Страница 46 из 142
Глава 18
— Вода ледяная, а щёки красные, — поддела подругу Зоя, которая застала часть сцены с молодым человеком. — Вот уж наша Лера скромница, ничего не скажешь, — подтрунивала она над девушкой.
— Не понимаю, о чём ты говоришь, — буркнула в ответ Лера и продолжила собирать воду.
А в подъезде переговаривались голоса:
— Лёх, у тебя ключ есть? Это стояк прорвало! А вентиль в подвале.
— Есть, есть, сейчас перекрою!
Лера узнала голос незнакомца и про себя отметила: «Лёша! Его зовут Лёша».
Скоро напор спал — поток превратился в небольшую струйку; воды стало меньше.
— Девочки, помогите кто-нибудь наверху собрать, — в дверях показалась хозяйка квартиры. — Чем больше мы соберём там, тем меньше утечёт сюда!
— Иди, мы с Мишей останемся здесь, — скомандовала подруге Зоя.
Лера выпрямилась и оглядела свои джинсовые шорты и светло-голубую футболку. Они изрядно запылились на кладбище, а теперь ещё и намокли — зрелище было жалкое… К тому же, от этих водных процедур стал предательски просвечивать кружевной лиф. Лера кое-как отряхнулась и попыталась отлепить футболку, чтобы она не так сильно обтягивала грудь, которой девушка стеснялась: по её мнению, она была больше, чем хотелось. Зоя заметила попытки подруги привести себя в надлежащий вид и захихикала. Лера сверкнула глазами в сторону Зои и отправилась за женщиной.
Квартира этажом выше выглядела ещё хуже: какие-то обломки, оборванные обои, валяющиеся доски. Во входной двери видна длинная глубокая трещина. На полу посередине комнаты — большое оранжевое пятно. Будто краску пролили, и она засохла. По квартире суетился низенький полноватый молодой человек в очёчках с тоненькой оправой. Его куцая бородёнка выглядела смешно и нелепо: однажды перестал бриться, и отросло то, что отросло.
— Давай ещё тряпок! — скомандовала женщина.
— Сейчас поищу, тёть Лен, — отозвался парень и снова бестолково засуетился.
Лера поняла, что пользы от него никакой, и пошла на кухню, схватив со стула махровое полотенце, первым попавшееся ей под руку.
— Чип, а ты аварийку вызвал? — в проёме двери показался тот самый парень.
— Вызову, Лёш! Сейчас вызову, только телефон найду, — отозвался из комнаты Чип.
Молодой человек вздохнул, дошёл до аппарата, который висел на стене кухни, и покрутил диск:
— Девушка, подскажите номер аварийной службы? Ага. Запомнил.
Второй звонок, короткий адрес и описание проблемы.
— Чип, не ищи, я вызвал, — успокоил Лёша.
— А! Ты уже здесь, — удивился он, глядя на Леру, — ты из какой квартиры?
— Ни из какой. Я случайный ликвидатор катастроф. Мимо проходила, — отозвалась Лера.
Лёша подвернул до колен спортивные штаны, взял тряпку и стал вместе с девушкой молча собирать воду.
— Вас сильно залило? — спросила она, чтобы заполнить неловкую паузу.
— Не слабо, — ответил парень, — но ниже меня никого нет. Поэтому могу помочь, а потом у себя уж как-нибудь…
— Ребят, я тогда к себе, раз вас уже двое, — сказала тётя Лена и скрылась в подъезде.
Вскоре вода была собрана. Руки Леры замёрзли и еле сгибались. Совсем недавно она мечтала скрыться от жары. Ну вот, мечта сбылась!
— Фух, — выдохнул парень и разогнулся, — Чип, что произошло-то?
Не успел он услышать ответ, как открытая дверца кухонного шкафа резко захлопнулась, зацепив Лёшу и прочертив красную полоску на его щеке.
— Да чтоб тебя! — вскрикнул парень, схватившись за щёку, и стал растерянно озираться по сторонам. Лера, стоявшая чуть дальше в дверном проёме, в изумлении хлопала глазами.
— Это что было? — только и смогла вымолвить она.
— Что случилось? — в дверном проёме появился Чип и потеснил девушку. Увидев пылающую царапину на щеке соседа, он, будто смущаясь и извиняясь одновременно, уронил голову на грудь. Его руки нервно теребили края растянутой футболки.
— Сквозняк? — выдавила из себя Лера.
Никто больше не успел ничего сказать, как в комнате что-то грохнуло. Звук был настолько сильный, что на мгновение заложило уши. Все бросились смотреть: посередине комнаты ничком лежал огромный старый шкаф.
— А этот, наверное, от влажности! — язвительно проговорил Лёша.
Лера оглядела комнату. Было ощущение, что кто-то специально начал громить помещение, чтобы потом, возможно, сделать ремонт. Люстра криво болталась на проводе, вместо выбитого оконного стекла шуршал кусок целлофана, обои свисали клоками, а мебель пребывала в плачевном состоянии.
— Раньше такого не было, чтобы оно при ком-то… — вдруг плаксивым голосом еле слышно промямлил Чип и тут же зажал себе рот руками, словно испугался или выдал чью-то страшную тайну.
Лера отметила для себя и странную фразу, и странное поведение юноши.
Среди всего этого хлама и полной неразберихи она заметила зеркала на подставке. В разгромленной комнате они выглядели чужеродно: тяжёлая бронзовая кайма, витые торжественные узоры…
И вдруг… Вокруг зеркал плавала… красная Сила — такую Лера уже видела однажды: «Макс! Видение!»
— Донка! Это к тебе цыганка приходила? — спросила Лера у Чипа.
— А тебе-то что с того? — вдруг надменно прищурился парень. — Лёх, эта… с тобой что ли пришла?
Парень помотал головой.
— Меня тётя Лена попросила помочь, — уточнила Лера и вдруг почувствовала себя неуютно.
— Спасибо за помощь, — пренебрежительно «поблагодарил» Чип, намекая, что ей надо бы уйти. Его тон, смущённый и виноватый минутой ранее, куда-то пропал…
Лера окинула парня внимательным взглядом: он весь был в липком ужасе, и на Лёше, кстати, тоже было несколько чёрных клякс. Видимо, у них дома нечто схожее с Алей. Самоубийца? Но почему здесь, а не на погосте? Причём на обоих парнях, хотя они живут на третьем и первом этажах. Надо выяснить, что происходит! Иначе Миша, который будет работать на втором, в опасности.
Не откликнувшись на просьбу уйти, Лера пристально взглянула Лёше в глаза:
— У тебя дома тоже что-то происходит? Поэтому дверца шкафа тебя не слишком-то испугала?
— А ты что, экстрасенс? — усмехнулся парень.
— Не совсем. Но я сталкивалась с тем, что у вас, — ответила Лера уверенно.
— А что у нас? — спросил Чип.
— Предполагаю, что кошмарные сны. Иногда средь бела дня, будто видения. С течением времени это стало происходить в реальности, так? — Лера пыталась угадать, как всё могло быть.
Парень нахмурился и покосился на девушку: «Никому не хочется заявлять вслух о том, за что тебя могу посчитать психом».