Не Просто Людин

— Ладно, — Масло помрачнел, захлопнул блокнот и встал с места. — Поговорим по-другому.

Он вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. На этот раз по-настоящему тихо.

— Парни! Это возможность стать сильнее! — с горящими глазами начал Костя. — Только они сейчас вернутся, и продолжится наше знакомство.

— Нет, они сейчас притащат хлам и выставят нам счёт, — не согласился я. — Хлам будет плохой, а счёт — хороший.

Нам всем выдали стёганку, шашку и шапку-ушанку. Полный хлам.

— У нас самих ничего нет, — мрачно подтвердил Коновалов. Он взял выданную ему казённую шашку, с силой согнул её об колено, и лезвие так и осталось кривым. Металл был отвратительного качества. — С такими железками и ватной бронёй мы не повоюем.

— Это да. Мы уже получили хлам за сто Искр, — выдохнул я.

— Пойдём так, — флегматично пожал плечами Аван.

— Костя! — я повернулся к нашему ловеласу. — Ты явно знаешь про все эти подвалы и тварей.

— Подземелья, — поправил меня он. — А ты чего не подготовился? Знал же, куда попадёшь!

— Так оно, — кивнул Аван, уставившись на меня. — Ты чего не подготовился?

— Некогда было, — я перевёл взгляд на Коновалова. И замолчал, обдумывая, обрушивать ли до конца мнение парней о себе или нет. — А такой вопрос… Черная Дружина от другой чем отличается? И вообще, какие бывают дружины?

Ответа на свой вопрос, кроме задумчивого взгляда Кости, я не получил. Дверь распахнулась.

В комнату вошли Ржавый, Масло и, видимо, Туча. Вот у Тучи позывной был говорящий. Здоровяк был широк во все стороны, как платяной шкаф.

С грохотом они свалили прямо на бетонный пол кучу вещей. В нос тут же ударил запах прелой кожи и железа. Я с тоской осмотрел этот арсенал: потёртые кожаные доспехи, заляпанные бурыми пятнами, тяжёлые топоры, явно снятые с пожарного щита, и какие-то кривые вилы.

— Сто Искр! За всё! — безапелляционно выдал Ржавый.

— Может, обсудим? — встал Костя.

— Нечего обсуждать. Сотня за обмундирование и треть с остатка, — припечатал Масло.

— С остатка — это как? — нахмурился Костя.

— После отдачи всех нормативов, долгов и прочих расходов. И усилений.

— Всех?

— Да. Вы можете жрать Искры, всё, что останется — треть нам. За помощь и поддержку.

— Идёт! — кивнул Коновалов, глядя на груду мусора. — Но этот хлам мы покупать не будем.

— Аренда! — недовольно цыкнул Ржавый. — Десять Искр за проход.

— Идёт! — согласился Костя.

— Сейчас на ужин и спать. Подъём в четыре. Идём в Подземелье, — бросил Масло, и второкурсники направились к выходу.

Я подошёл к куче вещей, брезгливо пнув пожарный топор. В комнату неожиданно вернулся Масло.

— Я за копьём!

— Чёй-то? — я вскинул брови. — Это моё копьё.

— Мы же договорились: информация за копьё!

— То, что ты рассказал, любой рекрут знает, — парировал я. — И я сказал попользоваться, а не отдать насовсем! Это мой трофей.

— Твоим он будет, если ты его привяжешь. А так можешь просто потерять… Или «потерять».

— Или продать могу, — сообразил я. — Есть же у нас тут, кому хлам сдавать? Давай, Масло, делись информацией, которую обещал.

— На это не было договора.

— Значит, есть, — кивнул я. — Конечно, есть! Нас с утра старшина познакомил с одним.

— Не отдашь копьё? — Масло нехорошо прищурился.

— Не-а. Продам.

— Иди, продавай. За него даже пяти Искр не дадут, — Масло равнодушно пожал плечами и окончательно ушёл.

— Ну чего, парни! У нас есть артефактное копьё, гнущиеся шашки, которые, я так понимаю, только для парада. И вот эта гора… — я обвёл рукой кучу хлама.

— Дужки, — Костя с готовностью поднял над головой оторванную железяку.

— Ага, — я вытащил из-за голенища столовый нож. — И ножи для масла.

Коновалов брезгливо бросил свою погнутую шашку на кровать и подошёл смотреть, что нам притащили в аренду.

— У нас есть копьё! Парни, кто умеет и сможет привязать? — спросил я.

— Не, я по шашкам и мечам, — отказался барон.

— А мне лучше палицу. Ну, или топор, — Аван потянулся за пожарным топором.

— Тогда мне дужку! И нож! — Костя толкнул меня плечом. — А вообще, у меня вечером свидание…

— Не боишься, что тебе на твоём свидании прапор яйца оторвёт? — хмыкнул Аван.

— Значит, копьё моё, — резюмировал я, взвешивая в руке гладкое древко. — И как им шуровать? После ужина схожу к скупщику и продам… Поменяю на что-нибудь подходящее. Нам нужно нормальное оружие.

— Давай один раз сходим так, проверим что к чему. Согласно моим знаниям, первые три этажа относительно безопасны, — сказал Костя и тоже принялся копаться в куче барахла. — О, какой топор! Почти как булава!

— Да! — мрачно согласился Аван, примеряясь к кривым вилам.

После ужина я всё-таки взял копьё и пошёл к Гарту. Прохладный вечерний воздух немного освежал голову.

— Кадет, на месте стоять! — резкий, властный окрик остановил меня почти у самой стены.

Я замер и медленно развернулся на голос. В тени стоял лейтенант. Офицер небрежно махнул мне рукой:

— Подойди.

Я приблизился. Лейтенант цепким взглядом пробежался по мне.

— Что это? — он кивнул на моё оружие.

— Копьё! — пожал я плечами. — Добыл на болоте за крепостью.

— А… ты из этих! Последний набор. Босогин! Да! — уверенно констатировал он.

И, не дав мне вставить и слова, продолжил:

— Так, Босогин! Не лезь на рожон и не выделывайся! Понял?

— Так точно, ваше благородие!

— Всё, свободен.

— Господин лейтенант, разрешите вопрос? — рискнул я.

— Ну?

— А с чего такая забота?

— Вали отсюда, Босогин! Многие знания — многие печали, а тебе этого не нужно!

Я развернулся и пошёл прочь. Интересные дела творятся. А Аван-то у нас не так прост! Кем он там был в прошлой жизни? Водителем? И с чего вдруг его… то есть меня, за него приняли?

Конечно, некрасиво получилось, что я не объяснил лейтенанту, что я — не Босогин. Но, с другой стороны, кто он такой, этот Аван, чтобы офицеры так пеклись о его здоровье? Пф… Разберёмся.

Как-то не задумываясь, я толкнул дверь и зашёл в полуподвал Гарта.

Зря! Всегда же говорил себе: вежливость — лучшее качество силы. После, конечно, наглости.

Миг — и мир перевернулся.