Страница 34 из 103
открытый первый замок, а впереди их ждут те, кто считал её удобным способом закрыть чужую
угрозу.
Дорога до торгового квартала заняла двадцать минут. Вечер опускался быстро. Витрины
загорались одна за другой, над улицами вспыхивали вывески, из кафе доносилась музыка. Люди
не замечали, как по краям реальности сгущается другой свет — красноватый, ровный, будто от
фонарей, которых не было.
Айко заметила первой.
— Там.
Рэн кивнул.
В узком переулке между магазином керамики и закрытым салоном кимоно стояли ворота. Не
красные тории, как у храма. Эти были чёрными, с золотыми лисьими головами на верхней
перекладине. Между створками висела полупрозрачная завеса, за которой мерцали фонари.
Люди проходили мимо, не оборачиваясь.
Рина шепнула:
— Я уже ненавижу, когда люди ничего не видят.
Сота сжал металлическую пластину на шнуре.
— Мы точно идём?
Айко посмотрела на Рэна. Он стоял перед воротами слишком прямо. Лицо спокойное. Пальцы
сжаты. Золотые глаза — холодные, но теперь Айко знала: это не равнодушие. Это броня.
Она шагнула ближе.
— Рэн.
Он повернулся.
— Что?
— Если они начнут решать за меня, я сама отвечу.
— Я знаю.
— Но если они начнут решать за тебя…
Он замер. Айко не сразу поняла, почему эти слова вышли именно так. Рэн смотрел на неё почти
неподвижно.
— Что тогда? — спросил он тихо.
Айко подняла подбородок.
— Тогда я тоже отвечу.
Сота за их спинами пробормотал:
— Вот теперь мне почти жаль Совет.
Рина кивнула.
— Почти.
Рэн всё ещё смотрел на Айко. Потом очень медленно, едва заметно склонил голову.
— Не отходи от меня.
— Это приказ?
— Просьба.
Она почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Не печать. Что-то другое.
— Хорошо, — сказала Айко.
Рэн повернулся к воротам и поднял руку. Завеса раскрылась.
По ту сторону был не торговый квартал. Тёмный двор, выложенный чёрным камнем. Ряды фонарей.
Деревянные галереи. Люди в масках лис стояли вдоль прохода и смотрели молча. В самом конце,
под высоким навесом, ждал отец Рэна. Рядом с ним стояла Юна. И ещё одна девушка. Высокая,
изящная, в белом кимоно с серебряным узором. Без маски. С длинными светлыми волосами и
спокойным лицом той, кого с детства учили не показывать чувств. Она смотрела не на Айко. На
Рэна.
Рина тихо спросила:
— Кто это?
Рэн ответил не сразу.
— Мэйра.
Айко услышала, как изменился его голос.
— Та самая? — спросила она.
Он не посмотрел на неё.
— Девушка, на которой Совет хотел меня женить.
Красная нить между их запястьями вспыхнула сама. Очень ярко. Все в чёрном дворе увидели её.
И впервые молчание клана дрогнуло.