Страница 26 из 74
— Он жил очень давно и очень далеко отсюда, — я мягко забрал у него пергамент и отодвинул в сторону. — Так что насчет моего доступа в архив, уважаемый?
Жрец благоговейно, почти со страхом посмотрел на меня, словно мой грязный халат внезапно превратился в расшитую золотом мантию верховного архимага.
— Три часа, сударь. Беспрепятственный доступ ко всем фолиантам. И я… я лично распоряжусь, чтобы вам принесли горячий чай.
Следующие три часа я провел в пыльной тишине нижних ярусов хранилища, зарывшись с головой в древние, пахнущие сыростью фолианты.
Сначала я нашел подробный бестиарий Империи.
Мантикора. Класс опасности III.
Массивное тело льва, перепончатые крылья нетопыря, хвост скорпиона.
Уязвимости:
Кости крыльев полые для облегчения веса, как у птиц. Ядовитая железа в хвосте чутко реагирует на резкие перепады температур. Но самое главное, за что зацепился мой взгляд: мантикора слишком тяжелая для своих крыльев. Трехсоткилограммовая туша физически не может взлететь только за счет мышечной силы и махов. Чтобы оторваться от земли и держаться в воздухе, она инстинктивно использует Аэфир, постоянно создавая под своими перепонками зону уплотненного, повышенного давления.
Я хищно улыбнулся в полутьме архива.
Аэродинамика.
Если она держится в воздухе не за счет подъемной силы крыла, а за счет подушки магического давления, я знаю, как выбить у нее землю из-под ног. Вернее, воздух из-под крыльев. Если я создам вакуум, она рухнет как камень.
Затем я сдул пыль с тяжелого трактата по Арканистике — магии чистой энергии, которую я вчера интуитивно применил.
Читать это было жутко. Автор трактата, некий Архимаг Велламик, описывал Арканистов как безумцев, ступивших на путь самоуничтожения.
«Они глупцы, пытающиеся ухватить суть Творения голыми, смертными руками. Маг Огня приказывает Аэфиру стать пламенем, и магия сама достраивает нужную форму. Арканист же должен в уме выстроить всю структуру: силу, плотность, направление, сопротивление среды. Разум смертного не выдерживает столь многомерных вычислений в пылу боя. Их кровеносные сосуды лопаются от давления неочищенного Аэфира. Они либо взрываются изнутри, превращаясь в кровавое облако, либо пускают слюни в лечебницах, сойдя с ума от перегрузки мозга».
Я захлопнул тяжелую книгу.
Местные маги были глубокими гуманитариями. Они использовали ментальные «костыли» — заклинания, стихии, образы духов. Они пытались программировать на ассемблере, совершенно не зная математики, вслепую тыкая в кнопки и надеясь, что программа сработает. Мой же мозг был профессионально заточен под вычисления. Я понимал физику процесса, я мог выстроить вектор за миллисекунду.
Но трактат был прав в одном, самом важном аспекте: человеческое биологическое тело — отвратительный проводник для чистой, неадаптированной кинетики. Вчера я пропустил импульс через голую руку, и у меня чуть не лопнули вены от отдачи. Если я попробую ударить по мантикоре, мне просто оторвет руку по самое плечо.
Мне нужен был фокус. Концентратор. Надежный, бронированный ствол для моей кинетической пушки. И я знал, кто может мне его сделать.