Некромант

Метров за пятьдесят от стены, с левого фланга, из леса, ломая ветви и выворачивая копытами дёрн, на опушку вырвался громадный лось, а за ним — ещё трое самцов чуть меньшего размера. Сохатые взвились на дыбы, низко склонили головы к земле и широким клином рванулись поперёк сил противника. Врубаясь в ряды зомби и скелетов, лоси крошили кости, ломали хребты и топтали черепа. Как только первые неживые были подняты на рога вожака, он начал мотать головой из стороны в сторону, продолжая двигаться вперёд и сбрасывая нависшие останки, чем наносил ещё больший урон тем, кто не успел убраться с дороги.

Так продолжалось до тех пор, пока противник, по‑видимому, не осознал, что лоси представляют серьёзную угрозу. Животные пробились почти до середины вражеского потока, но стали терять скорость — строй противника оказался чересчур плотным.

Среди зомби были не только люди, но также эльфы, гномы, каторианцы, алдуриане и всевозможное зверьё на разных стадиях разложения. И вот сейчас огромный гризли, чей бок был разодран в лохмотья, а из дыры торчали рёбра и разлагающиеся внутренности, ринулся наперерез четвёрке лосей. Развернуть животных уже не представлялось возможным — они лишь глубже увязли бы в толпе, теряя скорость. Друиды не успевали захватить зомби‑медведя в ловушку, а маги сосредоточенно переливали ману в разрушительные заклинания. Харнесесс успел только отдать лучникам приказ убить медведя. Несколько стрел почти одновременно пробили остатки шкуры; одна, особенно меткая зачарованная стрела, пробила уцелевший глаз, но было слишком поздно. Гризли налетел на лосей, подмял под себя одного из идущих за вожаком, после чего получил ещё десяток стрел и рухнул мёртвой грудой. Тем временем ещё один лось не справился с количеством врагов, слишком замедлился и пал жертвой наседающей со всех сторон нечисти. Оставшиеся двое сохатых успешно прорвались на другую сторону и умчались под спасительную сень деревьев. Широкая просека, остававшаяся за ними, мгновенно схлопывалась под натиском прибывающих врагов. Только полоса неподвижных тел да куча, ещё недавно бывшая гризли‑зомби, напоминали о подвиге могучих животных.

В этот раз всё было иначе. Некросы не отступили, не перестали прибывать — они просто остановились. Все. Эльфы пришли в смятение, не понимая, что происходит. Скелеты и зомби развернулись в сторону павшего гризли и замерли неподвижно. Над полем боя пронеслась ментальная волна, несущая приказ, боль и ужас, которая до дрожи проняла тонко чувствующих магию эльфов.

Туша зашевелилась. Утыканный стрелами медведь начал подниматься; изогнув спину дугой, он сперва поравнялся со скелетами, затем навис над ними молчаливым исполином и вдруг завалился на бок, замерев неподвижно на земле, а на его месте уже стоял поднявшийся лось. Спина исполина была изодрана в клочья, из разорванной шеи тонкой струйкой текла ещё густеющая кровь, мертвые глаза невидяще смотрели прямо перед собой. Второй из павших лосей тоже поднялся и был готов служить новому господину.

— Как такое возможно? — Харнесесс взирал на происходящее, будто во сне. — Некроманты не могут воскрешать павших настолько быстро — прямо на поле боя. А как же ритуалы? Символика? Теперь я уверен: здесь не обошлось без божественного вмешательства. Неужели против нас выступил сам Нер’зул?

В этот миг мысли верховного друида накрыло красной пеленой ярости. Он смотрел на застывших перед стеной врагов — ненавистников жизни, и они находились перед ним как на ладони. Под его началом — пять сотен эльфов, готовых по единому приказу искрошить всю эту нечисть в мелкие куски, а противник замешкался. Если сейчас вывести всех в бой, нежити не продержаться и двух минут. Надо только ринуться в атаку, спуститься со стен и закончить этот бой, отомстить за лосей, за своих людей, за поселения и отряды разведчиков. Уничтожить всех этих тёмных тварей. Стоит выйти за стены — и всем им конец. Он уже открыл рот, чтобы отдать приказ, когда внезапное прикосновение Эрмортресса перевернуло его сознание.

— Харн, всё в порядке? — мягко поинтересовался он.

— Спасибо, Эрморт, — едва слышно выдохнул друид. — Маги, накинуть ментальные щиты и быть наготове! Личи атакуют разум.

Он повернулся к верховному магу и прошептал так, что слышать мог лишь тот:

— Кажется, против нас вышла сама тьма. Помни своё обещание и выполни его во что бы то ни стало.

* * *

Всё вновь завертелось в бешеном ритме. Неудавшаяся диверсия разозлила противника, и нежить пошла в решающую атаку. Из подлеска выдвинулись огромные зомби‑тролли, зомби‑огры и мощные зомби‑орки. А на краю леса, едва различимые глазом, замелькали тени. Скелеты с новой силой ринулись на приступ. Зомби шагали с остекленевшими глазами, не обращая внимания на происходящее вокруг. Среди них то и дело появлялись воскрешённые — нежить, прошедшая сложный ритуал и сохранившая часть разума и способностей, но полностью подчинённая воле хозяина. Они направляли и корректировали действия наступающей силы.

Эльфы не стояли без дела. Лавина стрел выкашивала врагов десятками. Маги продолжали щедро переводить ману, разменивая её на тела противника, а пятёрка ментальных мечников, призванных магами, всё ещё удерживала клочок земли. Друиды держали в смертельных объятиях ветвей десятки врагов одновременно, затрудняя продвижение остальных, а подконтрольные им медведи — теперь уже пятеро — и стая волков, выросшая до трёх десятков особей, вносили свой вклад в сокращение поголовья нежити.

— Сосредоточьте усилия на исполинах! — скомандовал Харнесесс, понимая, что если те доберутся до стены, мало не покажется.

Тотчас десяток стрел пронзил головы и груди трёх троллей. Зачарованные стрелы били без промаха — эльфы всегда славились меткостью. Двадцатка орков‑зомби таяла на глазах; один из троллей упал и больше не шевелился, двое из пяти огров тоже не поднялись, но до стены им оставалось совсем немного.

— Эрмортресс, нужна помощь! — повернулся верховный к другу, указывая в сторону опасности.

Маг не заставил повторять дважды. Он тут же переключился на одного из оставшихся троллей, и яркая голубая молния вонзилась тому прямо в голову. Сила разряда оказалась столь велика, что от тролля разошлись голубые искрящиеся нити, поражая всех, кто находился в радиусе нескольких шагов. Едва молния исчезла, как все, кого она зацепила, рухнули на землю и больше не шевелились. Стрелки и друиды разобрались с оставшимися зомби‑ограми и зомби‑орками. До стены почти добрался лишь один тролль.