Страница 117 из 142
Глава 39
Спустя несколько часов проснулась Зоя. Ребята поели, приготовили свои вещи и поставили у передних раздвижных дверей складной рыбацкий стул.
— Ты как? — спросила Лера подругу.
— Несколько разочарована в своём таланте психолога. На обучение что ли пойти, — в ответ пожала плечами та.
— Если бы я только знала, что так всё может закончиться, никогда не попросила бы тебя об этом, — извиняющимся тоном проговорила Лера.
— Зато мы все живы, и у нас снова есть план! Это же прекрасно, — улыбнулась Зоя.
Тем временем Николай величественно устроился на стуле. Он постарался выглядеть подобающе: сменил тапочки на туфли, надел новый красный пиджак и даже аккуратно причесался:
— Вдруг после смерти все ходят в том, что в последний день надели, — пояснил он, поймав на себе вопросительные взгляды ребят. — Я хочу выглядеть хорошо!
— Смотрю, вы тоже в нас поверили, — поддержал Миша.
— Ничего не исключаю, — ответил с улыбкой мужчина. — Я сразу сказал, что вы необычные пассажиры. Ну, не будем тянуть с нашими экспериментами! — он многозначительно тряхнул головой.
Ребята крепко привязали Николая. Лера перелила остатки воды в кружку и дала ему выпить. Проглотив воду, он выжидательно посмотрел на ребят:
— Что дальше?
В ответ последовало молчание… Глядя на их изумлённые лица, Николай заёрзал на стуле и снова настойчиво спросил:
— Что? Что-то не так? Ничего не вышло?
— Когда мы обливали «чудиков» водой, они становились как бы нормальными, а сейчас… наоборот, — выдавила Лера.
Ребята наблюдали, как в голове мужчины появляется огромная дыра, будто он только что выстрелил себе в висок.
— А что вы хотели? — визгливо крикнул Николай и дёрнулся на стуле. — Сами на материалах сэкономили, а на меня повесили! Я им говорил, что через болото кидать брёвна — это идиотская затея, а им металла жалко стало! Не спорю, я был в доле. Но почему я один должен отвечать за это? Я бы всех их сдал! Всех!
…И разве у меня был выбор? Они велели: «Выбирай: или мы сейчас в эту грязь всю твою семью закопаем вместе с тобой и скажем, что вы ударились в бега, или ты мирно пускаешь себе пулю в висок. Тогда народу объявим, что ты, как настоящий офицер, не вынес причастности к такой катастрофе и добровольно решил уйти из жизни»…
Нашли козла отпущения! Думали, что можно просто так на меня свои делишки повесить? Как бы не так!
— Вот так! В сухом остатке мы имеем самоубийцу, который затягивает сюда убийц, чтобы их убивали другие самоубийцы… Концепт логичный, если не придираться к мелочам, — задумчиво произнёс Миша.
— Лер, ты сможешь сделать то же самое, что с тёткой? — спросил Лёша.
— Могу, но понятия не имею, что будет с нами. Электричка может и исчезнуть, но выйдем ли мы из Лимба…
— Вы же понимаете, что вы герой?! — обратилась Зоя к Николаю, тот удивлённо заморгал и будто сглотнул комок в горле.
Повисла тишина, и стало слышно, как под мерное звучание колёс капает кровь из раны.
— Послушайте, вы, конечно, участвовали в преступной схеме, которая унесла десятки жизней… Это факт, но вы полностью искупили вину, когда пожертвовали своей жизнью ради других и ради справедливости. Те, кому хотите отомстить, они уже не здесь, а там, — Зоя указала пальцем вверх.
Лера заметила, что липкий ужас вокруг Николая пошёл трещинами. Вот оно что! Самоубийцы сами могут сделать выбор: остаться и мстить или двигаться дальше. Сейчас нужно чуть-чуть помочь…
Пока Зоя уговаривала Николая, Лера потянулась к нему и сняла немного липкого ужаса, отправив его за окно, на далёкий погост. Ещё немножко…
— Вы должны остановить электричку и выпустить всех её обитателей, — услышала Лера слова Зои.
— Какой в этом смысл? Они же все мертвы, — пожал плечами Николай.
— Вы заключили всех этих людей в тюрьму своей обиды. Они должны вернуться на свои погосты, — убеждала Зоя, — тогда у них будет возможность осознать всё и пойти дальше. Убивая здесь пассажиров снова и снова, они больше ничего не смогут… Ту электричку вы не спасли. Спасите эту! Если там, сверху, есть кто-то, то он дал вам второй шанс, за то что вы пожертвовали собой. У ваших убийц такого шанса явно не будет. Остановите электричку!
Николай опустил голову и тяжело вздохнул. Он будто говорил сам с собой и никак не мог сделать свой выбор… Его рана начала зарубцовываться.
Лера подумала, что его надо как-то подтолкнуть к нужному решению. Вздохнув, она начала чертить в воздухе дверь.
— Нет, нет, нет! Стой, — Лёша понял, что она задумала, — там сейчас эта адская сколопендра выползет! Не делай этого!
— Она выползла, потому что я пыталась открыть дверь из нашего мира в тот. А Лимб и создан для того, чтобы открывать двери, — быстро проговорила Лера, сосредоточившись на контуре дверного проёма.
Наконец, работа была завершена: девушка приоткрыла дверь, выдохнула и распахнула её полностью.
Сквозь дверной проём ребята увидели разлапистые ели и поросшую мхом маленькую избушку. Вечерние сумерки пахнули на них прохладой и сыростью старого леса. В окошке, сквозь тюлевые занавески, в мягком жёлтом свете лампадки угадывался силуэт женщины. Подойдя к окошку, фигура замерла, но почти тут же бросилась прочь, чтобы спустя мгновение распахнуть дверь…
Невысокая полненькая женщина в длинном старомодном платье и в косынке застыла на пороге:
— Николаша! Я знала! Знала, что ты придёшь!
Не обращая внимания на ребят, она подбежала к самому дверному проёму и низким от волнения голосом, будто на одном дыхании проговорила:
— Мне сказали, что если очень сильно ждать, то рано или поздно ты придёшь. Я ждала! Каждый вечер свечу на подоконник ставила. И вот он ты! Смотри, наш дом! Всё, как мы мечтали: вырастим детей и в глубинку, на покой. Это сыночки помогли построить, они ко мне приезжают, навещают. Ну, что же ты не идёшь? Почему молчишь?
— Тася? Это ты, Тася? — разлепил пересохшие губы Николай. — Столько лет прошло, не думал, что увижу тебя снова, — он попытался встать, но верёвки ему не дали. Миша торопливо стал их развязывать.
Когда Николай освободился, он встал и подбежал к проёму. Стоило ему коснуться протянутой Тасиной руки, как… электричка резко затормозила, и ребята не удержались на ногах. Зое повезло больше остальных: она сидела на кровати.
— Нельзя же так резко тормозить! Предупреждать надо! — пробурчал Миша, потирая ушибленное плечо.
Дверь и Николай исчезли, будто их и не было…
— Всё? Это всё? — с надеждой в голосе спросила Зоя.