Страница 3 из 8
Глава 1
– Ты можешь прикасаться ко мне, ягненок, – обрадованно прошептал Гектор и одарил обжигающим, точно темная горящая звезда, поцелуем.
Земля ушла у меня из-под ног, но не потому, что я была ошеломлена его безудержной страстью – хотя это тоже соответствовало действительности. Найдется ли на свете девушка, которую не ослепили бы ласки самого полубога смерти? Но ощущение полета было реальным, потому что Гектор в самом деле взмыл со мной в небеса, обняв одной рукой. Его другая рука скользнула в мои растрепавшиеся волосы, придерживая голову так, чтобы углубить поцелуй.
В ответ я обхватила его ногами за талию и, почувствовав упирающийся в меня твердый стержень, возликовала от предвкушения. Наконец-то мне выпадет шанс передохнуть, и я получу желаемое – воплотившийся в жизнь любовный сон!
Воздушные потоки резонировали у меня в ушах, шум ветра усиливался, земля все больше отдалялась. В глубине души шевельнулось беспокойство. Не то чтобы я не доверяла Гектору, но разве не следует ему сосредоточить внимание на полете? Например, смотреть, в каком направлении мы движемся?
Его всепоглощающая страсть, разумеется, очень мне льстила, но рассудка-то я пока не лишилась. Хоть Гектор и отличается от своих кузенов, он такой же полубог, как они. Судя по нашим взаимодействиям, могу сказать, что все они безжалостны и не принимают всерьез ничего и никого, кроме самих себя.
Также они известны тем, что действуют по собственной прихоти.
Усилием воли я оторвалась от губ Гектора и тут же пожалела об этом. Удовольствие по-прежнему растекалось по коже, поэтому тело отчаянно противилось отлучению от источника ощущений и требовало, чтобы я продолжила целовать этого горячего, как само пламя, мужчину.
Моему организму понадобилось совсем немного времени, чтобы выработать зависимость от полубога смерти.
Гектор взглянул на меня сверху вниз, и его сапфировые глаза вспыхнули темным светом. Ему явно не по нраву бездушный холодный воздух, заполнивший пространство между нашими губами.
– Ягненок, что случилось? – мягко спросил он, однако в каждом его слове отчетливо слышалась врожденная властность.
– Ты летишь вслепую с пассажиром, – выпалила я. – Поэтому я сама буду приглядывать за нами обоими. Мне вовсе не хочется взваливать на себя дополнительные обязанности, но, похоже, такова моя доля.
Его неодобрение сменилось веселостью, уголки чувственного рта приподнялись.
Я глядела на его губы как загипнотизированная. Мне захотелось снова отведать их вкус – и плевать на последствия, даже несмотря на то, что мы находимся в воздухе. Я подалась было вперед, но отстранилась, не приведя своего намерения в исполнение.
– Понимаю. Мой ягненок мне не доверяет, – сказал Гектор низким шелковистым голосом, от тембра которого мое лоно тут же мучительно сжалось, охваченное желанием. – Сначала я должен заслужить расположение. Сам виноват, что не объяснил раньше: я никогда не относился к твоей безопасности легкомысленно. Однако я столько раз пролетал над Нью-Йорком, что мог бы сделать это даже с завязанными глазами.
– А что, если бы ты при этом отвлекся?
– Без разницы, – заверил он. – Тебе никогда не придется беспокоиться об обязанностях или домашних хлопотах. Я обо всем позабочусь.
– Правда? – уточнила я. – Каким образом?
– Скоро узнаешь, – улыбнулся он.
Я уставилась на огромные, парящие в потоках ветра крылья Гектора. Лучи послеполуденного солнца играли в его черных, как у ворона, перьях.
– Тебе нравятся мои крылья, – сказал он, заметив восхищение в моих глазах.
– Да, они ничего так, – пожала я плечами, не желая показывать, насколько я очарована его великолепной красотой.
Продолжи я наблюдать за грациозными взмахами обсидиановых крыльев Гектора, возможно, испытала бы наслаждение прямо в воздухе.
Что сильно бы меня разочаровало.
Посмотрев на землю, я увидела клубы дыма и сверкающие между зданиями Верхнего Манхэттена искры. Значит, на улицах Гарлема разгорелась стычка между демонами и солдатами Доминиона.
Гектор проследил за моим взглядом и, судя по виду, нисколько не встревожился из-за происходящего, что означало только одно: такого рода сражения были обычным делом в зоне боевых действий.
Хотя установление всеобщего мира оставалось для человечества несбыточной и недосягаемой мечтой, в центре Манхэттена насилия можно не опасаться. Здесь весьма оживленно. По улицам прогуливаются пешеходы разных национальностей, по дорогам проносятся машины. На ступенях длинной лестницы, ведущей в здание напротив общественной библиотеки, расположилась группка людей. Они кормили голубей и слушали музыку в наушниках.
Великое слияние затронуло не все сферы жизни, отчасти благодаря тому, что полубоги ревностно защищали свое царство. Многие люди до сих пор обитают в некоем пузыре, грозящем в любой момент лопнуть, и даже не догадываются об этом.
Я вновь сосредоточила внимание на своем спутнике, самом прекрасном создании из всех, когда-либо мной виденных. Мое сердце сжалось, кровь в жилах вскипела от страстного желания.
Мой рыцарь с обожанием следил за каждым моим движением.
– Чтобы тебе было спокойнее, давай воспользуемся другим видом перемещения, – предложил он.
– Что ты имеешь в виду? – запинаясь, уточнила я. – Терпеть не могу сюрпризов.
Неопределенность я также не жаловала, особенно учитывая события недавнего прошлого.
Над нами пронесся вихрь, у меня перед глазами замелькали тени. Защитным жестом Гектор закутал меня в кокон своих крыльев, будто я действительно была его ягненком. На смену кружащемуся водовороту света и тьмы пришло стекло, затем все замерло. Оказалось, что Гектор стоит на твердом полу, а я карабкаюсь по нему, как по дереву.
– Мы дома.
Усмехнувшись при виде выражения моего лица, он сложил крылья.
– Дома? – как идиотка переспросила я.
Собственно, таковой я и являюсь с тех пор, как полубог смерти поцеловал меня и взмыл со мной в небо. Я не в состоянии рассуждать логически, мне трудно собраться с мыслями.
Нужно взять себя в руки.
Оглядевшись по сторонам, я с изумлением отметила, что сон, в котором я видела Гектора, воплотился в реальность. Мы находимся в роскошной квартире в небоскребе, и вид отсюда такой же потрясающий, как был в том сновидении. С одной стороны – пышный парк, утопающий в зелени и розовых цветах; с другой – фешенебельные, кипящие жизнью улицы Манхэттена, где все буквально кричит о богатстве.
– Со мной ты в безопасности, ягненок, – заверил Гектор, прижимая меня к своей твердой груди.
Хоть мы и приземлились, он не спешил выпускать меня из объятий.