Страница 33 из 54
Глава 23
Рэйвен
Вертолёт трясёт, когда мы заходим на посадку в столице. Я смотрю в иллюминатор на серые здания и думаю о том, что Синклер будет ждать результатов совещания. Вертолёт садится на площадку штаба. Выхожу, и холодный ветер бьёт в лицо.
Спускаюсь в лифте, прикладываю ладонь к сканеру. Охрана кивает. Прохожу по коридору к кабинету Адриана Вайта. Стучу в дверь.
— Войдите, — слышится его голос.
Дядя сидит за столом, разбирает какие-то бумаги. Поднимает голову, когда я вхожу, и его красные глаза впиваются в меня.
— Рэйвен. Садись и докладывай.
Сажусь напротив и даже выдерживаю его взгляд.
— Синклер завершил очередной этап исследований. Кровь объекта стабильна, эритроциты восстанавливаются, но не так быстро, как мы рассчитывали.
— То есть? — дядя откидывается на спинку кресла.
— Мгновенная регенерация, о которой он говорил, работает не так, как думал Синклер. Раны заживают быстро. Плечо полностью восстановилось за несколько дней. Но кровь восстанавливается с нормальной скоростью, как у обычного человека. Синклер не может брать образцы.
Дядя молчит. Смотрит на меня несколько секунд, потом усмехается.
— Значит, его теория о том, что истинная связь превратит человека в нечто большее, не подтвердилась? — киваю в ответ, а дядя продолжает. — Синклер жаловался мне. Говорит, что ты не хочешь применять физический контакт с объектом. Отказываешься помогать исследованиям.
Я сжимаю кулаки под столом. Ублюдок очкастый…
— Он рассказал тебе, что предлагал? — спрашиваю.
— Да, — дядя смотрит на меня в упор. — И про препараты, и про прямую близость.
— Я не настолько ублюдок, чтобы делать это. Даже с этой человеческой женщиной. И мне плевать, что Синклер поклянётся, что это поможет науке. Я не буду прикасаться к женщине без её согласия. И уж точно не буду её насиловать.
Дядя молчит так долго, что я начинаю думать, не перегнул ли, а потом он довольно улыбается и кивает.
— Другого я от тебя и не ожидал, — говорит он, и в его голосе слышится удовлетворение. — Ты Вайт. А Вайты не опускаются до такого.
Он откидывается на спинку кресла, и его лицо становится жёстче.
— Этот Синклер... — дядя качает головой. — Гадкий слизень. Ему плевать на моральные нормы. Он будет использовать любой способ, чтобы добиться того, чего хочет. Держи его в узде. Не давай переступать черту.
Я киваю. И дядя прав, что Синклер опасен не потому, что он избранный, а потому, что у него нет совести.
— Я хочу кое-что спросить, — говорю я, меняя тему.
— Спрашивай.
— На Марка Стилла в досье нет полной информации. Только официальная версия. Хочу изучить полностью.
— Разрешаю, — он открывает ящик стола, достаёт ключ-карту. Протягивает мне. — Архивный уровень три. Там должна быть папка. Правда, если она ещё там.
Беру ключ-карту и встаю. Дядя возвращается к бумагам, давая понять, что разговор окончен. Выхожу и направляюсь в архив. Здесь холодно. Стеллажи с документами тянутся до потолка. Пахнет пылью и старой бумагой.
Старый избранный с седыми волосами поднимает голову, когда я вхожу и киваю ему, показываю ключ-карту.
— Мне нужна папка на Марка Стила.
Он кивает. Исчезает между стеллажами и возвращается через несколько минут с толстой папкой в руках.
— Вот. Всё, что есть.
Немедля, усаживаюсь на свободный стол и открываю её. Внутри официальные документы, свидетельство о смерти и фотография места происшествия.
Листаю дальше и нахожу другие бумаги, которые не пошли в официальный отчёт.
«Стил Марк заподозрен в связях с повстанческим движением. Подозрения подтверждены. Установлено сотрудничество с Марком Вейрином. По приказу короны произведена ликвидация. Обстоятельства смерти обставлены как несчастный случай на производстве во избежание паники среди гражданского населения».
Отец Изабеллы был повстанцем и работал на Вейрина, и его убили слуги избранных. Как забавно. Его семья знала об этом? Изабелла вряд ли, а вот его жена, возможно.
Я листаю дальше и нахожу фотографию. Она старая и на ней изображён мужчина лет сорока пяти, но выглядит на все пятьдесят или даже шестьдесят. Уставшее лицо с густой седой бородой и глубокими морщинами. Обычный работяга, каких тысячи.
Отец Изабеллы человек, который пошёл против системы. Знал, на что идёт, и всё равно пошёл.
Решаю за одно просмотреть и бумаги на Марка Вейрина. Вдруг в досье, что мне прислали, не вся информация на него. Нахожу его старую папку. Внутри неё тоже фотографии старые. Жена Марка Вейрина, красивая женщина с тёмными волосами. Двое сыновей. Старший, наверное, подросток. Маленький мальчик на руках у отца, вероятнее всего, Каин Вейрин. Здесь ему года четыре, улыбается в камеру. Потом перевожу взгляд на самого Марка Вейрина. Ему лет тридцать, молодой с цепким взглядом мужчина.
Смотрю на него и чувствую что-то странное, будто бы что-то знакомое. Не могу понять, что именно. Но это лицо... я где-то его уже видел. Или не его, а просто кого-то похожего.
Даже приходится напрячь память, что припомнить. Возвращаюсь к столу и кладу рядом два фото Марка Вейрина и Марка Стилла. Сравниваю…
Вейрин молодой, подтянутый, с волевым подбородком, а Стил уставший, потрёпанный жизнью, с глубокими морщинами. Они совсем не похожи. Но что-то в глазах, в линии скул…
Нет, не может быть этого.
Я смотрю на оба фото слишком долго. Пытаюсь найти общее или хотя бы разницу. Но никак не могу понять, почему эти два лица кажутся мне знакомыми.
Мог ли Марк Вейрин после гибели своих родных, построить новую? Мог… Тогда получается, что Изабелла сестра Каина Вейрина? Да нет, бред какой-то.
Эти фото совершенно разных мужчин. Сходство есть, но минимальное.