Арт. Семьдесят пятый

Да какого хрена! Это ведь и есть «Ловчая сеть», рунное плетение, доступное только одарённым или… Поганым! Не мои познания, а сведения, почерпнутые в библиотеке отца. У него, конечно, скромное собрание, но уж о пришельцах из иного мира там достаточно написано, чтобы я сумел сделать соответствующие выводы.

Едва сформировал эту мысль, как из леса выбежало нечто, весьма огромное и проворное. В смысле оно очень походило на человека. На очень большого человека. На просто огромного, мать его, человека! Ростом не меньше четырёх метров, со всеми соответствующими пропорциями тела, в кольчужном доспехе и шлеме с полумаской.

Он стремительно приблизился к барахтающимся девчушкам и начал делать над ними какие-то пассы руками. Я наконец сумел сбросить с себя оцепенение и, разом выхватив из-за спины карабин, вскинул его к плечу. Секунда, и грохнул первый выстрел. Затем ещё один. И далее, пока не расстрелял все заряды тридцать второго калибра, завершив серию двенадцатым.

Ожидаемо передо мной повисла белёсая взвесь порохового дыма. На открытом пространстве он активно поднимался вверх, рассеивался и сносился ветром. Поэтому обзор хотя и ухудшил, тем не менее полностью его не перекрыл.

По ряби на теле гиганта я видел, что попадаю в цель, пока ещё не в состоянии пробить его защиту. Похоже, он сделал соответствующие выводы из того, сколь активно мои выстрелы отгрызают от его «Панциря», или как это называется у поганых. Потому что наконец оставил в покое пленниц и выставил перед собой заранее подвешенный «Щит», а иначе ему его так быстро не скастовать. Последние выстрелы пришлись именно в него, и я это видел достаточно чётко. Как понял и то, что мои дела швах.

На церковной колокольне уже вовсю гремит набат, оповещая округу о набеге. Люди бросают инвентарь и бегут с полей, торопясь укрыться за стенами. И в это же самое время поганый, не закончив волшбу над девочками, сорвался с места в мою сторону. Он бежал, пригнувшись и выставив перед собой «Щит».

Убирать карабин за спину некогда, да и мешаться он будет, поэтому я выронил его и рванул пистолеты из кобур. С двух рук я пока стреляю откровенно плохо, но ведь и дистанция предполагается незначительная. Сомнительно, конечно, что у меня хоть что-то получится. Но, с другой стороны, на то, чтобы полностью восстановить «Панцирь», нужно время. И если постараться избежать попаданий в «Щит», то появляется шанс. Да, небольшой, но шанс. Хотя скорее всего мне тупо не хватит зарядов, чтобы пробиться через магическую защиту. Да и саму эту тушу одной пистолетной пулей не свалить. Но и уйти я не могу.

Причина вовсе не в отчаянной храбрости, гордыни или в понимании того, что по факту не умру, а лишь вернусь в родной мир. Дело вот в этих девочках, которых не могу бросить. Я же потом себя поедом сожру. Одно дело — попытаться сделать всё возможное, но проиграть. И совсем другое — сбежать, даже не попробовав сразиться. Вспомнив тренировки с матушкой и схватку с секачом, я вогнал себя в боевой режим и приготовился сойтись с противником в ближнем бою.

Поганый взмахнул правой рукой, и я, по наитию пригнувшись, бросился ему навстречу. В воздухе промелькнуло какое-то голубовато-прозрачное марево. Что-то отдалённо напоминающее… Да кой чёрт напоминающее! Это «Ловчая сеть»! Успела, значит, откатиться. Плетение пронеслось над моей головой, накрыв участок, где меня уже не было.

Я замер, проехавшись по траве, и выстрелил с двух рук. Как ни странно, несмотря на разделяющие нас двадцать шагов, сумел попасть обеими пулями. «Щит» отреагировал на это рябью, а пули бессильно опали на землю. Ч-чёрт! Какого я делаю! Ведь решил же бить по телу. Так какого тогда палю, куда попало!

Поганый снова взмахнул рукой, и в воздухе материализовался голубоватый жгут «Плети». Я дёрнулся влево, и плетение изменило направление. Но моё тело уже кинулось вправо, избегая встречи с рунами, значительно превосходящими мой ранг. Свист, гудение воздуха, и мы разминулись.

Одновременно с этим я хлестнул по его «Плети» своей, благо у меня появилась привычка держать активными максимум амулетов и плетений, что многократно увеличивало мой запас Силы. Наличие же в левой руке пистолета вовсе не помеха использованию амулета. Отметил для себя, что руны, вырываясь наружу, порвали перчатку с обрезанными пальцами. Жгуты сошлись, и мой лопнул, словно натянутая струна, рассыпавшись мириадами искр.

Вроде бы и проигрыш, но это весьма условно, потому что мне удалось ослабить плетение противника на восемь единиц. Мои каналы достаточно широки с высокой пропускной способностью, и есть надежда, что я сумею напитать руны Силой гораздо быстрее, чем сделает это поганый. Если получится окончательно разрядить его плетение, оно развеется, и потребуется какое-то время на откат. Возможно, секунд двадцать. В моей ситуации вагон времени.

Гигант попытался вновь достать меня, и снова мимо. Жгут Силы лишь взбил траву, оставив неглубокую борозду. В ответ я выстрелил с двух рук и опять попал, на этот раз по телу. «Панцирь» сработал штатно, остановив пули и уронив их на землю.

«Плеть» не способна убить, только снести защиту соответственно своему заряду, нанести удар, как реальной плетью, или захватить противника. И на её поддержание в активности, конечно же, нужно тратить запасы Силы. Впрочем, не такие уж и большие, если нет столкновения с другими рунами.

Поганый снова попытался меня достать, и опять мне удалось увернуться, разрядив пистолеты. На этот раз я бил по ногам, и одна из пуль прошла мимо, зато вторая попала точно в голень. Если что, то она у него как два моих подростковых бедра.

И снова ударил своей откатившейся «Плетью». Она у меня работает на дистанции раза в четыре короче, всего-то семь-восемь шагов, но это не имеет значения. Главное, что я сумел вновь дотянуться до плетения противника и ослабить его.

«Плеть» великана хлестнула меня понизу, и я, подпрыгнув, пропустил её под собой. Одновременно с этим выстрелил с двух рук, целя в бок противника. Попал вполне удачно обеими пулями, о чём свидетельствовала лёгкая рябь «Панциря». Увы, но мой расчёт на то, что плетение не успело восстановиться и я смогу-таки пробить защиту, если стану стрелять не в «Щит», потерпел фиаско.

Бросил пистолеты, целя в голову. Навредить я, конечно же, не мог, но противник инстинктивно дёрнулся, мало ли что я ещё могу учудить, ведь мои выстрелы его уже изрядно удивили своей мощью. Как результат, голубоватый жгут «Плети» прогудел надо мной. Мне только и оставалось, что слегка присесть.