Некромант

Хорндайл оказался совершенно не похож на Раджистад. В отличие от тонких, изящных строений восточного города, здесь всё было сделано без особенного вкуса. Простые, грубые, словно высеченные топором домики стояли вдоль центральной улицы. В каждом из них была обустроена торговая лавка. А между ними вились узкие боковые улочки. Проходы между ними и вовсе завалены хламом. А несколькими проулками далее уже начинались извилистые и тёмные кварталы бедняков.

В городе ракшасов большая часть населения была именно ракшасами, ну и достаточно много сслихоров, джозлингов и других подобных им существ. Здесь же основной частью населения были именно люди. Но стоило осмотреться по сторонам — и можно было найти в толпе представителя совершенно любой расы. Столица людей славилась своими свободными взглядами. Любой мог прийти сюда, беспрепятственно войти внутрь и делать всё, что разрешено законом. Врата города закрывались лишь на ночь, в остальное время вход был совершенно свободен. Никого не досматривали и не спрашивали никаких рекомендаций. Требовалось лишь отдать входной налог — и стража сразу теряла интерес к прибывшему.

— Здесь я вас, пожалуй, покину, — внезапно обратился Краджис к остальным.

— Но почему? — удивился Лазриэль.

— Своё обещание я сдержал: провёл во дворец султана и помог выкрасть оттуда артефакт. А ваша миссия меня не касается. Могу лишь пожелать вам удачи в этом нелёгком деле.

— Мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы сохранить мир таким, какой он есть, — заверил его маг. — А чем ты займёшься?

— Ну, после всего, что произошло, мне теперь нужно найти способ вернуться обратно в Раджистад и восстановить свою репутацию, а ещё желательно бы остаться живым. Боюсь, новый султан не очень будет мне рад.

— Очень жаль. Ты быстро влился в нашу команду. Твои навыки выживания и боевые умения были бы нам очень полезны в предстоящем деле, — с тоской обнял спутника эльф.

— Если передумаешь, сможешь найти нас в храме, — крепко пожал ему лапу апостол.

Остальные тепло распрощались с успевшим влиться в компанию ракшасом, пообещали встретиться в спокойной обстановке, когда миру не будет грозить армия нежити во главе с богом смерти, и проводили взглядом полутигра, пока тот не скрылся за ближайшим углом. А потом двинулись сами.

Главными улицами Андориус вёл остальных к самому центру. А там, на широкой площади, мощёной камнем, возвышалась величественная громада храма. Круглые шпили сверкали золотом, белоснежные стены из шлифованного камня украшала тонкая витая резьба. Каждый сантиметр здания был расписан искусным художником.

Внутри оно оказалось ещё больше, чем снаружи. Высокие своды поражали своим великолепием. Каждая арка, каждый витраж и каждый изгиб был украшен золотым плетением. Сложный узор блестящего шлифованного каменного пола пересекался в самом центре зала. Света было очень много. Огромные окна, хоть и были сплошь покрыты религиозной росписью, всё же пропускали достаточно света.

К ним неторопливо направился местный жрец, облачённый в белоснежную мантию и белый колпак, которые были покрыты затейливыми изгибами золотой вышивки. В руке он держал высокий витой посох, тоже сделанный из золота.

— Что привело вас сюда, господа? — спросил подошедший человек.

Его взгляд скользнул по потрёпанной дорожной одежде спутников, затем по их лицам и остановился на Андориусе. После нескольких мгновений замешательства глаза служителя расширились, казалось, они на мгновение даже наполнились ужасом. А потом он рухнул на колени.

— Прости, святейший, я не узнал тебя сразу. Прости своего нерадивого ученика, — запричитал он, уткнувшись головой в пол.

— Поднимись! — властно приказал апостол. — Проведи нас в святилище!

— Но, светлейший, они же непосвящённые… — забормотал сбитый с толку жрец.

— Просто проведи нас в святилище, — чеканя слова, отрезал Андориус.

Прислужник молча встал, поклонился и, повернувшись, повёл всех в дальнюю часть зала. Открыл потайную дверь, нажав на неприметный камень в стене, и повёл всех по лестнице вниз. Подземелье было ярко освещено факелами. Стены и потолок, так же как и наверху, были сделаны из шлифованного камня и украшены всевозможной золотой отделкой.

Пройдя по бесконечным извилистым коридорам, они очутились в просторном зале, целиком высеченном в скале. В каждой стене было по три двери. В самом его центре возвышался прямоугольный алтарь, уставленный статуэтками и изображениями Харастиса.

— Вот там жилые комнаты. Можете расположиться в них и отдохнуть, — указал Андориус в дальнюю часть зала. — Я пока буду готовиться. Мне есть чем заняться.

Первожрец проводил каждого до двери и направился по своим делам. Уставшие путники наконец скинули пыльную дорожную одежду, смыли с себя грязь в подготовленных ваннах и блаженно растянулись каждый в своей тёплой, мягкой кровати. Только эльф, как обычно, погрузился в медитацию, занимаясь своими магическими силами.

Некоторое время спустя его пробудил тревожный зов сторожевого периметра, который по привычке был раскинут и здесь. А чуть позже донёсся осторожный стук в дверь. Судя по ауре, у входа стоял Андориус. Маг поднялся и впустил гостя. Жрец протянул ему свежую одежду.

— Я знаю, что тебе сон не нужен. Нам есть что обсудить, — серьёзно заявил он. — Я подожду тебя снаружи. И не снимай артефакты. Ты должен всегда держать их при себе — от их сохранности слишком многое зависит.

Переодевшись в чистое, водрузив на голову венец разума и застегнув на шее плащ духа, Лазриэль вышел в зал и увидел возле алтаря задумчивого спутника.

— Что случилось? — напрягся он.

— Не здесь, — попросил собеседник. — Идём.

Они прошли в одну из боковых дверей, затем ещё через одну, потом свернули в очередной боковой проход и оказались в небольшой комнатке, где стояли только круглый стол и несколько стульев вокруг, а у дальней стены возвышался шкаф с книгами.

— Присаживайся, — жестом предложил апостол, указывая на один из стульев.

— Что случилось? — повторил эльф.

— Здесь хранится множество артефактов и древних свитков, — начал издалека человек, присаживаясь напротив. — В том числе и свитки телепортации, одним из которых я и воспользовался. Я побывал в усыпальнице спасителя, и он снова поднимался, чтобы передать тебе послание.

— Жертва. Это время должно было настать, — вмешался венец разума.

— Какая жертва? Я не понимаю, о чём речь? — удивился мысленно эльф.