Арт. Семьдесят пятый

Глава 16

Поганый

Ч-чёрт, я так лёгкие выплюну! Всё, сейчас добегу до вон того поворота и активирую плетения. Какого вот так над собой издеваться? Я ведь не мазохист, в самом-то деле. И опять контрольная точка позади, и снова назначен новый рубеж, и по-прежнему муть перед глазами, хочется всё бросить к едрёной фене, но в то же время мне это нравится.

Несколько месяцев жизни беспомощным обрубком… Как только вспоминаю об этом, то все эти тяготы кажутся сущей безделицей. Перетерпеть, выдержать, выстоять, дотянуть и не сдаться. Да легко! В смысле тяжко, конечно. Но я сделаю это! Тем более что в этом есть смысл. Мне, пятидесятилетнему мужику, в учебном центре тоже приходилось несладко, но я понимал, что лучше слить бочку пота там, чем пару литров крови на поле боя. И сейчас ничего не изменилось.

Дворяне — это не только права, привилегии и статус, но ещё и обязанности. И здесь все благородные обязаны служить, а где, определяет уже полученный тобою дар. Мой — воина, и никакая иная служба, кроме военной, для меня не существует априори. Я пополню ряды ратников, которые неизменно несут службу на засечной черте. Минимум три года, за которые нужно не сгинуть. Если повезёт, то это окажется тихая застава. Но удача баба капризная и любит подготовленных. Вот я и готовлюсь.

Телесные руны отличное подспорье, но они лишь усиливают предоставленную базу. Если ты слабак, то не ожидай многого. Поэтому одарённые занимаются физической подготовкой без их использования. И я сейчас бегу по просёлку в полной выкладке, не задействуя усиления.

Оружейный пояс с двумя шлеями, на котором закреплены пара длинноствольных пистолетов, два подсумка с пулями под разные калибры, две пороховницы с дозаторами под тридцать второй и двенадцатый калибры, четыре метательных ножа и рунный кинжал. Сабля в ножнах закреплена на спине с помощью хитрого использования плечевой системы. Это матушка подсказала. Выхватить клинок из такого положения не хватит длины руки, что ни говори, а там больше метра. Зато при беге не мешает, а на то, чтобы распустить кожаный ремень и подхватить ножны, требуется всего-то пара секунд. На спине же и моя девятиствольная дура. Общий вес этого добра потянет под пуд. Такие дела.

Каждое утро до завтрака я пробегаю трёхкилометровый кросс с полной выкладкой. В субботу пятёрочку как с куста. В воскресенье законный выходной. После пробежки непременно спортивный городок с упражнениями на силу и ловкость. Затем холодный душ и завтрак с семьёй. Далее занятия по фехтованию с матушкой.

Игорь прибить меня за это готов. Он-то надеялся, что на каникулах отдохнёт от всего этого. Но не тут-то было. Пришлось ему составлять мне компанию, хотя и в облегчённом варианте. А тут ещё и его обида за секача до кучи. Отец с Анной тоже занимается, но ей это в удовольствие, потому как над ней никто и не думает измываться. У волхвов всё иначе. Им в ближний бой вступать не надо.

В полдень медитация, после чего мои уходят на боковую, а я сажусь за рисование. Не то чтобы у меня много заказов. Если честно, то их попросту нет. Слишком уж дорого для уездного городка. Поэтому я рисую наших крестьянок в различных вариациях. Приличных, конечно же. Эти рисунки забираю в рамку под стекло. Отец и матушка раздаривают их соседям помещикам и знакомым в уездном Винёве. Вот такая своеобразная реклама. Опять же, это ведь моё хобби.

Не забываю я и про свою мастерскую. Правда, с помощниками у меня не ахти. Попробовал было выпросить у отца, но получил категоричный отказ. Задействовать крестьян, которых он перевёл на оброк без их согласия, он не желает. Там ведь каждая рабочая пара рук на счету. Главы семей на что-то рассчитывали, когда брались обрабатывать арендованный участок земли. На привлечение крепостных мастеровых строгий запрет, так как у них и без того дел хватает, а выгорит ли что из моей задумки с порохом или нет, совершенно непонятно.

Вот и выходит, что тружусь я в мастерской самостоятельно, по мере своих сил и возможностей. За прошедшие две недели получилось сделать вроде бы и немало, но в то же время и немного. Всего-то сотню пуль разного калибра да четыре фунта шоколадного пороха. К слову, последний меня порадовал, и дыма выходит гораздо меньше. Хотя-я-я… Дымарь, он и есть дымарь. Тем более, когда начинаю палить очередью. С другой стороны, на открытом месте хотя бы обзор не заволакивает полностью. Правда, в лесу это помогает слабо.

Переставил рукоять сабли, теперь при мне постоянно четырёхранговый клинок, которым я уже довольно неплохо управляюсь. Шутка сказать, но матушка теперь у меня выигрывает только две схватки из трёх. Учитывая её боевой опыт и ранг, это отличный результат, которого мне нипочём не достигнуть, если бы не моя абсолютная память, благодаря которой я прогрессирую с невероятной скоростью.

Метательные ножи в схватке с секачом показали себя просто великолепно. Да, свалил я обычного кабана, но ты поди достань его обычным ножичком. Спасибо рунам усиления. Учитывая же то, что мне теперь доступны плетения четвёртого ранга, эти ножички и вовсе не лишние. Так что я самостоятельно выковал ещё шесть клинков. Откровенно говоря, поделки получились грубыми и неказистыми, зато и потерять не так обидно. Расходники же…

Очередной поворот. И я побежал по пастбищу. Оно общее как для господского подворья, так и для села, и стадо одно, отец полагает, что незачем делать различия. Хотя наша скотина помимо травы на выпасах получает ещё и дроблёное зерно. Но это уже детали, касающиеся отдельно каждого хозяйства. Некоторые крестьянские животинки так же не лишены подкормки.

Трава словно подстрижена газонокосилкой, стадо сейчас пасут в другой стороне, предоставляя здешней растительности возможность подняться. Но, несмотря на это, повсеместно можно нарваться на пока ещё не до конца подсохшие лепёшки. Так что я внимательно посматриваю себе под ноги, чтобы не разминировать очередной заряд подлости.

Ещё километр с небольшим, и наконец субботний кросс закончится. Полторы сотни шагов до опушки нашего участка леса. Там поворот налево и по просёлку прямиком до ворот на хозяйственную часть усадьбы. Ну и дальше на спортивный городок.

Именно в этот момент до меня донёсся девичий крик, и на пастбище выбежали три девчушки с корзинками в руках. Сейчас идёт сбор грибов, и детвору отправляют в лес для заготовок на зиму. Вот только этой троице явно не до даров леса. Они пробежали не более сорока шагов, как их настигло какое-то дрожащее марево, и они повалились в траву, начав барахтаться, словно их опутали сетью.