Страница 9 из 103
Когда учительница отвернулась, Айко медленно выдохнула.
Сота наклонился к ней и прошептал:
— У тебя появился тайный помощник?
— Замолчи.
— Я ничего не сказал.
— Ты сказал лицом.
Он усмехнулся и вернулся к учебнику.
До конца урока Айко больше не оборачивалась. Рэн тоже не писал. Но его присутствие за
спиной мешало сильнее любого разговора. Она ощущала его так, будто между ними действительно
была натянута невидимая нить. Стоило ему пошевелиться и её внимание срывалось. Стоило ему
перевернуть страницу — она сбивалась с мысли.
Когда прозвенел звонок, класс ожил мгновенно.
Рина и Маю почти сразу подошли к Рэна.
— Кудзэ-кун, тебе показать школу? — спросила Рина с улыбкой, которую обычно берегла для
старшеклассников из спортивного клуба.
— Спасибо, — ответил Рэн. — Морита-сан уже назначили помочь мне.
Айко в этот момент как раз убирала учебник в сумку. Она подняла голову.
— Что?
Рэн посмотрел на неё совершенно невинно.
— Классный руководитель сказала, что ты поможешь с расписанием.
Рина перевела взгляд на Айко.
— Вы знакомы?
— Нет, — сказала Айко.
— С сегодняшнего дня, — сказал Рэн.
Они ответили почти одновременно.
Повисла пауза.
Сота отвернулся к окну и закашлялся, явно скрывая смех.
Айко медленно улыбнулась Рине.
— Я просто объясню ему, где кабинет химии.
— И библиотека, — добавил Рэн.
— И библиотека, — процедила Айко.
— И спортивный зал.
— Может, сразу экскурсию по городу?
— Если ты настаиваешь.
Рина посмотрела с интересом уже не на Рэна, а на Айко.
— Ладно. Тогда позже, Кудзэ-кун.
Она ушла, но оглянулась дважды.
Айко повернулась к Рэну.
— В коридор.
— Приказываешь?
— Пока прошу.
— Уже прогресс.
Она вышла из класса первой. Рэн последовал за ней. Сота хотел пойти за ними, но Айко
бросила на него взгляд, и он поднял руки.
— Понял. Не вмешиваюсь. Но потом ты всё расскажешь.
— Не надейся.
— Я всегда надеюсь.
В коридоре было шумно. Ученики переходили из класса в класс, хлопали шкафчики, кто-то
смеялся у лестницы, кто-то бежал, нарушая правила. Айко дошла до окна в конце коридора, где
было чуть тише, и резко повернулась к Рэну.
— Что вы здесь делаете?
— Учусь.
— Не начинайте.
— Я отвечаю на вопрос.
— Вы вчера были в храме. Сражались с чем-то. У вас была рана. А сегодня вы спокойно
приходите в мою школу как новенький ученик.
— Не совсем спокойно.
— Не издевайтесь.
— Я редко издеваюсь без причины.
Айко оглянулась. Рядом прошли две девочки, замедлили шаг, посмотрели на Рэна и зашептались.
Он не обратил внимания.
— Почему именно моя школа? — спросила Айко тише.
— Потому что ты здесь.
— Это должно меня успокоить?
— Нет. Это должно объяснить.
— Ничего не объясняет.
Рэн посмотрел в окно. На дворе снова собирались тучи, хотя дождя пока не было.
— Печать связала нас. После пробуждения первые дни нестабильны. Если оставить тебя одну, ты
можешь привлечь то, что не сумеешь увидеть до последней секунды.
— То есть вы пришли меня охранять?
— Следить.
— Огромная разница.
— Для меня — да.
Айко скрестила руки на груди.
— А если я не хочу, чтобы за мной следили?
— Тогда тебе придётся быстро научиться защищаться.
— Отлично. Научите.
Он посмотрел на неё так, будто она сказала что-то невозможное.
— Нет.
— Почему?
— Ты человек.
— Я заметила.
— Человеческое тело плохо переносит силу нашего мира.
— Вчера моё человеческое тело отлично выдержало падение в лужу, тень у дверей и вашу
грубость.
— Последнее особенно опасно.
Айко неожиданно фыркнула. Она тут же отвернулась, потому что улыбаться ему не собиралась.
Рэн заметил, и в его взгляде мелькнуло что-то едва заметное. Почти интерес.
— Значит, вы будете ходить за мной весь день? — спросила она.
— Нас посадили в один класс. Это упрощает задачу.
— Мне — нет.
— Я не обещал, что тебе будет удобно.
— А вы вообще умеете извиняться?
— За что?
— За то, что из-за вас моя жизнь стала странной.
— Ты сама вошла в храм.
— А вы сами лежали там раненый и красивый, как ловушка для глупых героинь.
Она поняла, что сказала, только когда Рэн чуть поднял бровь.
Айко замерла.
— Я имела в виду подозрительно.
— Конечно.
— Не улыбайтесь.
— Я не улыбаюсь.
— Но собирались.
— Это разные вещи.
Айко закрыла глаза на секунду, вдохнула, выдохнула и сказала уже ровнее:
— Мне нужны ответы. Нормальные. Не загадки. Не приказы. Не «людям лучше не знать». Если за
мной теперь кто-то охотится, я должна понимать, почему.
Рэн некоторое время молчал.
Шум коридора словно отдалился. Между ними стоял обычный школьный день, но под ним уже
шевелилось что-то иное. Айко чувствовала это в коже, в запястье, в том, как Рэн слушал не
только её, но и пространство вокруг.
— Не здесь, — сказал он наконец.
— Когда?
— После уроков.
— Где?
— У старого корпуса.
— Почему не у всех на виду?
— Потому что ответы, которые ты просишь, не предназначены для школьного двора.
— Звучит как начало плохой идеи.
— Большинство важных вещей так звучат.
Прозвенел звонок.
Ученики поспешили по кабинетам. Айко хотела сказать ещё что-то, но Рэн вдруг резко повернул
голову.
— Что?
Он не ответил. Его взгляд остановился на противоположном конце коридора, у лестницы.
Айко посмотрела туда же.
Сначала она увидела только учеников. Потом уборщицу с тележкой. Потом мальчика из младшего
класса, который стоял у стены и смотрел прямо на них.
Нет. Не на них. На неё.
Он был маленький, лет десяти, в форме начальной школы. Лицо бледное, волосы мокрые, хотя на
улице пока не шёл дождь. В руках он держал бумажный самолётик.
Айко нахмурилась.
— У нас нет младшей школы в этом корпусе.
Рэн сделал шаг перед ней.
— Не смотри ему в глаза.
— Почему?
Мальчик улыбнулся. Слишком широко.
Бумажный самолётик в его руках вдруг дрогнул. Крылья расправились сами, словно живые, и по
белой бумаге побежали красные линии, похожие на иероглифы.