Некромант

На него уставилась пара огромных, пылающих красным светом глаз. В десятке шагов из земли выбиралось порождение ужаса. Голову венчали изогнутые вперёд и закрученные рога, всё тело покрывали шипы и пластины брони, которые поблёскивали в отсветах красных глаз. Тьма клубилась вокруг, перетекая по его торсу и рукам, словно живая, словно вода. Демон вытащил ногу из-под земли, грохнул копытом, поднялся выше, вытаскивая вторую. Не сводя взгляда с чужака, он шагнул навстречу — земля содрогнулась, и эльф почувствовал вибрацию даже сквозь подошвы сапог.

— Твоя цель должна придать сил, — напомнил голос артефакта. — Не забывай о ней. Ты не ради себя здесь. Ты ради них. Ради каждого эльфа в Лесном доме. Ради отца. Ради брата.

Эльф закрыл глаза на мгновение. Призвал образы из видения — горящий Лесной дом, падающих эльфов, отца, заслонившего собой стену. Вспомнил боль, которую испытывал, глядя на гибель близких — ту самую боль, которая терзала его в видениях каждую ночь, пока он не научился заменять сон медитацией. Сосредоточился на том, ради чего всё это затеял. На спасении целого народа.

Монстр приближался, сотрясая землю с каждым шагом. Но оцепенение отступало. В этот раз побороть страх оказалось легче — страх стал не врагом, а топливом, жаром, который разгонял кровь и заставлял сердце биться быстрее. Как только мышцы обрели подвижность, маг воздвиг барьер и усилил его, вливая остатки маны — жалкие крохи того, что было ещё миг назад.

Тварь нависла над ним, заслоняя даже темноту. Руки сложились в огромные кулаки, поднялись высоко над головой — и обрушились вниз. Лазриэль сжался, готовясь к удару. Но удара не последовало. Демон разбился о невидимый купол, окутав всё тягучей тьмой, медленно оседающей на землю.

Когда туман развеялся, у ног эльфа парило крохотное существо, сотканное из чёрного тумана. Оно внушало тревогу — но хотя бы не пыталось убить. Сверху рухнул такой же шар, большего размера, поглотив первый. Лазриэль отступил, споткнувшись о камень, которого не видел. Справа мелькнула тень, пронзила шар, вывернула наизнанку и, смерчем впитывая тьму, стала раскручиваться и расти.

А потом всё вокруг пришло в движение. Пространство в десятке шагов оказалось огромной пастью, усыпанной клыками размером с руку человека. Пасть захлопнулась, поглощая и чёрный клубок, и самого мага.

Тьма сжалась, пытаясь пережевать добычу. Клыки скрежетали о барьер, пожирая ману с чудовищной скоростью. Лазриэля вертело и бросало из стороны в сторону, словно в водовороте — он ударился головой, потом плечом, потом снова головой, потеряв счёт ударам. Только бесконечная выдержка и самоконтроль, выработанные годами медитаций, позволяли не потерять концентрацию. Верх постоянно менялся с низом, боль пульсировала в висках, перед глазами плыли круги, и где-то на грани сознания он слышал собственный хрип.

«Держись», — сказал он себе. — «Держись, или всё кончено. Или все кончены».

А потом он вспомнил слова артефакта. Попытался успокоиться — глубокий вдох, резкий выдох, ещё вдох — и сосредоточился на нужных образах. На отце, который учил его не бояться темноты. На брате, который своей безумной атакой показал, что даже невозможное возможно. На Элиандор, сжимающей лук с такой уверенностью, будто весь мир у неё в руках. На гноме, который, несмотря на всё, продолжал верить в него и пытался научить его тому, чему сам научился ценой потери ноги.

Всё внезапно прекратилось. Он рухнул на спину, сквозь клочья чёрной дымки. Сил не осталось — их едва хватило, чтобы заставить себя подняться и сесть. Колодец маны был наполнен лишь на четверть. Руки тряслись, в ушах звенело, перед глазами всё плыло.

— Ещё пара таких встреч, и я даже защититься не смогу, — прохрипел эльф, чувствуя, как саднит каждый сустав.

Но новых тварей не появилось. Холодный, липкий страх отступил, позволяя рассуждать. Он был чужаком в этом мире — и жаждал поскорее отсюда убраться.

Лазриэль поднялся на ноги и пошёл наугад — чувство направления окончательно сдало. Сосредоточившись на цели, он отбросил всё окружающее и просто шёл вперёд, не глядя по сторонам. Очередное порождение тьмы набросилось на него — чёрная тень с когтями и пастью, безглазая, почему-то очень злая. Но самоуверенный, победивший страхи маг просто отмахнулся, как от надоедливой мухи. Чудовище пронеслось сквозь него, распадаясь клочьями тумана, которые растворились в воздухе.

Больше на пути никто не встречался. Хаос постепенно замедлялся, пока не замер, застыв очертаниями огромного зала. Пол, стены, потолок — из цельного чёрного камня, сияющего шевелящейся тьмой изнутри, словно камень дышал, пульсировал в такт чему-то неведомому. В дальнем конце — каменный стол и стул, за ними бесконечные полки книг. По сторонам — колонны, внутри которых что-то шевелилось, будто там заперли неведомых существ. Всё — чёрное, как ночь, как сама смерть.

Чуть в стороне от стола, на небольшом постаменте, аккуратно висел тот самый плащ.

— Стой! — внезапно оживился артефакт. — Плащ под защитой. К нему так просто не подойти.

— Вижу, — Лазриэль рассмотрел переплетение тонких чёрных нитей вокруг постамента. Они пульсировали, как живые, и от них исходил холод, который эльф чувствовал даже на расстоянии.

Он запустил огненный шар — тот разбился о преграду, даже не оставив следа. Молния отразилась в колонну. Попробовал коснуться щита — толчок был такой силы, что, не окажись за спиной колонны, эльф разбился бы о дальнюю стену. Он поднялся, отряхиваясь, и попробовал ещё несколько заклинаний — всё с тем же успехом.

— Ничего не берёт, — прошептал он, вытирая разбитую губу тыльной стороной ладони. — Слишком много теневой энергии. Я такой не владею.

А потом в голову пришла мысль — такая простая, что он удивился, как не додумался сразу. Если защита не пропускает ничего внутрь, это не значит, что она не выпустит наружу.

Эльф призвал ментального воина. Тот материализовался прямо за защитной сетью — полупрозрачный силуэт, похожий на него самого, но безликий. Лазриэль мысленно приказал ему взять плащ. Воин повернулся, снял артефакт с постамента, обернулся — и без препятствий прошёл сквозь щит, вручая плащ хозяину.

— Ты сделал это! — ликовал голос в голове. — Второй артефакт в твоих руках. Надо срочно убираться отсюда!

Лазриэль накинул плащ на плечи, застегнул его на шее — и тут же почувствовал, как сомнения отступили, а страх растворился, будто его и не было. В голове стало ясно и холодно, как в зимнем лесу. Он обернулся.