Энтропия

— Не особо, — ответил Матс и вернулся к еде.

Мы доели в молчании — не напряженном, а, скорее, деловом. Как два человека, которые заключили негласное перемирие и могут спокойно жевать в обществе друг друга. Он коротко кивнул мне на прощанье и удалился. Я проводила его взглядом. Могучая спина, ровная походка, ни одного лишнего движения. Занятный экземпляр. И мальчик хороший!

Я слопала грушевый пирог, смакуя каждый кусочек. Обожаю юность — можно жрать в три горла, и тебе за это почти ничего не будет. Когда тарелка опустела, я свалила из столовой под аккомпанемент очередной волны шепотков. Кажется, сегодня дала местному обществу больше пищи для размышлений, чем вся программа курса за семестр.

В общежитие я вернулась ближе к вечеру. Вахтерша Одеста, увидав меня, подобралась, как почуявшая дичь гончая.

— Замок поменяли, — оповестила она. — Вам нужна помощь со сбором вещей?

— Нет, помощь не нужна, — изрекла я не без удовольствия. — Никуда не съезжаю. Остаюсь учиться.

Вахтерша стала напоминать сову, которой посветили фонариком в глаза.

— Вот как, — выдавила она.

— Вот так. Спасибо за смену замка. Предусмотрительно с вашей стороны.

Я ушла к лестнице под ее ошарашенным взглядом. Выбить столько людей из колеи за один день — это рекорд. Надо будет превратить планер Ксары в дневник достижений.

Замок в двери действительно был новенький — блестящий, без единой царапины. Я заперлась, скинула туфли и блаженно растянулась на кровати. День был долгим, но продуктивным. Я успела: остаться в академии, познакомиться с будущим главой рода Эшлеров, подружиться с мажором Винтером и раздобыть приглашение на вечеринку. Неплохо для девицы, которая неделю назад была трупом.

Едва я перевела дух, как в дверь постучали. Я рывком села на кровати. Неужели принесли расписание? Быстро они, однако.

Я поправила платье и открыла. На пороге стоял мужчина. Молодой — лет тридцати, может, чуть за тридцать. В меру мощный, с темными волосами и ястребиным лицом. Одеяние: куртка цвета мокрого асфальта, черная рубашка без воротника, простые брюки. Почуяла: опасный тип, но не для меня.

— Вы доставщик расписания? — спросила я с сомнением.

— Нет. Я следователь.

Он извлек из внутреннего кармана ксиву — металлическую пластину с выгравированным гербом и текстом. Я вчиталась: «Гилмор Дест, старший следователь по особо тяжким преступлениям». Ничего себе!

— Лаэр Гилмор, — я отступила в сторону, — проходите.

— Эр Гилмор, — поморщился он.

Ага, не из знатного рода. И не очень-то жалует богатеев.

— Прошу прощения, эр Гилмор, — исправилась я. — Присаживайтесь.

Он сел на диван, я устроилась рядом, стараясь держаться расслабленно, и украдкой потянулась магическим зрением к его ауре. Искорка внутри меня затрепетала и чуть не погасла от напряжения, но я все же разглядела нужное. Аура плотная, с характерными всполохами. Менталист. Вот же ж! С таким надо держать ухо востро. Менталисты чувствуют ложь, считывают эмоции, а некоторые умеют и в мысли заглядывать. Правда, для этого нужен контакт или очень сильный дар, но проверять на себе не хотелось.

— Целитель Ивор Артейн сообщил мне, — начал Гилмор, — что вы не признаете факт употребления настойки с целью собственного убийства, но и никого не обвиняете.

— У меня…

— Амнезия, — закончил он. — Знаю. Это дает нам шанс на то, что возможные преступники не совершат в ближайшее время попытку нового покушения. Если, конечно, вы не сами это сделали.

Ой, ну если кто-то захочет на меня покуситься — это будет забавно. Уже предвкушаю!

— Вас что-то веселит? — голос следователя стал на градус холоднее.

Я приказала себе успокоиться и представила скучную серую стену.

— У меня нестабильное состояние после лечебницы. Эмоции скачут туда-сюда. А еще я маг хаоса.

— Ну да, — пробормотал он, — последнее многое объясняет.

Гилмор извлек из кармана потрепанный блокнот и самопишущее перо, сделал пометку.

— Я не оставила предсмертной записки, — продолжила я, — и не нашла у себя в аптечке анальгезирующей настойки.

— Не все оставляют записки, — заметил Гилмор. — И логично, что настойки нет, если вы ее забрали с собой и выпили в беседке.

— Но запасов тоже не было. У меня имелся всего один флакон?

— Это мощное средство. Его хватает надолго, доза — капля на стакан воды. Так что да, одного флакона за глаза.

Я мысленно присвистнула. Капля на стакан! А Ксара выхлебала целую банку.

— И что же, эту настойку продают без рецепта? — поинтересовалась я.

— В каком смысле «без рецепта»? — Гилмор прищурился. — Вы считаете, что могли приготовить ее сами?

Ну что за мир. Кто угодно может купить что угодно? Ни контроля, ни ограничений. Просто рай для отравителей. Вслух я сказала:

— Ну нет, таких знаний у меня точно нет. — Читала Ксарины тетради по алхимии — там все на уровне «смешай ромашку с мятой и молись, чтобы не взорвалось». — А в местной аптеке вы опросили персонал? Я не покупала настойку накануне? Или кто-то другой покупал?

Следователь отложил блокнот и посмотрел на меня с новым выражением — как на ту, кто внезапно оказалась умнее, чем он ожидал.

— Опросил. Никто не покупал ее в те дни. А на неделе список немалый — это популярное средство от боли. Однако настойку преступник мог купить в ином месте или взять из своей аптечки. Флакона не обнаружено, как и вашей сумки, поэтому я и взялся за это дело. Кражи в кампусе маловероятны.

— А могли ли меня опоить целой банкой так, чтобы я не заметила?

— Теоретически — да. Настойка не даст привкуса в густом киселе или крепком кофе. Разве что напиток немного поменяет консистенцию — она станет более вязкой. Но это еще надо заметить.

Прекрасное орудие убийства. Без вкуса и запаха, продается свободно.

— Эр Гилмор, хочу вам кое-что показать.

Я взяла со стола ежедневник Ксары и открыла на последней заполненной странице. Показала Гилмору.

— Вот. За день до отравления. Посмотрите в самый низ.

Он пробежал глазами строчки и уставился на последнюю запись: «Встреча, 23:00».

— Не помню, с кем встречалась и встречалась ли вообще, — пояснила я.

— Не думаю, что некий «он» не пришел, и вы слишком расстроились, — фыркнул Гилмор. — Свидетелей вашего прихода в беседку нет, там довольно уединенное место.

— Это явно была тайная встреча, раз имя не записано даже в личном ежедневнике. Будь это обычное свидание, я бы хоть инициалы поставила.