Тьма в его сердце

Глава 5

Рэйвен Вайт

Вертолет трясет, когда мы заходим на посадку. Я смотрю на человека, что лежит без сознания напротив меня, и пытаюсь понять, что чувствую. Ничего. Абсолютная пустота. Только раздражение от того, что теперь придется разбираться с этой связью.

Она мелко подрагивает во сне. Или в бреду. Плечо разодрано, повязка промокла насквозь алым цветом. Её запах щекочет ноздри. Приятный, чёрт возьми. У людей запах крови у всех разный. И я чувствовал большое их множество по долгу службы, но такой сладкий, похожий на мёд, встречаю впервые.

Андер придерживает её, чтобы не упала с сиденья. Слишком заботливый для того, кто добровольно занимался зачисткой баз повстанцев. И делал он это с особым удовольствием, убивая всех, даже детей. Его жестокость сопоставима с нашей.

— Господин Рэйвен, — осторожно начинает слуга. — Может, стоит сообщить вашему отцу лично? Прежде чем везти ее к Синклеру?

— Нет, — скучающе говорю я. — Отцу плевать на детали. Ему важен результат. Доставим на базу. Остальное не его забота.

Андер хочет что-то добавить, но я перевожу взгляд на иллюминатор, давая понять, что разговор окончен. Не хочу больше говорить.

Вертолет садится. Я выхожу первым, и холод северного континента тут же впивается в лицо. Здесь всегда так. Ветер, снег и белая пустота до горизонта. Место для базы «Норд» выбрано не случайно. Сюда тяжело добраться.

Нас встречает доктор Синклер. Избранный, которому плевать на политику. Ему нужны только скальпель и свежий биоматериал. Такие, как он, опаснее любого генерала.

— Господин Рэйвен! — Синклер почти бежит к нам, потирая озябшие руки. — Нам сообщили, что вы доставили объект. Нулевая группа! Вы даже не представляете, как это важно. Нам катастрофически не хватает крови, что предоставляет семья Белсерион.

— Она ранена, — перебиваю я, кивая на Андера, который выносит девушку. — Волки постарались. Она должна выжить.

Синклер машет рукой:

— Пустяки. Подлатаем. Главное — кровь. Идемте, идемте, не будем терять время, — торопливо произносит, спасаясь от холодного ветра, прикрыв глаза рукой.

Он уже бежит обратно к шлюзу, даже не посмотрев на объект.

Мы проходим внутрь. База отделала полностью в белоснежных оттенках. Здесь всегда стерильно. Ни одного окна. Только двери с табличками, с названиями помещений. Первые два этажа отведены для персонала, нижние этажи, что находятся глубоко под землёй для всего остального, о чём не стоит знать никому.

Входим в смотровую комнату.

— Сюда, — Синклер указывает Андеру.

Андер кладёт человека на хирургический стол, что находится посередине. Ее голова безвольно запрокидывается, волосы разметались по металлу. Она что-то шепчет. Может имя или молитву. Плевать.

— Я буду наверху, — говорю я Синклеру. — Докладывать по графику. Если сдохнет раньше, чем вы успеете взять материал, я лично прослежу, чтобы вас отправили чистить выгребные ямы.

Синклер бледнеет, но кивает:

— Конечно, господин. Все будет в лучшем виде, — он смотрит на мою рану на руке. — Давайте обработаем.

— Нет, — бросаю я раздражённо.

Всё пошло не плану и меня это дико раздражает. Эта грёбаная истинность… Как же не кстати.

Я разворачиваюсь и ухожу. Метка на запястье продолжает ныть, но я игнорирую. И даже не собираюсь что-то объяснять Синклеру насчёт возникшей проблемы с истинностью. Андер сам всё расскажет.

Вхожу в помещение, что выделено для меня. Здесь есть койка, стол, на котором стоит терминал связи. Сразу направляюсь в ванную, по пути скидывая промокшую и пропитанную куртку кровью.

Устал я что-то сегодня. Слишком много навалилось. Смотрю на рану на ладони, оставленную клыками волка.

— Идиот, — говорю я вслух.

Облажался так, что тошно от самого себя. Знал же, каким именно образом образовалась связь у человеческой женщины и Аарона Белсериона. Они кровью своей перемешались. А я, чёрт бы меня побрал, как мог забыть об этом?!

Промываю руку под струёй холодной воды, обрабатываю и перевязываю бинтом. Затем возвращаюсь в комнату и вижу, что терминал мигает, означающий, что пришёл входящий вызов.

Это точно отец. Отлично.

Принимаю вызов. На экране появляется суровое лицо с седыми волосами и красными глазами.

— Докладывай, — безэмоционально произносит.

— Объект доставлен на базу. Нулевая группа, женщина, примерно двадцать лет. Жива, несмотря на ранение. Синклер приступил к первичному осмотру, — рапортую я.

Отец молчит несколько секунд, сканируя мое лицо.

— Ты бледен. Что-то случилось?

— Волк укусил, — отвечаю я, не моргнув глазом. — Пустяки.

— Волк, — повторяет отец. — И поэтому ты держишь руку под столом? Покажи.

Синклер уже успел сообщить моему отцу о метке. Быстро. Жалкий ублюдок.

Поднимаю руку и закатываю рукав, демонстрируя метку истинности. Отец смотрит на нее долго, практически не моргая.

— Объяснись, — доносится его стальной голос.

— При захвате она поранилась. Я тоже. Кровь смешалась.

— Ты знал о риске, — рычит отец.

— Знал, — подтверждаю.

— И что теперь?

Я смотрю отцу прямо в глаза:

— Ничего. Она на базе. Синклер будет делать с ней все, что нужно. То, что мы связаны, ничего не меняет. Она не станет моей женой. Я не Аарон Белсерион, чтобы таскать за собой человека и делать вид, что это судьба.

— Белсерион хотя бы использует свою связь для подавления революции, — усмехается отец. — А ты что предлагаешь? Оставить ее Синклеру, чтобы через месяц она превратилась в овощ, и ты каждую ночь выл от боли, когда она умрёт?

— Я справлюсь, — отрезаю грубо.

— Посмотрим, — отец отключается.

Ложусь на койку, даже не раздеваясь. Завтра будет долгий день. Нужно отдохнуть.

Но сон не идет, чёрт возьми.

Я смотрю в потолок и думаю о том, что отец не прав. Истинность всего лишь навязана и никак не сможет на меня повлиять, насколько я знаю. Даже если придётся держать девчонку при себе.

Поэтому просто закрываю глаза и жду утра.