Некромант

Эльф на мгновение встретился взглядом с убийцей, а затем его захлестнула ярость, вытеснившая всё остальное. Голубая вспышка молнии отбросила человека назад, прямо в толпу. В руке мага пофлыхнул пламенный шар, и из него в толпу стали одна за другой проноситься девять огненных стрел. Следом огненный серп уничтожил ещё десяток врагов. После чего он собрал силу, наполнил ею символ и выплеснул наружу.

В нескольких шагах перед жрецами бога смерти, прямо на ступенях, появилась пламенная дева. В каждой её руке полыхал меч, она приняла боевую стойку, слегка покачивая клинками, готовая защитить создателя. Внимание всех врагов переключилось на нового, опасного противника.

Лазриэль подбежал к другу, опустился возле него на колени. Гном тяжело дышал. Из раны на груди обильно лилась густеющая кровь. Он пытался подняться, но эльф успокоил его движением руки.

— Тихо, лежи. Ты уже сделал всё, что мог. Ты сдержал слово и не пустил никого. Мы захватили артефакт. Мы почти победили, — успокаивал он друга, пересиливая слёзы, которые душили его.

Подоспевший апостол попытался исцелить союзника, но лишь горестно покачал головой.

— Нет, я сделал ещё не всё, — через силу заговорил гном. — Я умираю, меня уже не спасти, но я ещё могу спасти жизни.

С этими словами Джибаро засунул руку под полу мантии на груди и извлёк оттуда короткий кинжал, украшенный единственным камнем на рукояти. Глаза эльфа в ужасе распахнулись, он попытался отстраниться, замотал головой, подбирая слова. Но некромант невесть откуда взявшимися силами схватил его за руку, притянул к себе ближе и уверенно заговорил.

— Послушай меня. Я умираю, и ты ничего с этим не сделаешь. Но я знаю, на что способен этот клинок. Я хочу спасти весь мир, и если ты не сделаешь того, что должен, моя смерть может быть напрасной. Возьми его и прерви мои муки, получи мои силы и знания и спаси свой народ. Спаси весь Эллирион от нежити.

Сказав эти слова, он вложил рукоять в руку друга и обмяк на его руках, тяжело дыша.

— Сделай это быстро, прямо сейчас, — приказал гном. — Когда я умру, будет слишком поздно. Исполни мою волю, и мы победим.

Пересилив себя, Лазриэль поднял злосчастный кинжал и, тщательно прицелившись, одним ударом оборвал остатки жизни умирающего друга. Слёзы застилали глаза. Внутренности сжимались от скорби. Ярость рвалась наружу. А потом его накрыл поток знаний и сил. Кинжал постепенно растворялся, чёрным туманом перелетая и проникая ему в нос и рот. А когда наконец от клинка не осталось и следа, маг понял, что что-то внутри него сломалось.

Жрецы Нер'зулГураба окружили пламенную деву на ступенях и пытались оттеснить её, но та совершенно не выказывала страха, лишь отбивая направленные на неё атаки и убивая тех, кто подобрался слишком близко. Когда они поняли, что дева не так уж и страшна, сразу двое атаковали её с разных сторон. Человек шагнул слева, ударив мечом снизу, — удар встретил блок горящего клинка. Ракшас атаковал справа. Один его меч сверху вниз наткнулся на пылающий клинок, а второй без труда вошёл в незащищённый бок жертвы.

Как только пламенная дева была повержена, заклинание сработало, и вся энергия, которую в ярости вложил в неё эльф, вырвалась наружу. Взрыв оказался такой силы, что все, кто стоял рядом с девой, мгновенно обратились в пепел, остальных, стоящих на ступенях лестницы, разметало в разные стороны. Люди, ракшасы, джозлинги — приспешники всех рас хаотично взмыли в воздух, сталкиваясь друг с другом, разбиваясь о камень, ломая ноги и руки, сворачивая шеи.

Даже стоящих на вершине эльфа и человека отбросило и с силой впечатало в двери храма. Лазриэль тряхнул головой, приходя в себя.

— Пошли. Здесь осталось слишком много потерь. Эта жертва не должна быть напрасной. Мы должны завершить то, что начато богами, — потянул его за собой Андориус.

Лазриэль поднялся и пошёл следом за другом. Решительной походкой он шагнул через портал и оказался в храме бога.

* * *

Не медля, эльф предложил отправиться в долгий путь к Харастису.

— На этот раз нам не придётся идти пешком. Отсюда мы перейдём порталом, — заверил его апостол.

Двое жрецов мгновенно подготовили камни и провели сложный ритуал. Уже через несколько минут эльф и человек шагнули через новые врата перехода, оказавшись в святилище.

* * *

Лазриэль достал из сумки посох, собрав на себе все три артефакта.

— Харастис! — громко позвал он, подходя к усыпальнице. — Я заплатил дорогую цену, но собрал для тебя дух, разум и жизнь! Моя задача выполнена. Пришло время и тебе держать своё слово.

Полубог вздрогнул, поднялся, заставляя апостолов вокруг взмокнуть от напряжения, подошёл к магу, встал прямо напротив него. Он скользнул взглядом по артефактам, всмотрелся в его глаза, буквально проникая в самую душу.

— Да, ты и правда сделал всё, что от тебя зависело. Теперь моя очередь. Вместе мы действительно изменим судьбу всего мира, но начнём именно с твоего народа, твоих близких и родных, — сверкнул Харастис странным взглядом.