Страница 7 из 24
— Решил секс-бомбу на гостей сбросить? — усмехаюсь. — Я не хочу бегать по туалетам в поисках Владика, трахающего женщин-гостей.
— Я поговорил с Владом, — отмахивается Виктор. — Он обещал, что все будет тип-топ.
Иначе уволю его.
— Свежо предание, да верится с трудом, — закатываю глаза.
— А ну ша! — хлопает по столу ладонью. — Швецова. то есть Марченко, прости господи, поедешь с ним!
— Может, Ангелина.
— У Ангелины другой проект, — отрезает.
Шумно и показательно вздыхаю.
— и не надо мне тут этих охов-вздохов! Ты профи. Вот и делай свою работу.
Ага, только работу мне придется делать за двоих. Странный выбор Вити, конечно. Но что поделать.
— Форма одежды — парадная. Никаких оверсайзов и прочего дерьма, — заявляет нагло.
— Мне что же, в мини бегать за гостями? — не, ну нормально это вообще?
— Мини! — закатывает глаза. — Вечернее платье надевай. У тебя же есть?
— Да, было что-то.
— вот и все. Прическа, мейк, но так, чтобы не отсвечивать. Вы должны раствориться в толпе.
— Да ясно-ясно, — мне эти тусовки вообще не улыбаются.
Я бы больше хотела остаться дома, пить чай у телевизора и объедаться сладостями.
Сижу в офисе до обеда, а после ухожу домой. Надо привести себя в порядок, сделать прическу и макияж, чем и занимаюсь до самого вечера.
В очередной раз хвалю себя за то, что забрала вещи из квартиры Артема и не стала врубать гордыню, мне хотя бы есть в чем пойти на такое мероприятие.
Я остаюсь довольна своим внешним видом: нежно-розовое приталенное платье, на ногах бежевые лодочки. Свои темные волосы я собрала в низкий пучок, выпустив прядь у лица.
В банкетный зал еду на такси.
При входе я называю свое имя, которое есть в списке обслуживающего персонала.
Класс. Затем у меня забирают пальто, я быстро поправляю прическу у зеркала и направляюсь ко входу.
Не переступив порога, замираю.
Медленно поворачиваю голову и читаю:
«Добро пожаловать на помолвку Дианы Шалимовой и Артема Швецова».
9.
Катя
С фотографии на меня смотрят будущие молодожены.
Диана в длинном бежевом платье. Тоненькая, как тростиночка. Лицо идеально отретушированное — никаких бликов, красных пятен или чего-то в этом роде.
На своего будущего супруга она уставилась с невероятным восторгом. В глазах так и плещется любовь вперемешку с обожанием.
Я всматриваюсь в лицо Артема.
Это будто даже и не он.
Нет, это он, конечно же, но совершенно другой. Строгий, серьезный. Смотрит прямо в объектив камеры, но взгляд будто проникает мне в самую душу, разъедает изнутри, заливает все живое кислотой.
На наших предсвадебных фото мы практически не смотрим в камеру. Тогда мы глаз не могли отвести друг от друга.
На этом же фото все иначе.
Наверняка обыватель, не смыслящий ничего в искусстве фотографии, подумает, что здесь изображены серьезный, надежный мужчина и любящая его женщина.
Я же вижу напряжение в позе Артема и в том, как он обнимает свою невесту.
Недолго же ты, милый, был один. Не успела высохнуть печать на нашем свидетельстве о разводе, как ты побежал жениться на ней, своей принцессе.
Я невольно кладу руку на живот.
Как же хорошо, что он так и не узнал о ребенке. Отобрал бы.
А она бы ненавидела моего малыша просто потому, что он от меня.
У меня мелькает мысль уехать из этого города. Я-то думала, что наши встречи в будущем невозможны. Город огромный, ну какова вероятность того, что мы пересечемся где-то?
Мы из разных кругов, у нас разные знакомые и сферы деятельности.
А оно вот, значит, как получается.
Плакать мне больше не хочется. Мне кажется, в какой-то момент источник моих слез попросту иссяк и сил на слезы не осталось. Но это вовсе не значит, что я ничего не чувствую.
Боль. Я знаю ее. Она везде. ядовитым нектаром расползается по венам и разъедает душу.
Это же не должно меня удивлять? Артем разведен, ничто не мешает ему снова жениться. Тем более то, что он с Дианой, для меня не новость.
Но болит. Так сильно, что даже дышать сложно.
— Это они, наши виновники торжества? — хмыкает Владик рядом со мной.
Я поворачиваюсь к нему и наблюдаю за тем, как он наклоняет голову, рассматривая фото.
— А она горячая штучка, — облизывает губы. — Я 6 за такую полцарства отдал.
— За такую полцарства мало. Надо отдать еще сердце, душу и совесть.
— Фак, — расстраивается натурально. — Из перечисленного у меня только полцарства, все остальное из списка отсутствует.
Его шутка кое-как стабилизирует меня, возвращает обратно на землю.
Владик, этот шебутной парень с повышенным либидо, сам того не осознавая, спасает меня от пучины, в которую меня только что чуть не утянуло отчаяние.
Он отрывает взгляд от фотографии и поворачивает голову ко мне. Его глаза округляются, он растягивает рот в улыбке
— вау, Катюша, да ты выглядишь великолепно! — даже руками разводит. — Скажи, это правда — судачат о том, что ты развелась?
— да, — отвечаю просто и без подробностей
— Слу-ушай, а что ты делаешь завтра? — в его глазах загорается шальной огонек.
— Завтра, послезавтра и до конца своей жизни я очень занята, Владик.
Не хватало мне еще спутаться с этим недоделанным Казановой.
— Жестокая, — театрально хватается за сердце.
— Ты только что ее взглядом облизывал, — киваю на Диану. — А сейчас ко мне подкатываешь? Серьезно?
Владик поворачивается к фотографии, рассматривает ее и произносит задумчиво:
— Я погорячился, что тебе сказать, Катюш. она-то далёкая и нереальная, как звезда. Да и красота ее сделанная, от и до, — переводит взгляд на меня. — А ты девочка натуральная. Я такое уважаю.
Фыркаю:
— Тебе-то откуда знать, что тут сделано, а что нет.
— Знаешь, сколько я гелевых губ пересосал, — играет бровями.
— Боже! Фу! Я не хочу это слышать, — даже уши закрываю.
— Да и недоступная она, а ты девочка простая.
— Так себе комплимент, конечно.
— Ну ты хоть потанцуешь со мной сегодня?
— Нет.
— Пропустим по стаканчику?
— Черт, Владик, ты в курсе, что мы работать сюда приехали? Наше дело фотографии, а ты про еду да про.. — вовремя останавливаю себя.
— Так одно другому не мешает, Катюша. Незачем себе в чем-то отказывать, когда можно не отказывать.
— Потрясающая философия.
— Учись.
— Пошли работать, Казанова!
Под шуточную перепалку проходим в основной зал. Народу тут много. Праздник уже начался.
— Влад, у меня к тебе будет одна просьба. Не мог бы ты отснять молодых? А я возьму на себя гостей.
Смотрю в глаза парню, и до него доходит:
— знаешь их, да?
— Жених — мой бывший муж, — говорю тихо.
— Подожди. Ты месяц назад развелась. Это что. это как.. — присвистывает.
— мы договорились?
— Конечно, Катюш, — отвечает даже не с сожалением, а самой натуральной жалостью.
Расходимся. Я принимаюсь фотографировать гостей.
Я профессионал своего дела. И пасовать перед трудностями не буду. Ни за что. Нужно отснять? Я сделаю лучшие фото! Сохраню при этом лицо и уйду с гордо поднятой головой.
И никто не узнает, как больно мне внутри и что я чувствую себя уничтоженной.
Подходит распорядитель торжества, дает кое-какие указания. Просит снимать только первые полтора часа, далее последует тусовка, и гости будут чувствовать себя неуютно под прицелами камер — так что я быстро уйду.