящики комода, надела пижаму, почистила зубы и умылась над крошечной раковиной. Потом она отыскала внизу старинную, чудовищно холодную ванную комнату с туалетом, где можно было пописать. По дороге ей никто не встретился, и она вздохнула с облегчением.

Теперь Ида сидела в кровати, пытаясь читать «Крэнфорд», прощальный подарок мисс Келли, но на самом деле не могла оторвать взгляд от двери и все готовилась к моменту, когда войдет Луиза и нужно будет произвести на нее правильное впечатление. Софи заверила ее за ужином, что первое впечатление решит все.

– Главное, не испортить первое впечатление, – сказала она, сидя напротив Иды в столовой, быстро и методично поглощая свою порцию жареной картошки. – Иначе тебе не поздоровится.

– И как мне не испортить первое впечатление? – спросила Ида.

Стены столовой были увешаны портретами в золоченых рамах, с которых взирали знаменитые женщины, но, кажется, это были крайне неудачные копии – прямо перед глазами Иды оказалось перекошенное лицо Мэри Уолстонкрафт, и от этого зрелища кусок не лез в горло.

Софи немного подумала.

– Ну, не надо на нее особо таращиться. Но и не избегай ее взгляда. И точно нельзя говорить ничего о пожаре.

– С какой стати я стану с ней говорить о пожаре? – спросила Ида. – Подожди. О каком пожаре?

– Ой, это длинная история.

Все длинные истории Софи имели одну особенность: она никогда их не рассказывала.

– Ты не должна выглядеть угрожающе, – продолжала Софи. – Постарайся казаться как можно меньше и безобидней.

– Понятно. – Ида подумала, что Софи, вероятно, насмотрелась за лето Дэвида Аттенборо.

– Но и не давай ей особо командовать, – добавила Софи.